Страница 12 из 36
Не дожидаясь здравиц, хан резко опрокинул в свою глотку вино из очередного кубка и прохрипел:
- И последний вопрос: когда ты мне сделаешь то, самое страшное оружие вашего мира, которое зовётся ядерная бомба?
Глаза Семёна прищурились от сдерживаемого смеха, и ответ прозвучал как откровенная насмешка:
- Никогда.
Завоеватель Кариандены и всех соседних государств не протянул руку за топором. Скорее он удивился от такого наглого ответа. И спросил с недоумением:
- Разве ты не боишься продолжительных пыток?
Пришелец из другого мира пожал плечами:
- Совершенно не боюсь.
- Но ведь тебя сейчас будут растягивать по жилам в стороны! Мои палачи даже немых заставляют быть убедительными в разговорах.
- Ваше ханское превосходительство видимо так и не понял, что на островах Рогатых Демонов мы получили самое полное образование. И даже тот факт, что наши шаманские способности до конца ещё неизвестны даже нам самим, не умаляет наших невероятных умений. Одно из них заключается в том, чтобы полностью отгородить своё сознание от рецепторов тела и всего остального, что нас связывает с окружающим миром. Меня могут резать на кусочки, сжигать на костре, травить ядом или морить голодом, но моя сущность этого не почувствует и умрёт в блаженной тишине и спасительной темноте лишь после окончательного окоченения физического тела. То, что я здесь увидел, уже давно укрепило меня в мысли, что живым мне отсюда не уйти, так зачем же мне лгать и любезничать с человеком который вознамерился меня уничтожить? Причём уничтожив, как он уже сам прекрасно понял, совершенно бессмысленно и себе же во вред. Ибо известно, что упущенная выгода - порой бывает гораздо более губительной, чем простое ничегонеделание. Вот именно поэтому ядерную бомбу я вам делать и не собираюсь. Да и не смог бы, наверное, при всём желании. Уж больно эта штука мудрёная да технически для этого мира недостижимая.
Словно в некотором раздумье, хан опять склонился к своему другу и визирю Низидину:
- Нет, ты слышал? Не понравилось ему у нас! Может он есть хочет?
Визирь хмыкнул от возмущения:
- Рабам есть в присутствии хана запрещено! Да и перед представлениями тоже!
- А почему?
- Чтобы вонью своих внутренностей не осквернять твою трапезу, о, Великий!
- И пыток он не боится....
- Ха! Сколько таких было как он? И толку?
- Да, всех свиньи поели, - хохотнул и хан. Но тут же скривился от раздражения: - Но всё равно он мне всю душу разбередил, лучше бы его уже сразу тогда мы копьями пронзили. Или ты сам, вместе с тем молодым крысоловом могли бы и поточнее топоры метать. А так теперь сиди тут и подсчитывай..., - властелин перекривил пленника женским голосом: - "...Утерянную выгоду".
Он опять замер, что-то обдумывая, и визирь осторожно спросил:
- Продолжим забаву?
- Вот именно! - рявкнул хан во всю глотку. - Подайте вина! Дайте этому пришельцу меч и вызовите разжалованного командующего шестой Армии. Пусть этот щенок исправить свою ошибку немедленно. Заодно проверим, чему там на этих островах могут научить рогатые демоны.
Зазвучали здравицы вместе со смехом, вино дождём хлынуло в переполненные пищеводы, и туда же насильно стала запихиваться истекающая жиром пища.
Распорядитель в жилетке лично сопроводил разжалованного командующего пред светлы очи Завоеватели всех миров. И тот, приподняв своё лицо над блюдом, осмотрел грозно насупившегося воина. Затем пояснил суть предстоящего действа:
- Бери меч и убей этого чужака. Если справишься за минуту - возвращаешься за мой стол.
Попавший в опалу командующий тут же расправил грудь, лицо его прояснилось, и он ответил с непоколебимой уверенностью:
- Слушаюсь, мой повелитель!
Противников развели на пять метров дали каждому одинаковые длинные и узкие мечи, да так и оставили дожидаться последней команды. Недавний командующий уже явственно представлял себя на прежнем посту и от нетерпения крутил своим мечом сдвоенные круги в виде восьмёрки и подпрыгивал на месте от нетерпения. Семён же наоборот лишь опробовал балансировку меча, взял за рукоять двумя руками, опустил на уровень своего живота и приподнял острию меча на уровень своей груди. Такая стойка для отчаянных наездников была совершенно нова и выглядела довольно смехотворно. Что и вылилось в издевательский смех и быстро нарастающие цифры ставок. Визирь и себе решил отыграться, предложив ещё два камня из своего совсем не тощего кошелька. Хан согласился с полным равнодушием и дал отмашку, начинать бой.
Лихой рубака, известный мастер подобных поединков, недавний командующий шестой армией не стал раздумывать и мгновения. Слово смертоносная мельница он понёсся на замершего чужака, надеясь раскромсать его на фарш на первых же секундах боя. К всеобщему удивлению пришелец из другого мира не стал уходить в оборону или заведомо отступать, а стоял на одном месте, как показалось вначале. До самого момента грядущей гибели. И только в момент столкновения как-то плавно перетёк в сторону, да так и замер. Но теперь его меч был опущен вниз, а по клинку стекала густая красная кровь. Сам же разжалованный командующий, скрутившись баранкой, лежал на полу и бессмысленными движениями рук пытался запихнуть обратно в распоротый живот вывалившиеся внутренности. Ещё через полминуты он затрясся в продолжительной агонии, и хан брезгливо махнул в ту сторону рукой:
- Убрать! - и тут же указательный палец вновь отправил к пленнику разносчика вина. - Заслужил....
Семён же в этот момент лихорадочно размышлял над тем шансом, который у него был. Уж очень хотелось убить этого разнузданного и кровавого диктатора. Пусть даже ценой своей жизни. Но шансы для удачной атаки были мизерные. Всё было против этого покушения: расстояние, стол с яствами, латники с мечами наизготовку, несколько оруженосцев, держащих в руках заряженные арбалеты и приближающийся сбоку огромный распорядитель в своей несерьёзной безрукавке. Именно последний и требовательно просипел: