Страница 1 из 46
Аллария навсегда!
Глава 1
Настя Яновская утром вышла из дома в приподнятом настроении. Она, наконец, была принята на работу в виртуальный журнал "Игровой Мир".
Положа руку на сердце, тема игр для неё была тёмным лесом. Она никогда в них не играла и даже мимо не проходила. Пятнадцать лет своей самостоятельной жизни Настя работала совсем по другому профилю, освещала культурные и околокультурные события, чуть ли не круглосуточно носилась по различным мероприятиям и тусовкам, и чувствовала себя там как рыба в воде. Однако, пришло время, когда она стала замечать, что другие, более молодые и наглые, беззастенчиво подвигают её на обжитом поприще. Настя неминуемо уходила в тень, и надо было с этим что-то делать. Мышью у плинтуса она становиться не собиралась, даже не смотря на свою академическую внешность, злые языки характеризовали её как серую.
Потому, тягостно поразмыслив, она решила всё бросить и заняться чем-нибудь другим, с чистого листа. Но потом она ещё раз поразмыслила и сделала неутешительный вывод, что ничего, кроме журналистики, делать не умеет. Падать духом не стала, в конце концов, есть же не только бомонд, можно не менее профессионально и красочно освещать события в городе, политику, спорт, или даже успехи в промышленности.
Одним словом, приободрившись, она отправила своё резюме на биржу труда. А потом целую неделю ждала, нервно заглядывая в сообщения, когда кто-нибудь обратит на неё внимание.
И вот, наконец, долгожданный миг настал! С ней связались из журнала "Игровой Мир". К этому времени Настя уже была готова схватиться за любую вакансию, деньги у неё были, но сидеть дома без дела она не привыкла и мучительно скучала.
Она тут же связалась с редактором по видеосвязи. С монитора на неё смотрел нескладный худой мужчина с лысиной на голове и очень интеллигентным приятным лицом.
Настя заявила сразу, что их выбор, выпавший на неё, должно быть полное недоразумение. Конечно же, ей до коликов хотелось приступить к работе, но требовалось сразу расставить все точки над i, чтобы потом не было мучительно больно, когда ей объявят о несоответствии. Но на удивление, Николай Семёнович, так звали редактора, странным образом обрадовался именно тому, что она никогда не имела дел с играми.
— Ни о чём не беспокойтесь, сударыня, — с мягкой улыбкой произнёс он, — мы ищем именно такого человека, как Вы.
Он протянул руку, словно для того, чтобы её приободрить, и ей явственно показалось, что рука похлопала её по плечу. Ощущение было таким натуральным, что она невольно покосилась на то место, где только что почувствовала прикосновение, но конечно же, ей просто показалось.
— Ждём Вас завтра в редакции, — он назвал адрес, — с десяти до одиннадцати Вас устраивает?
— Конечно! — Настя обрадовалась, вставать утром рано она не любила, — я обязательно приду!
Редакция располагалась в большом офисном здании. Каких только здесь не было организаций, чтобы найти нужный кабинет, ей пришлось задержаться у табло. А потом просторный зеркальный лифт поднял её, и ещё десятка полтора человек, на верх, лично её на девятый этаж.
Она ступила на мраморный пол коридора и предчувствие, что с этого момента началась её новая жизнь, вовсе не похожая на прежнюю, охватила её сполна.
Всё тот же редактор встречал у порога, он оказался очень высоким и немного сутулился, словно стесняясь собственного роста.
— Здравствуйте, Анастасия Захаровна, мы ждём Вас с нетерпением! — он как-то слишком перебарщивал с любезностью, Насте показалось это несколько странным, что ни говори, а такого отношения она к себе пока не заслужила.
Николай Семёнович проводил её сразу в кабинет директора и оставил там, а сам бочком выскользнул за дверь. И Настя подумала, что должно быть, у редактора это обычная манера общения, сладко-елейная, а вот директор смотрел на неё совсем по-другому, пристально и оценивающе. Но когда она поёжилась и даже слегка смутилась от его немигающего взгляда, словно спохватившись, улыбнулся и пригласил присесть.
— Доброе утро, Анастасия Захаровна. Может, позволите звать Вас просто Настей? Ваше отчество Вам совсем не идёт.
Подобная фамильярность Настю покоробила, но волю эмоциям она не дала, и ответила:
— Пожалуйста, если Вам так удобно, — голос её прозвучал довольно холодно, она и сама это почувствовала, но сглаживать впечатление не стала.
— Меня зовут Раис Казимирович, — директор немного склонил свою крупную голову, увенчанную шапкой густых рыжих волос, и цвет глаз у него был по-кошачьи жёлтый, — и так, — уже с полностью серьёзным лицом проговорил он, вперившись в монитор, — в резюме Вы написали, что имеете стаж в журналистике без малого пятнадцать лет. А почему ушли с прежнего места?
Настя ждала этого вопроса, как и другие, не менее неприятные, и была готова отвечать на них искренно и с достоинством. В конце концов, самое страшное, что её могло ждать, это отказ, а его она как-нибудь переживёт.
— Видите ли, Раис Казимирович, — сдержанно ответила она, — вы наверное заметили, что я, увы, уже не так молода. И потому мне стало сложно вписываться в тот образ жизни, который диктовало прежнее место работы.
— А что не так в том образе жизни? — удивлённо спросил он.
— Я же освещала культуру и светскую жизнь, а это бесконечный калейдоскоп самых разнообразных событий, их каждый день случается немало. Ночные тусовки до утра, необходимость везде успеть и ничего не упустить. Одним словом, я устала и решила сменить амплуа.
— Ну-ну, не наговаривайте на себя! Тридцать восемь — самый цветущий возраст! — он ободряюще улыбнулся, и тут же опять посерьёзнел уткнувшись в монитор, как будто видел её резюме в первый раз, — а семьёй обзавестись Вам было некогда, — не спрашивая, а утверждая пробормотал он.
Настя развела руками, и без всякого сожаления ответила:
— Не сложилось!
Хотя все знали, что Настя одинока, но то, что её это вполне устраивало, догадывались немногие. Некогда, лет десять назад, она имела неосторожность выскочить замуж, и этот опыт произвёл на неё тягостное впечатление. Потому, благополучно разведясь, она вполне довольствовалась кратковременными, ни к чему не обязывающими интрижками.
— А ещё, Вы утверждаете, что никогда не играли в виртуальные игры, — Раис Казимирович поднял на неё взгляд, ставший придирчивым и колючим, и с нажимом спросил, — я правильно понимаю, Вы никогда не были зарегистрированы ни в одной игре?
— Ну извините! — едко ответила она.
Взгляд директора отчего-то сразу потеплел:
— И никогда не хотели отправиться в виртуальное пространство?
Настя замялась:
— Честно говоря, очень хотела. Но это было так давно, у нас тогда не было денег не то, чтобы на капсулу или шлем, но даже на простую регистрацию. Сейчас я как раз и могла бы себе позволить, но.. — Настя не знала, как объяснить, что считает себя уже не в том возрасте, чтобы играть в игрушки.
Раис Казимирович пришёл ей на помощь и произнёс с сочувствием:
— Я Вас понимаю, можете не продолжать. Более того, именно такой человек, неискушённый в играх, и не оставивший свой след в виртуальном пространстве нам сейчас и нужен. Из тысяч кандидатов мы выбрали именно Вас!
Лицо Насти вытянулось от изумления, а директор продолжил серьёзно и озабоченно:
— А теперь, прежде чем рассказать Вам, что мы хотим Вам предложить, я должен спросить, готовы ли Вы пойти на процедуру стирания памяти, если Вас что-то не устроит? — он смотрел на её растерянное лицо пытливо и настойчиво.
Хоть Настя и знала о подобной практике, они считалась давно уже обычной, но сама никогда не сталкивалась. Любопытство распирало её и подавило всякие ростки страха.
— Хорошо, я согласна, излагайте.
— Я наверное не ошибусь в том, что Вы никогда не слышали про новейшую игру, которая называется "Аллария навсегда"?