Страница 57 из 61
Выкупив комнату на ночь в том постоялом дворе, к которому меня привёл мальчишка, переоделся в городское и, взяв с собой только рюкзак и копьё, спустился к стойке, где выведал у дежурного слуги о местных мастерах шитья и кожевниках. Наведался в ближайшую из указанных мастерских, которой, к моему немалому облегчению, владел довольно молодой, а, следовательно, не очень закостеневший в своей профессии мастер. С ним я относительно быстро нашёл общий язык. Нет, конечно, тот сперва не очень понимал, что я от него хочу, и как рюкзак может быть таким, каким я его изобразил. Но магия Иллюзии, а также обещание щедрой оплаты всё же помогли нам договориться.
Чтобы вместить все мои вещи и не таскать сумки в руках, надо было что-то вроде земного туристического рюкзака, литров на шестьдесят, не меньше. Его я и изобразил перед мастером, а затем уже куда более подробно показал, как его сделать. Какие зоны усилить плотной кожей, и как точно крепить ремни. Разумеется, мои общие наброски давали только общую картину, но детальные словесные пояснения всё же позволили достучаться до мастера, и он ухватил общую мысль. Как только этот перелом произошёл, дальше уже всё пошло легче. Кончено, не думаю, что у него с первого раза получится именно, как задумано, но пусть попробует, а утром зайду к нему снова и попрошу переделать, указав на ошибки и неточности, которых, уверен, будет не мало. Это, конечно, почти удвоит общую цену, но лучше сразу получить нужное, чем, как я сейчас, мучиться!
Из лавки мастера по шитью я вышел уже на закате. Как и в любом другом городе области Рур, в Стольмиде было немало лавок, что торговали продуктами кузнечного дела. Была даже целая улица, на которой, как мне показалось, подобная лавка была в каждом доме. На неё я и свернул, заглядывая в эти магазинчики поочерёдно, прицениваясь к различной броне и ведя неспешные разговоры с городскими купцами.
В принципе ассортимент всех лавок был очень похож. Однотипное оружие и доспехи, всей разницы между которыми — разве что внешнее оформление в виде различных гравировок или хитрого вычурного плетения. Впрочем, а что я хотел? По-настоящему хорошие мастера в подобном захолустье долго не задерживаются. Тем не менее, вся выставленная на продажу броня, а также клинки и другое оружие были выполнены не ниже определённой, и при этом довольно высокой, планки. Чувствовалось, что местные кузнечные гильдии и объединения следят за качеством продукции и не позволяют оказаться на прилавках откровенному шлаку. Да и местные цены приятно радовали. Приличную, правда без изысков, кольчугу двойного плетения из средних по размеру колец можно было приобрести всего за девять золотых. И ассортимент был вполне приемлем, настолько, что ту же кольчугу я мог подобрать под себя из уже готовых, и не тратить много времени на подгонку брони под фигуру.
Конечно, этим вечером я не стал ничего покупать. Так, поговорил, приценился, и на этом, пожалуй, всё. Ничего такого, что мне бы понравилось, я не увидел, а значит можно с этим вопросом потерпеть. Завернув в последнюю на моем пути к постоялому двору лавку, которая была уже седьмой по счёту, замер с открытым ртом, стоило мне переступить порог.
— О! Господину приглянулся доспех, который я привёз буквально сегодня утром! — Тут же подскочил ко мне уже не молодой, но при этом суетливый и резкий в движениях торговец. — Очень необычный и красивый, правда? Купив его, вы будете выделяться в толпе, и многие женщины не будут сводить с вас взгляда!
— Красиво. — Сглотнув обильный комок в горле, я кончиками пальцев прикоснулся с обшитой плотной кожей металлической пластине нагрудника.
Вот чего я не ожидал увидеть здесь, так это классическое до-мару, ламеллярный пластинчатый доспех японской школы. Причём сделанный по всем канонам. Такое не повторить по рисунку или по памяти, увидев раз в кино или на картине. Нет, конечно, можно было бы создать что-то по мотивам, но мои пальцы сейчас касались сделанного по всем правилам до-мару. Со всеми его обшивками металла кожей, лакированными деревянными вставками и внешними шелковыми завязками.
Вывернув пластинчатый наплечник обратной стороной, я увидел изображение, похожее на рукописную большую букву «П», которая словно пытается убежать вправо. Японский иероглиф означающий «меч».
Глава 15
— Это довольно дорогая и статусная, но согласитесь, невероятно прекрасная вещь! — торговец прыгал вокруг меня, словно горный козёл. — Такой брони больше нет ни у кого! Тот мастер, что её создал, уверил меня, что второй такой он больше не сделает! Я хотел предложить её старшему сыну нашего графа, но увидев заинтересованность в ваших глазах, если господина устроит цена, то…
Завершив осмотр брони, я наконец-то обратил внимание на суетящегося вокруг меня торговца:
— Да, доспех мне и правда понравился. И я бы его несомненно купил, но он для меня явно мал. А конструкция такова, что подогнать его под мою фигуру, не нарушив общую композицию и красоту линий, боюсь, сможет только тот мастер, который его создал.
— Что вы! Наш город славится своими кузнецами, и они подгонят вам по фигуре, соблюдая все пропорции.
— И всё равно, подобная кропотливая работа займёт у них минимум неделю. — Словно в сожалении цокаю языком. — Быстрее выковать новый, чем переделать этот под меня. А я, к моему превеликому сожалению, таким количеством свободного времени не располагаю.
— Ну как же быстрее новый? Что вы такое говорите⁈ — Всплеснул руками торговец. — Вы только посмотрите на эти лакированные дощечки, на то, как дублёная кожа ложится на сталь! А эти узлы и завязки, они прекрасны сами по себе! Такое и за две недели не сделать, как ни старайся!
Это он не знает Кейташи и его нездоровый трудоголизм! Уверен, на создание данного до-мару у японца ушло не более пяти дней. Если он, конечно, не сам делал деревянные заготовки и не занимался кожей, заказав эти детали на стороне, а лично только ковал металлические части, да в финальной стадии собрал всё воедино.
— Позволите осмотреть броню внимательнее? — Словно нахожусь в сомнении, попросил я.
— Конечно! — Почувствовав мою заинтересованность, ещё больше оживился торговец. — Согласитесь, этот доспех выглядит очень необычно! Посмотрите какие линии, а лакированное дерево поверх стали — просто невероятная находка! Вы только взгляните, как благородно оно выглядит. Этот доспех уникален. Мастер, его создавший, долго не хотел его вообще продавать. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы всё же уговорить его! Как мне сказали, многим торговцам он отказал в его продаже. И только узнав, что я из Стольмида, тот кузнец всё же согласился продать этот шедевр!
Пока хозяин лавки распинался, я внимательно осматривал доспех. С каждым словом торговца мне все труднее было прятать улыбку. Шедевр, ну да, как бы не так. Передо мной, несомненно, был один из неудачных экспериментов Кейташи. Нет, с точки зрения местных кузнецов, всё было сделано на вполне приличном уровне. Никакой перекалки стальных листов разумеется, никаких сколов и тем более трещин, все крепления выполнены на должном уровне, а внешнее оформление, всё это лакированное дерево и богатый шёлк, было сделано на очень приличном уровне. Тем не менее, от моего взгляда не укрылось, что каждая пластина этой ламеллярной брони различалась по толщине и цвету, последнее намекало на то, что каждый элемент закаливали по-своему. Словно мастер, их делавший, постоянно менял методику закалки. Также наплечники были выкованы в разном стиле, потом это «заретушировали», скрыв от глаз, накрыв шелком и подвязав банты. Защита спины была выполнена в классическом японском стиле, но при этом крепления многих сегментов также различались. Нет, все эти замеченные мною недостатки не делали броню плохой, с точки зрения местных мастеров. Но вот, зная Кейташи, уверен, он сам к этому доспеху относился не иначе как к браку. А точнее к экспериментальной модели, на которой отрабатывал те или иные технологии. Скорее всего, японец вообще не собирался кому-то продавать эту вещь, а планировал пустить на переплавку. Возможно, эта броня валялась где-то в углу его мастерской, пока не попалась на глаза этому торговцу. Причём слова хозяина лавки косвенно подтверждают мои мысли. Кейташи, видимо, позволил себя уговорить всё же продать эту броню, когда узнал, что торговец увезёт её на другой край области Рур.