Страница 67 из 98
Верховный заметил, что Киров прочитал программу дважды, сначала бегло, наискосок, цепляясь только за основное, а потом уже вдумчиво и по порядку, вникая в каждый пункт.
— Довольно утопично, — он протянул листок обратно.
— Не более утопично, чем ленинские тезисы, — хмыкнул Корнилов.
— Я же не сказал, что это невозможно, — пожал плечами Киров. — И чего вы хотите от меня?
— Я хочу, чтобы вы, Сергей Миронович, возглавили партию, — глядя ему прямо в глаза, произнёс Верховный.
Брови Кирова удивлённо поползли вверх, он замер, будто все прежние мысли разом вылетели у него из головы.
— Зачем?.. Вы же… Я же… Я же простой журналист, у меня нет… Я не знаю, это как-то… — пробормотал он.
Всё же подобных предложений раньше он не получал, и это заметно выбило его из колеи. А ещё Киров понимал, что такие предложения делаются только один раз, и второго шанса не будет. Более того, Верховный явно доверил ему один из его секретов, и не позволит ему покинуть Могилёв живым, если он откажется. Да и в любом случае на это место найдётся кто-то более сговорчивый.
Киров любил красивую жизнь, любил власть. Да, он был убеждённым социалистом и членом РСДРП с 1904 года, но предложение Корнилова пошатнуло его веру, к тому же, в этой программе присутствовали почти все социальные реформы, за которые уже почти двадцать лет боролись эсдеки и эсеры. Кроме права на самоопределение народов, но этот вопрос Киров не считал первостепенным.
— Принять решение нужно уже сейчас, Сергей Миронович, — холодно произнёс Корнилов, наблюдая за внутренней борьбой революционера.
Киров вздохнул, набрал воздуха в грудь, как перед прыжком с высоты.
— Я согласен, Лавр Георгиевич, — произнёс он.