Страница 97 из 110
На диванчике напротив расположилась страстно целующаяся парочка.
— Он как будто съесть ее хочет, — равнодушно заметила Хэл, глядя, как парень уверенно держит девушку за шею одной рукой, а второй обстоятельно оглаживает ее бедро, обтянутое розовым шелком.
— Так и есть, — ответил я невозмутимо.
Ученица стремительно повернулась ко мне.
— Это клуб каннибалов, Хэл.
— Что⁈
— Тише, — усмехнулся я. — Не кричи, а то тебя могут неправильно понять.
— Ты серьезно? Или это опять одна из твоих дурацких шуток?
— Сюда приходят те, кто мечтает попробовать человеческого мяса. Съесть жертву живьем или убить перед этим — как договорятся.
— Погоди, ты хочешь сказать…
— А также те, кто мечтает быть съеденным.
Хэл смотрела на меня, забавно хлопая ресницами, и я видел, что «файлы» в ее мозгу никак не могут сойтись. Сознание уроженки Полиса не могло найти объяснения подобным желаниям.
— Они все… больны? Психически?
— Не знаю. Я не видел их медицинских карт. Но, полагаю, это некая разновидность сексуального извращения с одной стороны, а с другой — глубокого комплекса жертвы.
— А куда смотрят городские власти⁈ У них же под носом людей едят!
— Клуб закрытый, очень дорогой. Полагаю, кто-нибудь из правительства не только знает о его существовании, но и сам состоит в нем.
Хэлена лишь покачала головой, не находя слов, чтобы в полной мере выразить свое негодование и возмущение. Затем, подумав, спросила:
— Скажи, подобное заведение существует в реальности? Или это безумные фантазии создателя этого сна?
— Существует. И я там был.
— Ну и что?
— Как видишь, не съели.
Она только поморщилась в ответ и замерла настороженно — к нам приближался грузный мужчина в дорогом костюме, с приветливой улыбкой на смуглом, высокомерном лице.
— Добро пожаловать, друзья, — произнес он, стараясь смягчать властные интонации в низком голосе. — Вы, я вижу, впервые здесь.
— Прошу, присаживайтесь, — любезно отозвался я, указывая на свободное место рядом с Хэл.
— Благодарю. — Он расстегнул пуговицы на пиджаке, открывая белоснежную сорочку, и опустился на диван, просевший под его весом.
Хэлена непроизвольно передвинулась ближе ко мне, ее колено плотно прижалось к моему. Мужчина сделал вид, что не заметил этого маневра. Продолжая широко улыбаться, он перегнулся через девушку и протянул мне руку. Я пожал его крепкую, сильную ладонь, чувствуя ответное цепкое, оценивающее пожатие. Оно длилось чуть дольше, чем требовали правила обычной вежливости, но было прервано до того, как потенциальная жертва могла быть испугана.
— Как вам нравится мой клуб? — Мужчина откинулся на спинку дивана.
— Прекрасное заведение, — невольно повторил я слова официанта.
— А вашей спутнице? — Он посмотрел на Хэл, умело сохраняющей на лице выражение очаровательной беззаботности.
— Она в восторге.
Хозяин заведения улыбнулся так, что его узкие глаза почти превратились в щелки, утонув в тяжелых веках, и сказал мне:
— Ты хорошо выглядишь, друг мой.
Это было своеобразное приглашение к продолжению знакомства. Меня выбрал на роль полного обеда сам хозяин клуба.
А у меня в памяти вспыхнула яркая картина — огромный зал, наполненный сиянием свечей и душной ванильной ночью, длинный стеклянный стол, деревянные кресла, черные окна от пола до потолка, непрерывный шелест, звучащий назойливым шорохом песка, незнакомый, низкий голос, лишенный интонаций. «Ты хорошо выглядишь, друг мой…»
Я прогнал непрошеное видение, вновь возвращаясь к этой реальности.
— Благодарю.
— Надеюсь, ты не обидишься на мой вопрос. — Хозяин клуба пошевелился на своем месте, принимая более удобную позу. Рубашка натянулась на его животе. — Вы здесь впервые. Кто порекомендовал вам это место?
— Мы зашли случайно, — ответил я с готовностью. — Искали в городе что-нибудь экзотическое, необычное…
— О, вы пришли по адресу. Здесь много всего необычного.
Он посмотрел на Хэл. И мне совсем не понравился его взгляд.
Но он тут же заулыбался и сказал чрезвычайно любезно:
— У нас не часто бывают такие прекрасные гости. Приглашаю вас проследовать за мной. В зону для особых клиентов. Уверяю, вам понравится то, что мы для вас приготовили.
Он поднялся, вежливо поклонился и сделал мягкий приглашающий жест.
— Что он говорил? — нетерпеливо спросила Хэл.
— Идем, — велел я ей, нежно взял ее за руку и потянул с дивана. — И продолжай улыбаться.
— Что происходит?
Я пошел следом за хозяином клуба, лавирующим между столиков и диванов, откуда на нас смотрели каннибалы, пока еще не получившие своего куска человеческого мяса. Хэл, спотыкаясь, брела за мной, и ее ладонь в моей руке становилась все холоднее.
Девушка на сцене закончила петь, вместо нее на узкий пятачок, освещенный алым, выскочили пять длинноногих девчонок и запрыгали в бодром, зажигательном танце под смутно знакомую мелодию.
Сопровождающий нас господин все время поглядывал через плечо, словно опасаясь, что мы передумаем. Я поймал себя на том, что впервые за продолжительную практику сновидений у меня возникло желание нарушить систему, которую не в моих силах нарушать — очень хотелось отказаться и не ходить за ним. Но законы сна неумолимы, мне нужно было идти, чтобы не застрять в этом отрезке пространства сновидения.
Я ощутил намек на выход впереди, он приближался с каждым шагом и становился все более ощутим. Но я не обольщался. Никто не выпустит нас легко и быстро.
Хозяин клуба подошел к стене, занавешенной багровым бархатом, откинул его. Под тяжелой тканью обнаружилась дверь.
— Прошу.
Я нажал на ручку, толкнул деревянную створку и первым шагнул внутрь. Красный свет под потолком мигнул, а затем разгорелся кровавым пожаром. Дверь за нашими спинами захлопнулась.
Вот теперь мы действительно оказались в зоне для особых клиентов. Хэл издала невнятный возглас, когда увидела блестящие орудия мясника, развешенные на крюках, и полосы крови, засохшие на полу и одной из белых стен. Здесь также стояли диваны, обтянутые красной кожей, и два металлических разделочных стола. В воздухе висел густой запах сырого мяса.
— Что это значит⁈ — воскликнула Хэл, озираясь.
— Сейчас нас будут убивать. Ты готова?
— Нет, — мгновенно отозвалась она.
— Тогда самое время приготовиться.
— И как нас будут… убивать?