Страница 47 из 152
Некоторое время он бродил по садам рядом с терминалом лифта, регулярно останавливаясь на парковых скамейках, чтобы дать отдых мышцам. Фонтаны шипели и переливались вокруг него. Была середина дня, и на небе не было ни облачка, оно было до нелепости голубым и бесконечным, как будто простиралось до самой Андромеды, а не ограничивалось острием цвета индиго, которое он видел из космоса. После освещенных прожекторами пещер Непросматриваемой зоны это было похоже на то, как если бы к реальности было прикреплено отдельное измерение. Он был совершенно доволен тем, что просто откинулся на спинку скамейки в парке, следя за шестью нитями гитарных струн лифта, когда они поднимались и сходили на нет, в точной, сводящей на нет демонстрации перспективы точки схода. Поезда на нитях поднимались и опускались, менисковидные шарики черного масла скользили по проволоке. Буруны набегали на морскую стену полуострова, убаюкивая своим бесконечным грохотом, похожим на грохот цимбал. Чайки проносились мимо него, ослепительно белые окна в форме птиц открывали вид на другое, более чистое творение.
Он с трудом поднялся на ноги и поднял спортивную сумку, которая теперь казалась набитой дюжиной вольфрамовых слитков. Морщась от напряжения, он пошел обратно через мерцающие сады к железнодорожной станции, где вполне рассчитывал сесть на экваториальный экспресс обратно в Найроби. Ночной поезд дал бы ему время собраться с мыслями, и это отложило бы возвращение домой еще на несколько часов. Но когда он прибыл в зал ожидания, диспетчер сообщил ему, что сейчас в зарезервированной посадочной зоне ожидает присланный специально для него частный аэролет.
- Пошли вы на хрен, - сказал он себе под нос.
Два часа спустя он снова оказался в воздушном пространстве Восточноафриканской федерации. Солнце еще даже не село, когда он приземлился у дома; он обнаружил, что экзоскелет ждет его, стоя там, как безголовая конструкция, готовая принять Джеффри в свои мягкие объятия. Он отшвырнул экзо в сторону и прошествовал в дом, как человек, ощетинившийся перед дракой в баре.
Гектор и Лукас ждали его, развалившись в садовых креслах и попивая послеобеденные напитки на террасе, выходящей на запад. Перед ними, словно настольная игра, была развернута парящая проекция футбольного матча Премьер-лиги.
- Джеффри, - сказал Гектор, делая вид, что почти встает со своего места, но на самом деле не завершая движение. - Рад наконец-то видеть тебя снова на твердой земле! Я вижу, ты нашел аэролет.
- Его трудно не заметить, - сказал Джеффри, бросая спортивную сумку к своим ногам. - Впрочем, вам не стоило беспокоиться.
- Мне показалось целесообразным способствовать твоему скорейшему возвращению, - сказал Лукас, наклоняясь, чтобы почесать кожу под яркой пластиковой сороконожкой, прикрепленной к его ноге. На нем были шорты, теннисные туфли и оранжево-желтая рубашка с разрезами. - Ты решил не использовать экзо?
- Я не калека, кузен.
- Конечно, нет. - Лукас сделал футбольный матч невидимым. - Однако мы принимали близко к сердцу исключительно твои интересы. Сейчас мы с братом легко приспосабливаемся к земной гравитации, но это только потому, что у нас обоих накопилось очень много космических часов. С опытом адаптация действительно становится легче.
- Буду иметь это в виду. - Он не хотел быть слишком любезным с кузенами, особенно когда ему было что скрывать от них. - Не то чтобы у меня были какие-то планы снова лететь в космос.
- Луна все равно почти не в счет, - сказал Гектор. - Но давай не будем портить Джеффри настроение - я уверен, что это было похоже на отличное приключение. А эта неловкость, история с задержанием вашего друга? Мы больше не будем говорить об этом. Честно говоря, мы тебе очень благодарны. - Он многозначительно взглянул на сумку. - Эта... гм... штука - она там?
Джеффри наклонился и расстегнул молнию на сумке. Перчатка лежала поверх его одежды; это была последняя вещь, которую вернули обратно после прохождения таможни. Он вытащил ее и бесцеремонно бросил Гектору, которому пришлось поспешно поставить свой стакан, чтобы поймать ее.
Гектор осмотрел перчатку прищуренным, испытующим взглядом коллекционера марок.
- Дай-ка я посмотрю, - сказал Лукас.
- Мы можем обратиться к домашним архивам, - сказал Гектор, передавая вещь брату, - посмотрим, соответствует ли она какому-либо из костюмов, которые, как известно, носила Юнис.
Лукас с явным отвращением потрогал перчатку, наморщив кончик носа. - Исходя из строгого соотношения затрат и выгод, отправка Джеффри на Луну, чтобы забрать это, возможно, была не самым благоразумным из наших недавних финансовых решений.
- Это действительно выглядит немного неряшливо, - признал Гектор, прежде чем вернуться к своему напитку. - И в хранилище действительно больше ничего не было, Джеффри?
- Именно это я и сказал.
- Больше ничего? - Лукас допытывался. - Никаких сопроводительных документов?
- Только перчатка, - раздраженно сказал Джеффри.
- Она была не в себе, - сказал Гектор, забирая перчатку у брата. - Это единственное возможное объяснение. Не то чтобы это имело особое значение, зачем она ее туда положила. Мы опасались, что в хранилище может быть что-то опасное, что может подорвать репутацию семьи. По крайней мере, мы можем быть спокойны на этот счет, не так ли? - Он все еще рассматривал перчатку, вглядываясь в нее с удвоенной сосредоточенностью.
- Полагаю, что так, - согласился Лукас. - По крайней мере, наша главная проблема устранена.
- Какая проблема? - спросил Джеффри.
- Что мы найдем бумажную волокиту, документы, - сказал Гектор. - Кое-что, за чем нужно было проследить. Не какая-то старая реликвия, которую мы можем безопасно спрятать в семейном музее, где на нее никогда не взглянут во второй раз.
- Если это все, для чего я вам нужен... - сказал Джеффри, потянувшись застегнуть молнию на спортивной сумке.
- Да, конечно, - сказал Гектор, сияя. - Ты великолепно справился! Сам образец благоразумия. Разве он не великолепно справился, Лукас?
- Наши требования в этом вопросе, - подтвердил Лукас, - были удовлетворительно выполнены.
- Я скажу это тебе, Джеффри, - сказал Гектор. - Какое бы мнение кто-либо ни высказывал относительно твоей приверженности семье в прошлом, с этим делом ты справился с честью. Теперь ты можешь высоко держать голову, как истинный Экинья, вместе со всеми нами.
- Это очень любезно с вашей стороны, - сказал Джеффри.
- И мы, конечно же, выполним свою часть соглашения, - продолжил Гектор. - Как только я допью этот напиток, я выделю первый взнос из твоего нового исследовательского бюджета.
Джеффри перекинул сумку через плечо. - Мемфис где-нибудь поблизости?
- Дела потребовали физического путешествия в Момбасу... - Лукас посмотрел на Джеффри с острым интересом. - Но он уже должен быть дома. Ты хотел обсудить с ним что-нибудь конкретное?
- Он мой друг, - сказал Джеффри. - Я просто хочу наверстать упущенное.
Лукас натянуто улыбнулся. - Всем нам надлежит извлечь максимальную отдачу из такого ценного ресурса.
Он вернул футбольный матч к жизни, хлопнув в ладоши в ответ на стремительный пас нынешнего лучшего полузащитника Камеруна. - Гены тюленя, - с благодарностью признался он брату. - Повышенная плотность мышечного миоглобина для увеличения поглощения и накопления кислорода. Подумываю о том, чтобы самому добавить немного.
Джеффри с радостью отказался от кузенов и их футбола ради домашней прохлады. Его комната была чистой и спартанской, кровать аккуратно застелена, на полках ничего не было, за исключением одной или двух книг и артефактов. Шторы мягко колыхались на послеполуденном ветерке, окно было слегка приоткрыто. Он дотронулся до резного деревянного слона-быка, возглавлявшего процессию, погладил его гладкую, отполированную спину и положил свою сумку на кровать. Он открыл один из шкафов, чтобы проверить, есть ли там сменная одежда.
Он сел за письменный стол и погрузился в свои исследовательские фонды. Первый взнос уже был получен, как и обещал Гектор. Это была ошеломляющая сумма денег; больше, чем Джеффри когда-либо видел на своих счетах за один раз. Предполагалось, что он потратит их на изучение слонов, но он сомневался, что кузенам есть дело до того, где они на самом деле окажутся. Деньги, по крайней мере в таких количествах, были для них как вода. У них была функция, подобная гидравлической жидкости, но в таких малых масштабах она едва ли заслуживала внимания.