Страница 16 из 26
— Но если днем, во время бодрствования, вы перемещаетесь от одной станции до другой сознательно и часто эти станции — миражи… ошибки, которые замедляют действие… то во сне ваш мозг свободен от жестких рамок и границ. Фантазия беспредельна. А движение продолжается. Ваш поезд сметает ложные посылы и создает новые, неожиданные. И чаще всего они могут быть именно теми решениями, которые не придут вам в голову, когда вы не спите. Аониды помогают экспрессам ваших мыслей лететь в нужном направлении, наносят на карты важные остановки, выстраивают четкий маршрут без отклонений и тупиковых веток.
— То есть вы не даете прямых ответов? — уточнил Фотис, строча что-то в бумажном блокноте.
— Нет. Мы ищем их вместе с клиентом.
— Вернемся к нейротексу, — сказал Неарк, примерно представлявший себе стараниями Герарда работу мастеров сна. — Несколько молодых людей погибли при странных обстоятельствах, и в их крови обнаружен препарат, над которым велась работа.
— Знаю. Пятиглав также обеспокоен этим.
— А как насчет вас, тех, кто работал с «Эглой»? — прямо спросил Фотис. — Утечка не могла идти от вас? Поделились с какими-нибудь коллегами? Продали патент на производство иностранным фармацевтическим компаниям? Статью напечатали?
— Нет, — серьезно сказала Клио. — На все ваши вопросы — ответ «нет». Разработка нейротекса не принадлежит нам. Это интеллектуальная собственность корпорации «Эгла». И лишь они вправе распоряжаться ею.
Фотис кивнул, просматривая свои записи.
Неарк поймал сосредоточенно-изучающий взгляд Ангела, брошенный поверх головы Фотиса. Но тот тут же отвернулся, крутанувшись на своем компьютерном кресле, и теперь был виден лишь его коротко стриженный темно-русый затылок.
— Скажи, Клио, — произнес Неарк, снова возвращаясь к теме, которая занимала его. — Никто не мог проникнуть в твой мир снов и забрать нужные сведения?
— Формула не записана на входе в мое подсознание, — аонида с улыбкой провела пальцем по своему лбу, — ее нельзя просто взять и прочитать. Там не стоит компьютер, в который можно ввести пароль и найти файл.
Нечто подобное он ожидал услышать. Мир снов не поддается логическому анализу. Во всяком случае, со стороны обычного человека.
— Взгляни на это, — Неарк повернул к ней свой монитор и настроил трехмерное изображение двух формул. — Может, возникнут какие-нибудь мысли.
Клио придвинулась к столу и несколько долгих минут изучала сложные соединения. За это время Фотис успел отойти к кофемашине, перекинуться парой слов с Ангелом, вернулся с двумя стаканчиками, над которыми поднимался горячий ароматный пар. Поставил один рядом с Клио, но та даже не заметила этого: сравнивая две модели, медленно вращала их, заставляла увеличиться фрагменты и снова возвращала прежний вид. Затем она откинулась на спинку стула, и Неарку совсем не понравилось отсутствующее выражение ее лица.
— Мне нужно еще немного времени, — сказала Клио наконец.
— Да, конечно, — отозвался Фотис, но вряд ли сновидящая слышала его.
Зеленый кристалл на ее шее оказался не украшением. Клио повернула на внутренней стороне невидимые для посторонних наблюдателей грани, сдвинула внешнюю крышку, и Неарк увидел миниатюрное устройство для запоминания, передачи и считывания информации.
На стол спроецировалась виртуальная клавиатура. Под пальцами сновидящей, касающимися бледно-голубых несуществующих символов, выросли три экрана — и по ним побежали сложные системы: закрученные цепочки ДНК, соединения, формулы.
С той стороны, где сидел Кир, послышалось легкое постукивание. Неарк взглянул на него и увидел, что тот машинально крутит в руке кастет, отобранный у кого-то давным-давно, и задевает по столешнице, вряд ли сам замечая это. Похоже, тоже с азартным нетерпением ждет вердикта аониды.
Клио внезапно погасила два экрана. И долго смотрела на оставшийся.
— Я не могу сказать, как именно аналог нейротекса попал в организм погибших молодых людей, — произнесла она наконец. — Но я знаю, откуда он появился.
Неарк подался вперед. Фотис скрипнул ножками стула по полу, придвигаясь ближе.
— Может быть, вы помните. Лет пятьдесят назад… случился очень неприятный инцидент с нашими гражданами в Александрии. Он имел огромный общественный резонанс. После чего Полис пересмотрел многие свои взгляды на отношения с соседями.
— Я помню, — хмуро сказал Фотис. — Когда еще учился в академии, на одном из занятий разбирали дело. Похищение наших специалистов на территории агломерации. Совместная операция «ЭВР» и сновидящих Александрии. Множество бумаг через дипломатическую миссию. Прочесали все оазисы, но безрезультатно. Их так и не нашли. Тогда же начали активно вводить проект гидов-охранников для граждан Полиса за его пределами.
Клио утвердительно наклонила голову, по ее волосам пробежала голубоватая тень от виртуальной проекции.
— Все верно.
— И какая тут связь с нашим делом? — спросил Неарк.
— Один из похищенных был генно-модифицирован, — произнесла Клио прохладным голосом. — В его крови циркулировал нейропротектор старого поколения. Несовершенный, более короткого действия, с побочными эффектами, которые можно было нейтрализовать другими препаратами. — Аонида указала на экран. — Вот этот.
— То есть ты хочешь сказать, — прозвучал рядом с Heapком резкий голос до предела раздраженного Кира, — что кто-то выпотрошил гражданина Полиса, сделал смертельно опасный препарат из его крови и теперь травит им наших детей?
— Жестко по форме, но верно по сути, — отозвалась Клио, погасив экран своего мощного переносного виртуала.
— И мы до сих пор не поймали эту тварь, — зло резюмировал Кир.
Сновидящая повернулась, посмотрела внимательно и заинтересованно на невысокого худощавого эринера с острыми, как будто ножницами вырезанными, чертами лица.
— Вы хотите принять участие в физическом задержании преступника, ответственного за происходящее? Если мастера снов обнаружат его…
— Не если, а когда, — перебил ее эринер, — когда вы обнаружите его.
Клио слабо улыбнулась.
— Хорошо, когда мы обнаружим его, я сообщу вам.
— Отлично. — Он отвернулся и ушел на свое место, где снова принялся выстукивать легкую дробь по столу кастетом.
— Ждать столько лет и начать действовать только сейчас? — задумчиво произнес Фотис.