Страница 41 из 78
— Залезай, узнаешь.
Ирида залезла ко мне. Нам едва хватило места, чтобы поставить ногу к ноге. Я хотел приобнять ее, чтобы она вдруг не упала. Но ее взгляд показал мне, что она и сама прекрасно справится.
Когда мы крепко стояли, я положил руку на огненный камень и резко вынул его.
Да, как я и думал.
Резкий щелчок раздался по всему залу, активируя все ловушки одновременно.
Ирида не сдержалась, и сама обняла меня от испуга. А испугаться было чему.
Стрелы, летящие вокруг, копья, высунутые из прорезей пола, огромные топоры-гильотины, пролетающие мимо нас спереди и сзади, а также огненные струи, полыхнувшие по местам, где мы прошли пару секунд назад. Окажись мы в этот момент на платформах, то живыми бы точно не остались. Во всем этом смертоносном хаосе был лишь один безопасный островок — то место, где мы стояли.
Когда все это кончилось, она нерешительно слезла с алтаря.
Но внезапно я почувствовал, как мою руку буквально проткнула ужасная боль. Ту самую, в которой я держал огненный камень. Резко закинув его в сумку, я повернул ладонь к себе. На ней медленно разворачивалось изображение огненно-красной лилии.
Ирида бесцеремонно взяла меня за руку, оглядев изображение.
— О нет. Это плохо. Очень плохо!
Но она не успела договорить. В пещере резко похолодало, отчего пространство словно начало сужаться. Стены задрожали, роняя на землю множество сталактитов.
Схватив Ириду за руку, я бросился в сторону выхода. Ловушки уже не работали, а арочные мосты без стражей продолжали стоять в ожидании нас. Мы пробежали весь путь в мгновение ока, и буквально в ту же секунду, когда я швырнул девушку вперед и сам вылетел из пещеры, ее вход завалило огромными валунами.
Тяжело дыша, я перевернулся на спину, глядя в безоблачное небесное полотно.
Итак, первый есть, осталось еще три, значит теперь нам нужно на реку Плеврон.
Поднявшись, я заметил Ириду, которая грустно смотрела на меня.
— Ты так смотришь, будто я умирать собрался.
— Цветок на твоей руке. Взгляни на него.
Три лепестка лилии были очерчены толстым красным контуром. Боль уже прошла, однако странная пульсация в ладони все еще ощущалась.
— Я слышала об этом, но никогда не думала, что мне доведется встретить подобное. Видимо одна ловушка была в самом огненном камне. Но я не могу поверить… Кому нужно накладывать столь страшный яд на огненный камень.
— Ну сколько можно прелюдий, скажи уже, что это за хрень! — взволнованно выдал я.
— Этот яд называется Кровь Геры. Лилия — ее символ. Как только яд проникает в кровь, он тело изнутри. Лилия на твоей ладони показывает прогресс яда. Каждый раз, когда лепесток загорается красным — яд достигает определенной стадии. На первой вся твоя кровь начнет нагреваться, и ты будешь чувствовать боль постоянно, словно горишь изнутри, на второй, твой разум будет пылать самыми агрессивными эмоциями, из-за чего вся твоя злоба и ненависть выльются наружу, ну а на третьей зажжется твое сердце. Огонь яда заменит твой жизненный огонь. Когда все три лепестка зажгутся, они поглотят тело полностью, превращая его в пепел.
Я крепко задумался. Действительно странно, что такой яд наложили на столь обычный артефакт. Это можно было заметить еще в тот момент, когда мы проходили Трех Глашатаев. Слишком серьезная защита для сопутствующей вещи, которая сама по себе не дает какой-либо силы.
— Что ты еще знаешь? Сколько у меня времени, как избавиться от яда?
— Времени не так много. Месяц, может полтора, если ты силен духом, не больше. Противоядие очень сложно изготовить, но все же ингредиенты мы можем найти. Если подумать, один из них — цветок Амаранта мы можем поискать на вершине Парнаса, он как раз растет в подобной местности, другой можно попробовать найти на Плевроне, но я не уверена, что там есть стоячие воды, ведь цветок лотоса, сок которого нам нужен растет только в них. Но вот третий… Нужно напитать противоядие чистой силой света. А такая есть только у одного артефакта. У Лиры Аполлона — фамильной реликвии клана Аполлона.
Я молча откинул голову назад, прикрыв глаза. Там ингредиенты для наручей, тут для противоядия. А все так просто начиналось. Протяжно выдохнув, я поднялся, устремившись на запад.
— Идем. Водяная жемчужина и цветок лотоса сами себя не раздобудут. Или ты уже передумала ходить за мной?
Ирида широко улыбнулась.
— А ты не умеешь унывать, да? Нет, не передумала, мне до ужаса нравится. Однажды я напишу легенду о том, какие приключения видела, нет, сборник легенд!
— Если есть хоть малейший шанс на победу, я выгрызу его зубами, будь уверена!
Этейские горы мы миновали, потратив чуть меньше суток. Они служили естественной границей между регионами Этолия и Фокида. Это был долгий и трудный путь по извилистым дорогам. Порой приходилось идти у самого обрыва на огромной высоте. Мы пересекли границу Этолии ближе к полудню, спускаясь с горных хребтов. Здесь воздух был куда легче и свободнее.
Далее наш путь пролегал суть южнее, к лесам, которые скрывали в себе реку Плеврон. В горных поселениях я успел услышать пару тройку легенд об очаровательных Нимфах, которые проживали там. Эти легенды были столь сладостными, что думаю, любой бы мужчина захотел попасть туда. Странно, что Клеомед упомянул, будто бы был там трижды, ведь всем известно, что, попав к Нимфам они выжмут из тебя все соки, а потом и жизненную энергию. Да, это будет приятно. Сперва. Но что потом? Вряд ли мужчина выдержит неделю непрерывного секса.
Видимо Клеомед смог вырваться от Нимф к тому моменту, как его выносливость была на исходе.
Лес встретил нас достаточно дружелюбно, однако Ирида очень часто оборачивалась и всю дорогу была настороже. Ее можно понять. После того, как сатиры застали девушку врасплох, она немного нервничала. Вскоре мы дошли до широкой реки, которая извивалась в сторону севера. Чем дальше мы шли по течению, тем шире она становилась, пока не явила перед нами некий бассейн, чем-то напоминающий озеро.
Самым странным было то, что в самой середине находился свирепый водоворот, который в небольшом радиусе от себя пенился и стремился затянуть на дно все живое, но ближе к берегу вода совершенно не подавала никаких признаков течения и была абсолютно спокойной.