Страница 82 из 139
Поблизости от места, на котором проводил дивное житие свое преподобный, не было воды; ее приносили издалека, отчего сильно страдали приходившие к преподобному и их животные. Преподобный, видя страдания от недостатка воды, помолился прилежно Богу, чтобы Он послал воду, как некогда жаждавшему Израилю в пустыне24. И вот около десятого часа дня внезапно потряслась земля и расселась по восточную сторону ограды, где открылась как бы пещера, в коей сверх всякого ожидания оказалось много воды. Святой повелел еще раскопать то место на семь локтей кругом, и вода истекла оттуда в изобилии.
Одна женщина, почувствовав ночью жажду, проглотила вместе с водой маленькую змейку. Змейка эта стала расти в чреве женщины и сделалась большой. Женщина с виду стала зеленая, как трава, и многие врачи лечили ее, но не могли исцелить. Привели ее к святому Симеону. Блаженный сказал: «Напоите ее здешней водой». И когда женщина стала пить, из нее вышла большая змея; приползя к столпу, змея распалась тотчас на части.
Некоторые люди, издалека шедшие к преподобному, спасаясь от зноя, остановились под деревом, чтобы немного отдохнуть. Сидя там в тени, увидели они шедшую мимо беременную оленицу и закричали ей:
— Молитвами святого Симеона заклинаем тебя, постой немного!
И совершилось дивное чудо: оленица остановилась. Так, даже звери именем святого становились кроткими и послушными! Схватив оленицу, путники убили ее, сняли с нее кожу и приготовили себе кушанье из ее мяса. Но только лишь стали есть, внезапно, пораженные гневом Божиим, потеряли голос человеческий и начали кричать, как олени. Бегом прибежали они к святому Симеону, неся с собой кожу оленицы как обличение греха своего. Пробыли они у столпа два года и едва могли исцелиться и заговорить по-человечески; а кожу оленицы повесили на столпе как свидетельство о случившемся.
На той самой горе, где подвизался Симеон, невдалеке от столпа поселился страшный змей, из-за которого даже трава не росла на месте том. Однажды в правый глаз змея вонзился сук величиной около локтя и причинял змею сильную боль. Тогда змей приполз к столпу преподобного и, лежа перед дверями ограды, весь перегибался, как бы выказывая смирение и прося милости у святого Симеона. И когда святой воззрел на него, тотчас сук выпал из глаза, и пробыл змей там три дня, лежа перед дверями, как овца. Все безбоязненно приходили и уходили без всякого вреда от него. Когда же глаз совершенно исцелился, змей ушел в свое логовище. И все смотрели и удивлялись чуду тому предивному.
В стране той жил пард25, зверь большой и весьма страшный, пожиравший и людей и скот. Никто не осмеливался проходить мимо того места, где поселился зверь, и много бед творил он по окрестностям. О нем возвестили преподобному. Он повелел взять земли от ограды своей и воды оттуда же и, обойдя вокруг того места, где был зверь, издалека посыпать и покропить. И сделали так, как повелел святой. Спустя немного времени, видя, что зверь нигде не появляется, пошли поискать и нашли его мертвым, лежащим на той самой земле, которая была взята от ограды преподобного. И все прославили Бога.
Вскоре и другой зверь, лютее первого, явился в той стране, зверь словесный. Это был разбойник из Антиохии26 именем Иоанафан. Много народу он убивал на дорогах и в домах, воровски и неожиданно нападая на селения и пригороды. Никто не мог его изловить, хотя многие и подстерегали его на дороге; он был весьма силен и храбр, так что никому не под силу было устоять против него. Когда же заволновалась Антиохия и посланы были воины взять его, разбойник, не имея возможности скрыться от многочисленной погони, прибежал в ограду преподобного Симеона. Ухватившись за столп, как блудница за Христовы ноги27, он горько плакал.
И воззвал к нему с высоты столпа святой:
— Кто ты, откуда и зачем пришел сюда?
Тот отвечал:
— Я — Ионафан разбойник, сотворивший много всякого зла, и пришел сюда каяться в грехах моих.
Когда он говорил сие, прибежали воины из Антиохии и стали кричать преподобному:
— Дай нам, отче, врага нашего, разбойника, ибо уже и звери приготовлены в городе, чтобы растерзать его28.
Но блаженный Симеон сказал им:
— Дети мои! Не я его сюда привел, а Бог, желающий его покаяния, направил его ко мне; если можете войти внутрь, берите его, я же не могу его к вам вывести, ибо боюсь Того, Кто послал его ко мне.
Услышав сие и не смея не только войти в ограду, но даже хоть одно слово вымолвить против святого, воины со страхом возвратились и рассказали обо всем в Антиохии. Разбойник же пробыл семь дней при столпе и плакал плачем великим, припадая с молитвой к Богу и исповедуя грехи свои. Все бывшие там, видя его покаяние и плач, сами умилялись. По прошествии же семи дней разбойник воззвал к святому:
— Отче! Не повелишь ли мне отойти?
— Не опять ли на злые твои дела возвращаешься? — сказал ему святой отец.
— Нет, отче, — отвечал тот, — время мое приспело.
И, так беседуя с ним, предал дух свой Богу. Когда же ученики святого Симеона хотели тело разбойника предать погребению при ограде, пришли из Антиохии воинские начальники и начали кричать:
— Дай нам, отче, врага нашего, из-за которого весь город пришел в смятение.
Но преподобный отвечал:
— Тот, Кто его ко мне привел, со множеством воинов небесных пришел и взял его, очищенного покаянием, к Себе; итак, не докучайте мне.
Увидев преставившегося разбойника, начальники пришли в ужас и восхваляли Бога, не хотящего смерти грешника. Возвратившись в город, они возвестили о том, что слышали от преподобного и что видели.
Стоя на столпе, как свеча на свещнике, преподобный отец наш Симеон явился светом для мира, просвещая народы, пребывавшие во тьме идолослужения, и наставляя их к свету познания Истинного Бога. Слава дивной благодати Божией, действовавшей в нем! Стоя на одном месте, подвижник привел к вере столь многих, как если бы проходил всю вселенную, уча и проповедуя. Ибо, как солнце, испускал он лучи добродетельного жития своего и сладкоглаголивого учения и просвещал окрестные страны. При его столпе можно было видеть персов и армян, принимавших святое крещение; измаильтяне же29 приходили толпами — по двести, по триста, а иногда и по тысяче человек; с криком отвергались они от заблуждений отцов своих и, принося к столпу идолов, коих они с древних лет почитали и коим поклонялись, сокрушали их при столпе и попирали ногами; и, приняв закон истинной веры от медоточивого языка преподобного и сподобившись причащения Божественных Таин, возвращались с радостью великой, просвещенные светом Святого Евангелия.
Один сарацинский военачальник, коего сродник был расслаблен, молил святого подать этому больному исцеление. Святой повелел принести его к столпу и спросил:
— Отрицаешься ли ты злочестия отцов твоих?
Он сказал:
— Отрицаюсь.
И опять спросил святой:
— Веруешь ли во Отца и Сына и Святого Духа?
Расслабленный исповедал, что верует без всяких сомнений.
Тогда святой сказал: «Восстань» — и тотчас юноша встал здоровый, как будто не имел никакой болезни. А чтобы яснее показать его выздоровление, блаженный повелел юноше тому взять на плечи к себе самого военачальника, тучного телом, и нести его в лагерь, что тот и сделал, вскинув его на плечи, как сноп. Видя сие, все воздали хвалу Богу, творящему дивные чудеса через святого Своего.
Имел преподобный и дар пророчества, ибо предсказал за два года засуху и голод и моровое поветрие, и также сказал, что через тридцать дней налетит саранча, и все сбылось. Однажды в видении видел он два жезла, спускавшиеся с неба, причем один из них упал на восток, другой же — на запад. Об этом видении рассказал преподобный находившимся при нем и пророчествовал, что персы и скифы30 восстанут на греческую и римскую области. И многими слезами и непрестанной молитвой преподобный умилостивлял Бога, чтобы отвратил Он Свой гнев праведный и не попустил казни той на христиан. И умолил Бога: ибо все персидское войско, уже готовое на брань, по Божию изволению замедлило выступить в поход, и так как у персов начались междоусобные распри, то они отказались от своего намерения.