Страница 17 из 24
Швыряю в нее шар света, но тень слишком проворно ныряет под руку и бьет меня в бок. Шар света уходит вверх, никого не задевая. Врезается в стену, растекается по ней золотистым всплеском и на мгновение озаряет черные, копошащиеся в воздухе обрывки. Острые когти разрывают ткань одежды, но я вовремя уворачиваюсь, не позволяя им добраться до кожи. Ладони начинает покалывать, прозрачное свечение быстро сгущается и двумя жалящими молниями устремляется к противнику. Чудовище истаивает еще до того, как успевает развернуться и повторить атаку. Однако на этом все только начинается.
Маленькие огоньки света, неподвижно парящие в воздухе, позволяют оценить обстановку. Семь или восемь теней быстро приближаются, выпрыгивая из глубин коридора. Черные силуэты кажутся почти материальными – настолько плотные сгустки тьмы. Но, несмотря на то, что они могут резать и рвать, как настоящие звери, все же это существа бесплотные, вред которым не причиняет ни оружие, ни магия – лишь свет.
Больше всего они походят на человеческие фигуры в широких балахонах, полностью скрывающих тела и свисающих вниз чуть колышущимися рваными клочьями. Я застываю в неподвижности и наблюдаю за их приближением, почему-то даже не думая, что нужно защищаться. Сердце колотится где-то на уровне горла, а все остальное внутри, наоборот, замирает, скованное почти неконтролируемым страхом.
В прошлый раз, очутившись в лабиринте, я чувствовала себя уязвимой и беспомощной, не способной защитить себя, полностью зависящей от магии напарников. И все эти чувства возвращаются сейчас, мешая мыслить, не позволяя что-либо предпринять.
– Алиса, призови свет! – восклицает Альрайен за секунду до того, как множество теней накрывает меня бесплотными телами с запахом смерти. Зловонная волна поднимается и душит, как будто прямо передо мной потрошат старые лохмотья.
С тихим шелестом сгустки темноты вытягивают отростки, похожие на тонкие когтистые руки, в намерении разорвать меня на части, превратить в такие же неровные клочья, как их собственные тела. Они действительно могут это сделать – я уже видела своими глазами.
Как ни странно, боль отрезвляет меня, сбрасывает оцепенение и вновь возвращает способность двигаться. Оцарапанную щеку обжигает, будто я прикладываюсь к раскаленной поверхности. Плечи и руки, которыми я пытаюсь защититься, в одно мгновение покрываются множеством рваных, пока еще неглубоких царапин. Некоторые тени, не задерживаясь возле меня, скользят дальше, к Альрайену. Кажется, он атакует ветром, но упругий воздух может лишь ненадолго задержать их приближение. Натыкаясь на невидимую стену, тени повторяют рывок и на этот раз уже беспрепятственно набрасываются на аллира.
Страх наполняет каждую клеточку тела, но больше не застилает собой разум. Заставляя свет вновь разгореться на руках, я впиваюсь пальцами в ближайшую тень, чуть не повалившую меня на пол. Та с шипением скукоживается и распадается под действием магии.
Пока не потеряла необходимый настрой, спешу выставить перед собой руки ладонями вперед и окатываю тени густым потоком света, удивительно быстро сжигающим всех, кто на меня нападает. Расправляясь со своими противниками, я поворачиваюсь к Альрайену. Он сражается с двумя тенями, ловко ускользая из-под когтей и мечом разрывая черные силуэты на части, но они сразу срастаются воедино, не теряя способности нападать ни на секунду. Тени и аллир двигаются настолько быстро, что я боюсь задеть Альрайена.
Несмотря на то, что он затащил меня в это жуткое место, испепелить его все же не хочется. Остается лишь наблюдать, выжидая подходящего случая. А впрочем… кое-что я все-таки могу!
Мысленно молясь, чтобы Альрайен в пылу сражения не задел меня мелькающим в воздухе с огромной скоростью клинком, я бросаюсь в самую гущу схватки. По коже рук скользит уже привычный теплый свет, я уворачиваюсь от меча и прикладываю ладони к тени, которая когтями целится Альрайену в плечо. Чернота под моими руками начинает истончаться, распадаясь на отдельные клочки, на этот раз почти безобидные.
Альрайен ориентируется и быстро пригибается, позволяя мне беспрепятственно атаковать последнюю тень. Всплеск света – и все заканчивается. Только в воздухе еще висит несколько огоньков, которые я незадолго до боя оставила освещать коридор. Тени их не тронули, все это время огибая, не касаясь маленьких светлячков.
Почему-то вспоминается мое предыдущее посещение подземного лабиринта. Молодой маг, по воле случая влившийся в нашу команду, вызывал такие же небольшие огоньки, но тени их поглощали, не принимая за серьезную угрозу. Почему сейчас они не трогают эти светящиеся шарики? Неужели боятся? Пожалуй, сей факт может натолкнуть на некоторые предположения, но мы ведь хотим совершенно точно определить уровень моих сил?
Видимо, Альрайена посещают те же мысли. Поправляя разодранную куртку, он говорит:
– Пойдем. Зал совсем близко.
– По-моему, ты сейчас подвергаешь себя большей опасности, чем я – себя, – замечаю я, чувствуя вину за то, что так долго не могла призвать свет. Промедли я еще немного, и аллир мог погибнуть! Ему-то, в отличие от меня, нечего противопоставить теням.
– И что ты предлагаешь? Если я уйду, то кто же тебя отсюда вытащит?
– Предлагаю просто держаться поближе друг к другу.
Судя по всему, мои слова оказываются пророческими, вот только в обратную сторону.
Монстр двигается почти бесшумно, однако аллир успевает среагировать. Не знаю, что монстр ел целых полгода, но, напитавшись человеческой кровью во время игры и став самым настоящим материальным существом, он дожил до этого дня.
Монстр незаметно приближается со спины и бросается на меня. На этом все могло бы закончиться, однако Альрайен успевает оттолкнуть меня с траектории прыжка и принять удар на себя.
Толчок настолько сильный, что я теряю равновесие, лечу по воздуху и встречаюсь лицом с каменным полом. Из носа выбивает струйку крови, но обращать внимание на такие мелочи времени нет.
Оказывается, Альрайен втолкнул меня прямо в тот зал, куда мы направлялись.
Я даже не успеваю подняться на ноги – лишь переворачиваюсь на спину, а на меня уже несется черная волна.
Огоньки света остаются в коридоре, где с материальным монстром сражается Альрайен, а я оказываюсь в почти кромешной темноте, но мне не нужно видеть, чтобы понимать, что происходит.
Через несколько шагов от меня каменная поверхность резко обрывается – там зияет гигантский бездонный провал, на дне которого живут тысячи теней. В прошлый раз мне удалось все это хорошенько разглядеть, ужаснуться, чуть не погибнуть, но проредить ряды этих мерзких созданий. Однако их остается по-прежнему много.
Тени поднимаются из бездонных глубин пропасти и с оглушительным, все нарастающим шелестом несутся ко мне сплошной черной массой. Они затопляют собою все вокруг, погребая меня под тяжестью невесомых, но таких ощутимых тел и вливаясь в коридор, где остается Альрайен. Сотни когтей тянутся ко мне, царапают, разрывают одежду, перемешивая раскисшие волокна ткани с кровью, стремительно вытекающей из ран. А я вновь не чувствую внутри себя света: только страх, боль и пустоту.
Кажется, я кричу. Кажется, закрываю лицо непослушными руками, но когти только глубже вонзаются в тело, жаждая одного – крови, способной подарить им материальность. Зловонные сгустки тьмы копошатся вокруг, толкая соперников, пытаясь дотянуться до изорванной плоти и отхватить себе глоток боли. Искаженная, мерзкая, извращенная темнота вызывает отвращение. Она лишена чистоты и смертоносного великолепия Первозданной Тьмы. Всего лишь грязь, которая не должна была родиться!
Не знаю, что в этот момент пробуждается в моей душе, но это не свет. Может, память о прекрасной, несравненной красоте Первозданной Тьмы, а может, и нечто другое, но я всем своим существом желаю уничтожить отвратительных тварей. Свет вспыхивает где-то внутри и быстро разрастается до таких размеров, что во мне ему становится тесно. Лучи рвутся не только из рук, как прежде, а из всего тела. Накладываясь друг на друга, сплошным ослепительным потоком льются в разные стороны. Тени не успевают даже зашипеть – они растворяются в волнах света совершенно беззвучно.