Бисцион. Часть 2

Дверь в каюту распахнулась, прерывая их поцелуй. Стефано обернулся, закрывая собой жену, но при виде человека с медицинской сумкой в руке, расслабился.

— Ваша Светлость,— низко поклонился тот, понимая, что так врываться было нельзя, но его так гнали сюда, что он забыл правила этикета,— я прошу прощения, Ваша Светлость. Я доктор.

Герцог встал, оставляя Диану сидеть на кровати, закрываясь простыней. Она была одета все в тоже старое льняное платье, не хотелось, чтобы доктор видел ее в таком виде.

Лишившись тепла мужа, Диана снова почувствовала себя уязвимой. Но его рука и голос придали сил:

— Доктор осмотрит тебя. Я хочу, удостовериться, что с тобой все в порядке. А я пока решу кое-какие дела.

Она молча проводила его взглядом, в нем читался страх. Она боялась проснуться и снова остаться одна. Но собрав последние силы, кивнула. Он - герцог, только что захватил все галеры противника. Он должен быть там, на палубе, раздавать приказы. Хотелось бы спросить, что он будет делать с пленниками, но не было сил. Куда пропали силы? Столько их было ровно до того момента, пока она не оказалась у ног Его Светлости.

Диана кивнула, и Стефано вышел, оставляя доктора наедине с ней. Сказать врачу про ребенка? И есть ли этот ребенок? Может быть, это ей просто кажется?

— Ваша Светлость,— теперь врач поклонился ей,— мне надо вас осмотреть и послушать.

— Я не помню вас,— тихо произнесла она,— а где доктор Москатти?

— Я доктор Дориа. Доктора Москатти я не знаю. Вы знаете, где мы сейчас находимся?

Диана мотнула головой, начиная понимать, какую глупость она спросила, ведь они находятся в Генуе.

— В Генуе.

— Все верно, Ваша Светлость. Уверен, что доктор Москатти отличный врач, но он в Милане. Вскоре вы вернетесь к нему, а пока я осмотрю вас.

Диана кивнула, тем самым дав добро на то, что доктор будет изучать ее шрамы. Она их сама не видела, но была уверена, что они есть. Уже представила гнев Стефано и на минуту стало страшно. Он убьёт синьора Травило, если она скажет о том, кто сделал это с ней.

Врач был очень аккуратен и пока осматривал герцогиню, она думала ребенке. Которого нет. Или есть. Сказать о нем или нет? Если этот ребенок есть, то он делает уязвимым своего отца. Стефано Висконти на данный момент не до детей, он решает более важные дела. Пожалуй не стоит раскрывать все карты. А по приезду в Милан, можно проконсультироваться по этому поводу с доктором Москатти. Он будет молчать, если она его попросит.

— Бог мой,— прошептал доктор, увидев ее спину,— у вас свежие рубцы. Вас били?

Диана прикусила губу, слегка обернувшись к доктору:

— Это не столь важно для вас, прошу, завершайте ваш осмотр быстрее. Кажется, меня укачивает, я хочу на землю.

— Конечно, конечно. Но я буду вынужден сказать о них герцогу.

— Я сама ему скажу,— Диана быстро накинула на себя платье, скрывая свою спину.

Доктор ушел подавленный, ему предстоял разговор с герцогом. Не хотелось врать или недоговаривать о состоянии Ее Светлости. Но в тоже время, герцогиня уверила, что скажет о шрамах сама. Это ее дело.

Как только доктор вышел из герцогской каюты, то сразу увидел Стефано Висконти. Он шел к нему и на ходу вытирал лезвие меча от крови. Дориа вновь поклонился, боясь поднять глаза, разогнуться… Этот меч наверняка снес голову тому, кто грубо привел герцогиню и поставил ее на колени. Пусть перед герцогом, но этого тот простить не мог. Когда узнает об этом губернатор, то будет возмущен- убит его человек. Но перечить герцогу не станет, у него нет на это права.

— Вы осмотрели Ее Светлость?

Доктор кивнул и наконец взглянул на герцога, боясь, что если он не скажет о шрамах, то его голову ждет та же участь - она просто спадет с плеч.

— Как ее состояние? Если вы умолчите о чем-нибудь, я клянусь, что вспорю вам живот,— меч Его Светлости коснулся шеи доктора и тот, сглотнув, поднял голову. Лучше пусть его ненавидит герцогиня, чем герцог. Он кивнул и принялся рассказывать не утаив ничего. И когда речь зашла о шрамах на спине его жены, то взгляд Стефано Висконти окаменел. У него не было никаких эмоций, он просто смотрел на врача, не понимая о каких шрамах идет речь. А потом, после непродолжительного молчания, в его глазах вспыхнуло пламя злости и ненависти. Он грубо рукой отодвинул доктора Дориа и прошел в каюту.

Диана, при виде внезапно появившегося герцога, вздрогнула. Она продолжала сидеть в кровати, хотя уже собиралась встать.

— Кто?— Прорычал Стефано,— кто этот ублюдок?

— О чем ты?

Хотелось бы верить врачу, что он промолчал, ничего не сказал, но видимо было все иначе.

Стефано откинул меч в сторону и прошел к жене. Его руки легли на ворот омерзительного серого платья и одним движением разорвали его пополам, оголяя спину Дианы. Она вскрикнула, зажмурилась и прижала руки к груди, удерживая остатки платья.

— Об этом!

Сердце Дианы забилось быстрее, она сжалась, как будто готовая понести удары снова. Сколько она всего пережила за эти недели, но не хотелось видеть гнев мужа. Просто хотелось молчания, понимания и жалости. Она наконец захотела чувствовать себя слабой. Но чтобы выжить, надо быть сильной.

Пальцы Стефано прошлись по ее спине, чертя узоры, а потом она ощутила его теплые губы там, где когда-то хлестала ее плеть.

— Назови имя, я найду его и оторву ему руки.

Диана сидела к Стефано спиной, все еще придерживая руками платье на груди. Она не сомневалась, что он так и сделает: найдет синьора Травило и отомстит. Хотела ли она этого? Возможно. Но больше всего на свете она хотела оказаться с мужем далеко отсюда, забыть все, начать жить заново. Тем более, она скоро станет матерью.

Не хотелось никаких смертей.

Пока Диана раздумывала стоит ли называть имя, Стефано рукой повернул ее к себе. Теперь их взгляды встретились: ее уставший и податливый с его хмурым и нетерпимым. Он ждал ответа, но по мере ожидания, количество вопросов увеличивалось:

— Он тебя насиловал?

Глаза Дианы округлились от внезапного вопроса. Она тут же замотала головой:

— Нет, нет. Если бы такое произошло, я бы не смогла смотреть в твои глаза,— Диана даже боялась моргнуть, пристально смотря в глаза Стефано,— клянусь, что нет. Я перехитрила его, убежала раньше, чем это могло бы произойти.

Он тут же прижал ее к себе, целуя в голову, а она слышала громкие удары его сердца.

— Назови его имя и возможно, этот человек выведет нас на того, кто подстроил твое похищение.

Диана еще долго прижималась к его груди, руками проводя по крепким рукам. Так не хотелось, чтобы Стефано ее покинул и уехал во Флоренцию.

— Николо Травило,— все же она назвала это имя, и герцог слегка отстранился. Было видно, что в нем кипит ярость и желание быстрее вскочить на коня, и мчаться на поиски. Но он подавлял ее, старался быть нежным. Травило никуда не денется:

— Сегодня мы спустимся на сушу. Переночуем во дворце губернатора, а утром ты отправишься в Милан…

— Нет,— взмолилась Диана,— прошу тебя, не оставляй меня одну. Я больше не переживу разлуку.

Она вцепилась в его руку, смотря в глаза, ожидая, что он сейчас согласится, пойдет на уступку, останется с ней.

— Я не смогу спокойно спать, пока не найду виновника твоего похищения. Каждый день я буду бояться, что однажды могу снова тебя не увидеть.

Диана поникла, взгляд потух, но тут же его пальцы подняли ее подбородок, а губы жадно впились в ее губы. И в этом поцелуе чувствовалась горечь от предстоящего одиночества, снова разлуки и желание хотя бы на одну ночь обладать друг другом.