Страница 47 из 98
Но времени, конечно, с каждым днём становилось всё меньше. Нужно было спешить, пока не стало слишком поздно, пока Керенский не осмелел и не снял его с должности. Даже если откинуть манию величия и всё такое, Корнилов в данный момент на самом деле являлся единственной соломинкой, за которую можно было вытянуть Россию из того болота, в какое её завели царь и сменившее его Временное правительство.
Хорошо, что многие это понимали и так, без всякой пропаганды и газетных статей, которые Завойко строчил по заказу и по велению сердца.
А вот советы видели в нём непримиримого врага. Чуяли за версту, что как только Верховный возьмёт в свои руки власть не только над армией, но и над тылом, то примется душить их, как Полиграф Полиграфыч бродячих кошек. То есть, безжалостно и безостановочно. И именно поэтому Керенский, потакая желаниям Петросовета, всячески затягивал обсуждение записки Корнилова, осуждал возвращение смертной казни и просто препятствовал ему, продолжая разваливать армию по указке своих друзей-масонов из совдепа.
Генерала Алексеева в своё время он снял с должности Верховного Главнокомандующего за то, что тот предлагал восстановить работу военных судов для повышения дисциплины. Генерала Брусилова он снял за то, что он потакал солдатским комитетам и развалил дисциплину. Генерала Корнилова же снять не получится. Генерал Корнилов сам снимет кого угодно, железной рукой наводя порядок на фронте и в тылу. Это он себе пообещал твёрдо и чётко, решив скорее умереть в бою, нежели оставить Россию на растерзание этим стервятникам.