Страница 52 из 98
Он окончил читать записку, взглянул на скучающего Керенского, на министров.
— Надеюсь, вы примете верное решение, господа, — поднимаясь из-за стола, произнёс Верховный.
Обе папки он протянул Керенскому, который словно бы очнулся ото сна, удивлённо глядя на генерала.
— Благодарю за внимание, — произнёс генерал и вышел из зала заседаний, не прощаясь.
Джигиты снова встрепенулись, завидев своего Верховного, подобрались, ожидая приказаний.
— На вокзал, — хмуро произнёс он.
Погрузились в автомобили, неспешно поехали по вечернему Петрограду. Этот город сейчас напоминал Корнилову сточную канаву, собравшему всю человеческую грязь со всей страны. И с каждой минутой нахождения в нём, вся эта грязь липла к душе, подменяя собой все самые лучшие качества.
На вокзале он тут же приказал готовить поезд к отправке, а сам ушёл в свой вагон, дел предстояла целая куча.
Из окна вагона он вдруг увидел картину, как министр-председатель в своём неизменном френче без погон пытается убедить часового впустить его к Корнилову. Генерал тихонько выглянул наружу.
— Ну что же вы, голубчик! Я ведь сам Керенский! — сказал Керенский.
— Нылзэ! — грубо, с ужасным акцентом рявкнул часовой, явно теряя терпение.
Министр-председатель попытался было протиснуться мимо, но не решился, отпрянув назад, оружие у туркмена было боевым, заряженным и опасным, и можно было не сомневаться, что он его применит.
— Джамал! Впусти этого клоуна, — по-туркменски произнёс Корнилов, выходя на площадку вагона.
Часовой покосился на Керенского и отошёл в сторону, тот, огибая туркмена по широкой дуге, просочился в вагон, где его и принял Верховный.
— Здравствуйте ещё раз, Александр Фёдорович. Чем обрадуете? — спросил Корнилов.
— О, это сугубо частный визит, Лавр Георгиевич! — замахал руками Керенский. — Хотел просто ещё раз выразить вам моё глубочайшее уважение.
— Гораздо лучше было бы, если бы вы выразили его, приняв мои предложения по реорганизации, — холодно заметил генерал.
— Мы над этим работаем, — сказал Керенский. — Я просто хотел заверить вас, Лавр Георгиевич, в нашей поддержке. Правительство и армия должны работать сообща, на благо револю…
— Александр Фёдорович, прекратите, мы не на митинге, а я не восторженный гимназист, — произнёс Корнилов. — На благо революции, конечно. Но в первую очередь мы должны работать на благо Родины.
— Да-да, разумеется, — Керенский сразу как-то поник. — В общем, я хочу, чтобы вы знали, Лавр Георгиевич. Мы на вашей стороне.
— Да, конечно, — в тон ему произнёс Корнилов. — На благо революции.