Страница 102 из 139
— Прокляни еретиков и утверди Халкидонский Собор!
Патриарх ободрился и сказал громким голосом:
— Кто думает одинаково с Евтихием, Несторием, Севером и Сотерихом, да будет анафема!
Также и блаженный Феодосий с преподобным Саввой громко воскликнули:
— Кто не принимает четырех Соборов, как четырех евангелистов, да будет проклят!
Увидев сие, епарх Анастасий испугался множества черноризцев и народа, поспешно вышел из церкви и бежал в Кесарию. А родственник царский поклялся отцам, что пришел не утверждать Северово учение, а поклониться святым местам и присоединиться к Святой Кафолической Церкви. И дал он преподобным отцам Савве и Феодосию много золота, чтобы они разделили между пришедшими с ними черноризцами. После сего преподобные отцы от лица всего собора написали царю следующее: «Господь наш Иисус Христос, Царь всех вечный и Бог, по Своей благости отдал в вашу власть скипетры земного царства, чтобы через вас подать истинные блага мира всем церквам и особенно матери церквей — Святому Сиону; все знают, что в сей церкви началось великое таинство правой веры и распространилось до конца земли. Мы, жители сих божественных мест, приняли его от святых апостолов, сохранили целым и невредимым до сего дня и сохраним во веки Христовой благодатию, не давая противникам отклонить нас от правого пути, не поддаваясь их скверным и суетным речам. В сей непорочной и ненарушенной вере и вы, царь, воспитались и возросли, и мы дивимся теперь, как во дни вашего царствования в Святом граде Иерусалиме произошли такой мятеж и такое волнение, что они не миновали даже служителей Божиих, пресвитеров и иноков, возлюбивших от юности добродетель и избравших себе кроткую жизнь в безмолвии; на глазах у иудеев и других неверных их влекут от самого Святого Сиона по городским улицам и изгоняют в неплодные места. Их даже принуждают творить не подобающее правой вере, так что приходящие сюда для молитвы вместо пользы для души получают вред и возвращаются с соблазном. Молим посему вашу державу, избавь от стольких зол, виновник коих Север, которому отдана по грехам нашим Антиохийская церковь, на погибель души его же самого и всем церквам на соблазн. Как нам, иерусалимлянам, можно теперь поучаться вере без соблазна? Как будто мы, бывшие для всех отцами и наставниками в слове благочестия, теперь только, так поздно, познали правое исповедание! Да разве мы не знаем, что новоявленное мнимое направление правой и здравой веры, завещанной отцами, — не исправление на самом деле, а развращение и порча и принимающим его готовит в награду погибель души? Не потерпим никакой прибавки к исповеданию веры сверх установленного тремястами восемнадцатью святыми отцами Никейского и трех других бывших потом Вселенских Соборов83 — и никакой перемены, но готовы за сие положить души наши и принять бесчисленные, если бы можно было, смерти. Мир же Божий, превосходящий всякий ум84, пусть да сохранит святую нашу веру и поднятую против нее бурю да усмирит к святой Своей славе и к украшению вашего же царства».
Получив такое послание святых отцов, царь сильно разгневался и решил изгнать из пределов иерусалимских патриарха Иоанна с обоими игуменами: Саввой и Феодосием. Но Промысл Божий не попустил совершиться сему злодеянию. Случилась в то время война с какими-то варварами, и поэтому царь отложил до времени гонение на Церковь и на преподобных отцов и стал готовиться к войне с варварами.
После несправедливого изгнания святого патриарха Илии по праведному суду Божию случились голод и засуха и великий неурожай во всей Палестине, как во дни пророка Илии85: затворилось небо и не давало дождя, и пересохли источники воды; сверх того, появилась во множестве саранча, покрыла всю землю и истребила всю траву на полях и листья на деревьях. Такая казнь Божия продолжалась до пяти лет, и многие умерли от голода и жажды. И говорили жители Иерусалима, что Бог наказывает Палестину голодом за несправедливое изгнание патриарха Илии. В то время блаженный Савва созвал настоятелей семи построенных им монастырей и не велел им заботиться ни о чем плотском, напоминая им евангельские слова: «Не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или: во что одеться? потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам»86. И питаемы были они всемогущим Промыслом Божиим.
Однажды перед воскресеньем эконом великой лавры сказал преподобному:
— Нельзя, отче, ударить в било в сию субботу и воскресенье к Божественной службе, потому что не только отцам нечего предложить есть, когда они соберутся, но даже для святого приношения не найдется хлеба: так обнищали мы.
Святой же отвечал:
— Не оставлю службы из-за недостатка в пище: справедлив Тот, Кто не велел заботиться о завтрашнем дне и может пропитать нас во время голода; пусть церковник пошлет продать в город сосуд или одежду и купить нужное для святой литургии.
Так отвечал святой эконому и, возложив надежду на Бога, ждал. И еще до наступления воскресенья вдруг приходят к нему какие-то отроки, посланные Божиим Промыслом, ведя с собой тридцать ослов, навьюченных хлебом, пшеницей, вином и маслом, и разной другой пищей, и отдали все сие преподобному. Он возблагодарил и сказал эконому:
— Что скажешь, брат, не следует ли нам запретить ударять в било в сию субботу и воскресенье, потому что нечего предложить собравшимся отцам?
Эконом подивился великой вере святого и великому Промыслу Божию о них и просил прощения за свое неверие.
После сего преподобный пожелал посетить Святейшего патриарха Иерусалимского Илию в изгнании; Савве было тогда 80 лет87. Он взял с собой двух игуменов, Стефана и Евфалия, и отправился. Увидев Савву и пришедших с ним, Илия обрадовался и удержал их у себя несколько дней. В те дни он выходил из своей келии в девятом часу88, так как от отпуста вечерни до девятого часа он никому не показывался, но, затворивши двери, пребывал в безмолвии, а в девятом часу выходил к ним, обедал с ними и наслаждался духовными беседами; после же вечернего отпуста он опять уходил в свою безмолвную келию. Однажды, 9 июля, он не вышел к ним, как обыкновенно. Они прождали его весь день и не вкусили пищи. В шестом часу ночи89 патриарх вышел с заплаканными глазами и сказал им:
— Вы вкушайте; мне же нет времени, и я занят одним делом.
На их заботливый вопрос, отчего он так долго не шел и о чем он так долго плачет, он, тяжело вздохнув и заплакав, сказал святому Савве:
— Отец блаженный, увы, сейчас скончался царь Анастасий, через десять дней и мне подобает оставить сию землю и судиться с ним перед Страшным судом Божиим.
Так случилось: через десять дней Святейший патриарх Илия преставился90, немного похворав перед своей кончиной; преподобный Савва похоронил его с честию и возвратился в свою лавру. О смерти же царя Анастасия рассказывается, что в ту ночь, когда было о нем явление патриарху Илие, загремел гром и молния ударила в царскую палату; она гнала царя с места на место, от одного угла к другому, наконец настигла его в одном углу и убила. Так злой и погиб злою смертью.
По смерти нечестивого царя Анастасия на престол вступил благочестивый Юстин91 и разослал во все концы своего царства повеление, чтобы возвратить из изгнания православных и чтобы каждый из них получил опять свой сан и свое место, чтобы определения Халкидонского Собора были вписаны в святые книги, и пусть в Церкви Христовой воцарился бы мир. Когда царское повеление достигло Святого града Иерусалима, все весьма возрадовались, а патриарх Иоанн просил преподобного Савву пойти в Кесарию и Скифополь объявить сие царское послание и вписать в церковные книги определения Халкидонского Собора. Хотя преподобный был уже слаб телом от старости и изнурен многими иноческими подвигами, однако для Церкви Христовой не отказался исполнить сие приказание, не поленился предпринять столь трудный путь, но отправился вместе с некоторыми другими начальствующими иноками и был встречен в Кесарии святым Иоанном Хозевитом92, который был тогда там иерархом. В Скифополе преподобный был с честию принят митрополитом Феодосием и всеми гражданами и сотворил там чудеса. Он пророчествовал об одном знатном самарянине, Сильване, восставшем на христиан, что он сгорит от огня посреди города, — о чем будет сказано ниже; исцелил кровоточившую женщину и бесноватую отроковицу и, принеся, таким образом, много пользы Церкви, возвратился в Иерусалим.