Страница 90 из 94
Но историческая обстановка меняется в условиях социализма, где искусство становится в иные отношения к обществу, являясь выражением его идей и стремлений в целом.
Социалистический строй уничтожает антагонистические классы. В нашем обществе достигнуто гармоническое единство интересов всех общественных сил — рабочего класса, колхозного крестьянства, советской интеллигенции.
Именно поэтому в нашем обществе отсутствуют такие художественные течения, которые бы выражали интересы разных, враждебных друг другу классов или общественных групп, исчезает искусство, построенное на классовой исключительности.
Морально-политическое единство советского народа, сплотившегося вокруг Коммунистической партии, представляет собой тот источник, на котором зиждется вся идеология советского общества.
Это нерушимое единство народа, сплоченного вокруг партии, под бессмертным знаменем Ленина — Сталина, приводит к тому, что нет никакого различия в интересах и идеалах рабочих и колхозников, коммунистов и беспартийных. Морально-политическое единство советских людей получает свое ярчайшее выражение в советской, социалистической демократии. Это не может не найти себе отражения и в искусстве. Если А. Пластов в основном певец советской деревни, то это совсем не означает, что его идеалы и стремления как-то отличаются от идеалов и стремлений других художников, стоящих на общей идейно-политической платформе. Коль скоро наше искусство объединяет мысли, волю и чувства всех советских людей, оно в подлинном смысле всенародно. Оно представляет собой одну из идеологических форм утверждения господствующего социального строя, защиты его от посягательств извне, от противостоящего миру социализма и демократии мира империализма и войны.
Боевое острие советского искусства в нынешних исторических условиях направлено прежде всего против реакционной буржуазии, против поджигателей войны, против растленной идеологии империалистического капитала. Оно направлено против носителей буржуазной идеологии внутри страны, против тех, кто ведет вражескую работу, фальшивит, тормозит наше победоносное движение вперед. Коротко говоря, партийные идеалы искусства социалистического реализма ныне направлены на борьбу с лагерем загнивающего капитализма во всех его проявлениях. И это делает его основным, главным, ведущим идейным содержанием животворный советский патриотизм. Таковы корни благороднейшей черты советского искусства — его советского патриотизма. Нет и не может быть художника, нет и не может быть настоящего, большого произведения советского искусства, которое бы не было проникнуто гордостью за свою страну, радостью по поводу ее успехов, в котором не ощущалось бы горячее и искреннее чувство любви к своему социалистическому Отечеству.
Мобилизующая и преобразующая работа наших художников, владеющих методом социалистического реализма, и заключается в том, что они воспитывают наших людей в духе коммунизма, в духе преданности партии, в духе любви к Родине; в этом и именно в этом прежде всего облагораживающее человека воздействие советского искусства, проникнутого возвышенными идеями патриотизма. Ярко проявлялось это качество искусства социалистического реализма в живописи эпохи Великой Отечественной войны. Как известно, на второй день после вторжения гитлеровских полчищ в СССР вышел первый боевой плакат, зовущий на защиту социалистического Отечества. Исключительна роль, которую играли «Окна ТАСС»; плакаты, газетные карикатуры в деле мобилизации духовных сил советских людей в борьбе с врагом. Но не только такие виды искусства, как плакат, сатирическая графика, по самой сущности своей искусства агитационные, стали в те дни идейным оружием советского человека в войне. Советская станковая живопись создала ряд замечательных картин, мобилизующее патриотическое значение которых очень велико. Напомним такие произведения, как «Немец пролетел» А. Пластова, «После ухода немцев» Т. Гапоненко, «Таня» Кукрыниксов, «На освобожденной земле» Д. Шмаринова и многие другие. Это были произведения, проникнутые горячим и искренним чувством, исполненные сурового мужества и грозной ненависти, зовущие на борьбу. Это были произведения, говорившие о тех мыслях, чувствах, стремлениях, которыми жил весь народ.
Кукрыниксы (М. Куприянов, П. Крылов, Н. Соколов). Таня.
В годы войны советское искусство целиком отдало себя делу защиты Родины. В этом факте наглядно обнаружилась крепчайшая связь художника с народом, которая сделала искусство во всех его передовых проявлениях выражением жизненных интересов миллионных масс трудящихся Советского Союза. Об этом художник в буржуазном обществе не смеет даже мечтать. Правящие круги не заинтересованы в том, чтобы он, пользуясь выражением А. М. Горького, стал «чувствилищем души народной», более того, они всячески стремятся оторвать художника от народа. С горечью писал председатель Лиги американских художников Рокуэлл Кент в 1942 году: «В Советском Союзе ваши лучшие художники были призваны дать лучшее, что они могут, а в Америке лучшим художникам предоставляли оставаться праздными».
Канадская газета писала: «Все виды искусства имеют глубокое влияние на народ. Поэтому они были призваны Советами для просвещения народа. Советы поняли огромную пропагандистскую силу искусства. Америка не оценила этого фактора». Газета не поняла или сделала вид, что не поняла сути дела. Политики Уолл-стрита великолепно оценили «этот фактор» и как раз поэтому постарались заставить искусство служить делу пропаганды империалистических захватов и мирового «превосходства американского духа», стремясь задушить всякое проявление народных стремлений среди деятелей искусства. Вот почему в американском искусстве даже в период второй мировой войны во множестве появлялись вещи, в которых не было ни грана патриотизма, а лишь служение космополитической пропаганде «не знающего отечества», по выражению В. И. Ленина, империалистического капитала. Еще более уродливый характер приобрело буржуазное космополитическое искусство в Америке послевоенного периода, когда излюбленными его темами стали темы прославления «атомной эры» и прочих лозунгов воинствующего империализма. Картины, подобные «Атомно-меланхолической идиллии» Сальвадора Дали или «Ужасу в Бруклине» Л. Гульельми, призваны внушить мысль о бессилии простых людей перед чудовищной техникой «атомных» разрушений. Это искусство направлено своим острием против СССР и стран народной демократии, против всех народов мира, но оно направлено также и против своего народа, и в этом его антипатриотическая сущность.
Л. Гульельми. Ужас в Бруклине.
Патриотизм советского искусства — прямое и непосредственное выражение общенародных идей и чувств. В эпоху суровой борьбы с немецким фашизмом он получил очень яркое и наглядное выражение, но было бы глубокой ошибкой полагать, что это качество вызвано в советской художественной культуре какими-либо временными, преходящими обстоятельствами. Советский патриотизм лежит в самой основе советского искусства, он может принимать различные формы в зависимости от конкретных исторических условий, но необходимо подчеркнуть, что он является неотъемлемым внутренним качеством социалистического реализма в искусстве.
Если мы возьмем, например, советскую живопись второй половины тридцатых годов, то легко заметим в ней особенную яркость праздничного ощущения жизни. Ликующая радостность «Незабываемой встречи» В. Ефанова, величавая торжественность в картине «И. В. Сталин и К. Е. Ворошилов в Кремле» А. Герасимова, бурливое чувство жизни в «Колхозном празднике» А. Пластова, счастливое веселье молодости в «Октябринах» А. Бубнова — таковы преобладающие эмоциональные тона искусства этого периода. Оно как бы является воплощением радостных слов вождя, сказанных им на Первом Всесоюзном совещании стахановцев в 1935 году: «Жить стало лучше, товарищи. Жить стало веселее. А когда весело живётся, работа спорится».