Странствие. Книга I

Лотару до этого не приходилось с ним общаться. Он впервые увидел Бахира так близко. Сейчас его острый взгляд и песчаного цвета зрачки блестели в полумраке также ярко, как и золотые серьги в его ушах. Лотар подумал, что Бахир тут же попытается расправиться с ним, но он спокойно обошел Саида и направился прочь, будто ничего и не было. Саид же неожиданно схватил Лотара за руку:

– Что ты тут делаешь?

Лотар на секунду замешкался. Саид не должен был понять, что Лотар о чем-то догадался.

– Я просто проверял груз! – воскликнул Лотар, с трудом сдерживаясь от боли – Саид неожиданно сильно сдавил ему кисть.

– Ты подслушивал мой разговор? Говори!

– Нет! – сквозь зубы отрицал Лотар.

Саид стал сжимать руку сильнее, пока Лотар пытался освободиться. Внезапно позади в нескольких шагах появилась тень.

– Саид, оставь его, – послышался спокойный, но уверенный голос. Это был Кадир Сан.

Он зашагал в сторону Саида и Лотара. Лицо Саида скривилось. Он выпустил руку Лотара и отпихнул парня от себя.

– Пожалуйста. Следи за своим щенком, чтобы не шатался без дела, – ехидно сказал Саид.

– Он был здесь по делу.

– Конечно … – ответил Саид и быстро удалился.

Как только боцман поднялся на палубу, Лотар обратился к Кадиру:

– Господин, боцман Саид что-то замышляет! Я слышал это в его разговоре.

Голос его был взволнованным и прерывистым. Он не ожидал такого нападения от боцмана.

– Что ты слышал?

– Он сказал, что их у них что-то идет не по плану, ругался на Бахира, сказал, что что-то под угрозой.

– Это все? – спросил Кадир, наклонившись к Лотару ближе.

– Он сказал: «Если их снимут с корабля, то все пропало, и им придется горбатиться …».

Кадир прервал юношу:

– Не думаю, что за этим скрывается что-то опасное для нас. Вероятно, он боится, что у нас на корабле останется мало людей. Капитан думает наказать нескольких матросов за их проделки в порту. Боцман понимает, что их работу придется кому-то отдать. Не более того. Действительно, у капитана Джарира сейчас не все идет по плану. Люди подводят. Так что займись делом, не стой тут как пень.

– Ладно … – наивно согласился Лотар. Он не был склонен спорить со старшим помощником. Держась за больную кисть, он пошел следом за Саидом. Кадир смотрел ему в след, размышляя о чем-то.

После этой ситуации решимость Лотара несколько поколебалась. Он все еще хотел отправиться за Натаном в город, но ему почему-то стало казаться, что Саид или Бахир будут обязательно следить за ним. Он боялся последствий, а последствия могли быть серьезными. Рядовому составу самовольно покидать борт корабля было категорически запрещено. На «Рихе» за такое полагалось двадцать ударов хлыстом. Но Лотару очень хотелось угодить капитану и привести на судно Натана. Это желание перевешивало страх перед наказанием.

Присев напротив трапа, Лотар стал размышлять, как ему лучше поступить в данной ситуации. Он осмотрелся вокруг и увидел только матросов, которые готовили «Рих» к очередному переходу. Лотар мечтал стать таким же смелым как Кадир, а значит, он должен поступать также смело. Кадир стал таким грозным воином, думал Лотар, не потому что руководствовался своей робостью. Он наверняка стремился к славе.

Сердце Лотара начинало биться сильнее от одной только мысли, как его будут хвалить, если он все-таки преодолеет себя и приведет Натана. «Капитан будет в восторге, – думал он. – Кадир похвалит за храбрость». Лотар знал, что если он попытается предупредить кого-то о своем плане, то его обязательно отговорят, поэтому он решил никому не говорить. «Я сделаю это! Пойду за Натаном и приведу его на корабль, чего бы это мне не стоило», – наконец решил Лотар, поправил свой «подарок» Натану, спрятанный за поясом, и быстро соскочил с борта «Риха» на берег.

Юноша пробирался через толпу шумных моряков и разнорабочих, нагруженных, словно мулы, мешками, ящиками, корзинами. Все они были в поту, пыли, пыхтели под тяжестью своих грузов, были столь неповоротливыми, что Лотар чувствовал себя маленькой мышью, проскакивающей сквозь стадо слонов. Порой становилось так тесно, что протиснуться между ними было практически невозможно, и приходилось искать обходной путь. На портовой мостовой сновали громкие продавцы всякой всячины. Они завлекали своих покупателей не только видом товаров, но и своими речами: так тщательно и красочно они это делали, что образы этих товаров против воли возникали в голове. «У меня самые славные специи, друг мой!» – слышал Лотар вдогонку, – «Добавь их в свою еду и, я клянусь, ты отправишься в самое великолепное путешествие вкусов! Ни один корабль не унесет тебя в подобное место! Ты почувствуешь поистине … райское наслаждение». Но Лотар целеустремленно, как пес-ищейка, пробирался сквозь толпу, проскакивая между одним-другим-третьим в толпе прохожих. Его шаги были уверенные, корпус наклонен вперед – походка того, кто нацелен на победу.

Вскоре Лотар выбрался из портового района и оказался у знакомого моста через реку Эзил. Осталось пройти через центральную площадь города, чтобы оказаться неподалеку от винного садика, а там рукой подать до дома Натана. Но чем дальше продвигался Лотар, тем сложнее становился его путь. Ох, сколько народу вышло на улицы – парень из Ашара столько и в жизни не видел в родных краях в одном месте, разве что в столице родной страны – Йотесхоре. Люди начали праздновать неделю Савинга16. Кажется, весь город вышел, чтобы почтить Терру и Венандия: все были нарядные, накрашенные, счастливые и с дарами для своих божеств. Некоторые юные девушки были одеты в платья из травы, а головы украшали венки, толщиной с добрый швартовый канат. Цветы и золото в нарядах придавали им истинно божественный вид. Девушки эти плясали, кружились, держась за руки в танце, а толпа вокруг припадала ниц и пела, глядя на них: «Терра-Терра-Терра…». В песне были и другие слова, делающие ее мелодичной, ласкающей слух, но Лотар так и не смог их разобрать. Через мгновение к толпе прибыло пополнение – еще совсем молодые юноши и мускулистые мужчины, на которых были лишь легкие тканевые накидки, в руках луки, а на спинах кожаные колчаны. Все они тоже стали плясать и кружиться в танце так энергично, что прохожие и зеваки только и успевали отскакивать от них. Эти танцующие юноши и мужчины видимо олицетворяли собой Венандия – бога охоты и земледелия. И все это происходило прямо на главной улице у моста. Это было народное столпотворение, из которого то и дело слышалось молитвы от священных служителей:

Пока Лотар пробирался сквозь толпу, она стала преобразовываться в большую пешую колонну по два человека, растянувшись вереницей вдоль реки. Лотар отбежал от них в сторону и стал продвигаться вдоль рядов людей, которые стали стремительно перестраиваться в танце и, когда они стали отплясывать попарно, тогда продвигаться к дому Натана стало совсем невыносимо. Как странно: вроде бы не война, не резня, а только счастливые люди, но сколько проблем встречаешь, когда оказываешься тем, кто следует против течения…

Лотару, не бывавшему прежде в Южных Землях, не были ведомы их обычаи и культура. Он видел улыбки на счастливых лицах эзильцев, и в голову ему стали закрадываться всякие опасения по поводу душевного состояния большинства участников празднества. Глаза людей были лишены зрачков, они будто бы бились в припадке, обращаясь к божествам, и стремились войти в состоянии транса. Такое состояние называлось в южных землях деус амплектарис17. Считалось великой благодатью достичь состояния, когда бог открывался человеку. Лотар заметил, что некоторым удавалось достичь деуса амплектариса – эти люди падали на землю, а те, кто были рядом, подхватывали их и подбрасывали вверх. Зрелище было странное, а само действие оказывалось зачастую очень опасным.

16

Неделя Савинга – праздник плодородия, который отмечают в марте все население страны Эзилат и близлижайшие страны к нему. В течение этих праздников принято закапывать различные продукты в землю и просить богов, чтобы они послали хороший урожай.

17

С андайского deus amplectaris – объятия бога.