Страница 31 из 67
Сами того не понимая они магией ветра разнесли эти слова по городу. Увидев, что загнанные на убой люди слышат ее, Ла Джа еще сильнее сжала руку Ярена направляя свои слова уже намеренно.
— Молитесь Джаджарею и Царице Маджарей Талание… — шептала Ла Джа, обращаясь к каждому на площади. — Огненная магия Талание всегда защищала этот город от ураганов, землетрясений и цунами, и никогда не уничтожала его… Каждый из вас бросал ленты в чаши вечного огня и ваши молитвы слышали. Не нападайте на благодатное пламя во плоти, на Джаджарея сотканного из пламени Талание.
Подгоняемый магами живой щит из обычных людей и рабов на площади зашевелился, передавая по цепочке кусочки одежды, чтобы бросить их в пламя огненной черты, которую провел джаджарей.
Давка. Падающие в пламя люди, которые должны были обратиться в пепел.
И…
Ни одного трупа. Люди не обладающие магическим даром, просто проходили сквозь пламя и ничего не происходило. Кроме тех, кто не решился перед этим вознести свою молитву.
— Напоминает фрески о Талане Завоевательнице в храме Даль-Мэр, — еле слышно прошептал Ярен, обращаясь только Ла Дже.
Заставив весь город содрогнуться от еще одного рыка, Вихрь оттолкнулся от обелиска и ударив воздух крыльями начал быстро подниматься вверх, превращаясь в угасающую огненную точку до тех пор пока не растворился в ночном небе и не исчез.
— Ла Джа, ты же понимаешь, что ты только что объявила начало нового Огненного Тысячелетия? — сдавленно прошептал Ярен.
Ла Джа даже не повернула к нему головы, не в силах отвернуться от происходящего на площади Асланы Талание.
Среди людей и так ненавидящих магов за то, что к ним относятся как к скоту начались волнения.
Загнанная на убой толпа обратила всю свою ненависть против магов Аоса и Лаори. Бросая камни, проклиная их и поднимая бунт за то, что им в очередной раз показали, что они для магов, занимающих правящую позицию во всем мире лишь двуногий скот.
Но если раньше ненавидели всех магов, то сейчас люди вспомнили о символе Благодати Богов, не причинившим за тысячу лет им вреда.
— Оно уже началось, — прошептала Ла Джа. — Когда они решили убить мою Мадажрей на горе Талание. Хотели жить как прежде, нужно было позволить ей мирно править землями Ануи и просто прожить счастливую жизнь.
*****
Принцесса Маджарей (Рэял-Су)
Поцелуй был таким легким, едва касающимся моих губ, что я опешила. Не ожидала я от него такой робкости.
— Вы… Вы загадали короткий поцелуй? — изумленно прошептала я.
Вместо ответа, Морен прижал меня к себе за талию и мягко поцеловал. Целуя верхнюю и нижнюю губу так, что по коже побежали мурашки. Магия дурманила, разливая тепло по телу и пробуждая то самое притяжение, когда поцелуй заканчивается самой сладкой близостью. После которой душа и тело словно перерождаются заново.
Оторвавшись от моих губ Морен смущенно улыбнулся и ослабил хватку, чтобы я могла уйти от него, если желаю.
— Вы не зря так притягивали меня с той самой секунды, когда я вас увидела сегодня, — не подумав, прошептала я.
— Да? — он удивленно вскинул брови, не веря моим словам. — Вроде бы у вас были другие планы…
— Планы, но не желания, — прошептала я, глядя на его губы.
Морен ехидно рассмеялся.
— Кажется Оуэн просто не раскрыл таланты магов воздуха в постели…
Понимая, что Морен со мной играет я улыбнулась и сделала несколько шагов назад.
— Он просто ни разу не рискнул меня поцеловать, чтобы был хоть один шанс их показать, — произнесла я, уходя прочь. — Благодарю за чудесный вечер, но полагаю, что…
Быстрее, чем я успела почувствовать его шаги Морен оказался рядом. Обхватив мое лицо в ладони он снова поцеловал меня, но уже не робко, а с такой жаждой с какой все мечтают о воде в Пустыне Желаний. Желая почувствовать вкус каждого глотка живительного нектара и больше смерти боясь, что это ощущение жизни просто исчезнет.
— Не уходи… — прошептал он целуя мои щеки и зарываясь лицом в волосы. — Я до сих пор помню как впервые увидел тебя в моем саду… Словно солнца лучик спустился на землю. Дремлющие растения просыпались и оживали, превращая заурядный зимний сад в нечто по-настоящему волшебное. Все лепестки, все веточки тянулись к тебе, чтобы почувствовать как само солнце пришло пробудить застывший в снегах север. И даже мне привыкшему к жизни похожей на лед, становилось на душе тепло как будто за окном наступило вечное лето.
Всей своей своей магией я чувствовала искренность этих слов, как страшно Морену было сказать мне хоть одно слово и как важно было получить хоть один шанс признаться, чтобы услышать любой ответ.
Вместо слов я обхватила его шею и поцеловала со всем жаром и желанием. Отдаваясь каждому мгновению как последнему в жизни. Цепляясь за шанс, которого больше может и не быть.
Никогда я не чувствовала как это когда вся моя огромная огненная сила, желания и тело сливается в одном порыве, не ради выживания, а ради того, чтобы чувствовать саму жизнь. Как магия двух людей переплетается, даруя шанс стать единым целым.
Чувствительность мага огня делится на двоих, и каждый из нас чувствует дыхание на голой коже и самое легкое дуновение ветра.
Медленно расстегивая комбинезон, я чувствовала как его руки прикасаются к голой груди, сжимая ее. Сначала мягко, а после сильно до сладкой боли. Как горит шея от поцелуев и голой грудью, я прижимаюсь к его груди. Целую его, лишь бы он помог мне освободиться от этой одежды, от прошлого и забыть обо всем на острове, где нас до утра не найдут.
Руки не сразу понимают как расстегнуть все пуговицы на брюках, как расстегивается мой комбинезон и мы смеясь целуемся, пытаясь разгадать эту неловкую головоломку. Шелковистая ткань призрачного платья становится подстилкой, но как бы не хотелось просто наброситься друг на друга, мы растягиваем момент, чтобы просто на пару минут насладиться тем, что каждый из нас друг друга желает в эту минуту больше всего на свете.
Как это и бывает между людьми, которые друг друга по-настоящему любят. Лаская друг друга, целуя и не останавливаясь ни на миг до тех пор пока терпеть становится просто невыносимо.
Обхватив его двумя руками, я целовала его, царапая его плечи и Кэр легко подхватил меня за бедра, уложив на спину и одним движением задал новый ритм биения наших сердец. С первого раза, в самой банальной позе, неспешно доводя меня до состояния, когда все внутри закипит.
Волны бьются о берег в своей истории любви. Обжигает своим дыханием южный лес, как единое целое под усыпанным звездами небосводом.
И мы.
С первого раза, в самой банальной позе, неспешно доходим до состояния, когда все внутри закипит. И даже маг земли, самый холодный и выносливый любовник поддается чувствительности магии огня, и прижимаясь лбом к моему плечу одновременно со мной доходит до конца.
Сердце заходится в груди и тело бьет крупной дрожью, а я так крепко как могу прижимаю его к себе. Отчего-то впервые боясь кого-то отпустить.
— Что-то я быстро… — с трудом прошептала я, когда снова смогла говорить.
— И меня утащила за собой, — тихо смеясь, шептал Морен целуя меня. — Разрушила всю славу о выносливости магов земли. Что нам целый бордель нужно перетрахать ради того, чтобы один раз …
— Не нравится? — улыбнулась я. — Хочется целый бордель?
— Наоборот, — улыбнулся Морен в ответ.
Подхватив меня за талию, он резко перевернулся, чтобы я оказалась сверху.
— Хочется одну, с которой отдаешься каждой секунде и вместе раз за разом доходишь до конца.
Целуя мою грудь и сжимая меня за бедра, он сел вместе со мной, насаживая до самого основания.
— Чувствуя каждое движение острее, чем с любой другой, — с трудом дыша прошептал он, целуя меня в губы. — Лучше один такой час, чем сутки доказывать славу мага земли.
Я хитро улыбнулась и шевельнула бедрами, делая свой ход. Пробуждая ту самую чувствительность, от которой каждому становится невыносимо дышать.
— Или заниматься любовью до тех пор пока просто не уснешь, прижимая ее к своей груди, — с трудом выговорил он, целуя мою грудь, шею, пока не добрался до губ.