Страница 64 из 111
Глава 22
— Ну же, Алексиар, не томи, — продолжал говорить Викториан, усаживаясь на неудобном, но статном троне Гроулона. — Ты же такой талантливый. В тебя течёт сильная кровь Флорианов, но твой отец… не знаю кем он был, но судя по тому, что переплюнул всех своих родственников по материнской линии, то он явно был кем-то великим. Может неизвестным, но точно великим.
Тем временем мятежник с молотом, тот самый маг земли, уже начал выставлять пленников на ступенях к трону. Внизу находились просто младшее дворянство, которое жило себе и никого не трогало. Они не были особо виновны в бедах Гроулона, однако безразличие порой убивало куда больше смертных, чем вы даже можете себе представить.
Далее шли уже более важные шишки, например офицеры гвардий, члены главенствующих родов. Сами главы родов уже были в большинстве мертвы, ведь они являлись сильными магами и сражались до последнего, пытаясь остановить Викториана. Так что держать ответ за злодеяния будут их первые сыновья, жёны и возможно другие родственники.
— Как же я хотел смерти этого ублюдка, — злобно прорычал Викториан, когда мятежник с молотом ударил барона Оринаса по спине и заставил упасть вниз лицом, после чего Викториан поставил на его голову свою ногу. — Это же надо быть такой мразью, чтобы предать даже своих… Разве я что-то плохое сделал? Нет же, просто хотел как лучше и в результате он просто убрал меня. Однако моя замена оказалась бездарной из-за чего вся система начала рушиться, а власть бандитов расти. И всё привело к революции…
Викториан так увлёкся вытиранием ног о барона, что не заметил, как Онвир начал вовсю спорить с Рэмом. Кроме того, он также не заметил очень странных настроений в рядах мятежников. Да, все что-то потеряли в этой гражданской войне и до неё. Однако смотреть на стоящих на коленях детей, которым нет ещё четырнадцати… Они не верили, что Викториан действительно начнёт убивать всех.
И Викториан действительно не собирался, ведь у него были другие намерения.
— Я так хочу заключить их в самые тёмные и холодные казематы, где их мучения будут длиться годами. Чтобы они начали молить меня о смерти… чтобы они поняли, что чувствовал я… — тихо шептал Викториан, после чего вдруг приподнялся и начал давить на голову барона Оринаса с такой силой, что казалось черепушка прошлого правителя Гроулона взорвётся. — Однако ты, Алексиар, куда больше заслуживаешь вынести им приговор. Больше, чем любой из нас. И я отдам тебе их в дар.
Барон Оринас не молил о пощаде, не рыдал, ведь уже давно смирился со своей участью. С того самого дня как он взошёл на престол и стал правителем этого города и некоторых близлежащих поселений. Ведь восхождение это было полно крови, предательств и зла. А это означало, что новый барон закончит свою жизнь также как и предыдущий.
— Алексиар, пора бы дать ответ, сколько нам ещё ждать? — Викториан закончил свой монолог и теперь ждал ответа вместе со всеми собравшимися в зале.
Я же не мог сказать и слова, кроме того и сам Алексиар совсем меня не слушал. Мне уже показалось, что он снова впал в ступор, однако вдруг моё тело загорелось с новой силой. Камень раскалился и мне захотелось выть от боли, но только вот пасть моя скована камнем, словно намордником.
Алексиар же вдруг покинул тело и силуэт из огня встал впереди меня, после чего все мятежники отшатнулись от жара, а пленники попадали на спины и начали пытаться отползти в сторону. Алексиар же начал подниматься по ступеням, с любопытством разглядывая всё вокруг.
— Какая сила, какая мощь! — радостно воскликнул Викториан и встал на ноги, дабы стоя встретить своего нового союзника, который остановился на предпоследней ступени. — Вместе мы уничтожим Флорианов, и никто нас не остановит!
И затем Викториан выхватил кинжал и протянул его рукоятью к Алексиару. Магическое оружие засияло в момент прикосновения бесплотного духа, однако будучи изготовленным из лунного металла оно не провалилось сквозь огненную ладонь, а само стало такой же бесплотной. Подобные артефакты могли позволить себе разве что правители вот таких городов, а копились деньги путём сотен тысяч часов чужого труда.
— Почему ты медлишь? Или хочешь насладиться моментом? — с улыбкой спросил Викториан, пока Алексиар разглядывал своё оружие.
— Моя память уже не та, что прежде. Я многое забыл…
— Неужели и барона тоже? И их?
— Да, в какой-то момент да, забыл. Однако ненависть и гнев в последнее мгновение перед смертью освежило память, и я снова вспомнил список имён. Однако среди всех… — Алексиар развёл руками и пламя обожгло всем пленникам ноги. — Только один ублюдок предал меня дважды.
И в последний момент Викториан вдруг осознал, как сильно просчитался. Алексиар уже не мог мыслить трезво и на перспективу. Гнев и ненависть наполнили его до краёв, а катализатором стал сам Викториан, который сначала реализовал приказ барона, а затем ещё и попытался убить меня около магического ядра.
Ублюдок, который готов был перенести свои обиды даже на детей и женщин, ведь в жестокости своей он не знал равных. Верный пёс барона, командир гвардии, тот кто лично держал в страхе весь город и подавлял любые мятежи своей жестокой рукой. Викториан Дробитель, так его прозвали, ведь преступников он не убивал, а просто превращал их ноги в фарш с помощью своей магии земли.
Движение Алексиара было настолько неуловимым и быстрым, что даже не описать. Не было никакого хлопка, ведь тело и оружие были бесплотными и ничего не весили, на них не влияло сопротивление воздуха. Одно мгновение, что быстрее удара сердца и даже мысли, как кинжал оказался в боку Викториана.
— ПРЕДАТЕЛЬ!!! — тут же лицемерно завопил Викториан, которого нельзя было просто так убить.
Огонь и пламя внезапно сошлись в буре. Задрожал весь дворец и тысячи языков пламени хлынули к трону. В ужасе побежали пленники, которых никто не стал останавливать. Часть мятежников же попыталась рвануть в сторону Викториана, как вдруг обнаружила, что большинство, наоборот, отдалились и стали наблюдать.
— Нет, друг, ты не прав! — зло воскликнул Рэм, отталкивая от себя Онвира.
— Он сумасшедший, Рэм! Сумасшедший! — в то же время Онвир перешёл на крик. — Ты хочешь, чтобы строительство нашего нового мира началось с крови невинных⁈
— НЕВИННЫЕ⁈
— ДА, НЕВИННЫЕ!!! ДЕТИ И ЖЕНЩИНЫ, КОТОРЫЕ ПРОСТО ЖИЛИ И ПЛЕВАТЬ ХОТЕЛИ НА ВСЁ!!!
— ВОТ!!! ПОЭТОМУ! ОНИ!!! СДОХНУТ!!! — глаза Рэма налились кровью, и он выхватил рапиру из ножен.