Страница 13 из 16
Скальд махнул рукой и побежал танцующим шагом по проходу. Хлопнул по плечу одного из воинов, заметно уставшего, уселся на его место.
– В заливе Жадного Хевдинга, – горестно проговорил старик, – есть место только для одного корабля. Второй, конечно, поместится и от бури укроется, но выбираться на сушу придется по грудь в воде. Если Лосси выиграет гонку, то о позоре Хродгейра будут говорить все викинги от Гардарики до Англии. – Помолчал и добавил: – А дреки у Точильного Камня лучше. И людей, кажется, побольше. Они чаще сменяются на веслах. Похоже, нам предстоит купание.
Вот оно в чем дело!
Новгородец внимательно посмотрел на «Жрущего ветер». Вроде бы ничего особенного. Никаких отличий от «Слейпнира». Даже драконьи головы на штевне похожи, как братья. Или сестры. А вот поди ты…
Корабли еще больше сблизились. Они оба нацеливались на жадный провал залива. Но уже ясно было, датчане побеждают. Их корабль вырвался вперед на добрый десяток саженей и продолжал уверенно отвоевывать пядь за пядью, вершок за вершком.
Стоящий на носу «Жрущего ветер» викинг – плотный, круглоголовый и лохматый настолько, что даже соленые брызги не смогли уложить растрепанную гриву волос, – приставил ладони к окладистой бороде:
– Э-гэ-гэй! Хродгейр! Где ты?!
Скальд не отвечал. Греб вместе с другими яростно и упорно.
– Хродгейр! Ты сложишь драпу[26] о нашей гонке? Или от стыда твой язык онемел?
Сигурд топнул ногой:
– Радуется Лосси! Сегодня день его торжества… Где же твоя удача, Подарок Ньёрда?
Вратко пожал плечами:
– А что я могу сделать? Разве что погрести вместо кого-нибудь…
– Избави нас Один от такой помощи! Тогда уж точно проиграем!
Вратко обиженно отвернулся. Подумаешь! Наше дело – предложить. Он не вызывался приносить удачу дружине Хродгейра. Викинги сами так решили, а теперь, чего доброго, обвинят его в своих неудачах. Спасали, мол, его, спасали, а не помогло. Только опозорились перед всем северным народом. Уступили датчанам.
– Э-гэ-гэй! Черный Скальд! – надрывался Лосси. – Почему ты молчишь?!
– Это тебе помолчать бы! – заорал Сигурд в ответ. – Глянь, «Жрущий» от твоего крика назад пошел!
Датчанин слегка опешил от подобной наглости. Уж чего-чего, а дреки его летел вперед, как будто и не касался воды. Но все-таки оценивающе глянул на берег, на корабль норвежцев, потом покачал головой:
– Болтуны! Вы бы веслами так, как языками, работали!
– За своими гребцами следи!
– Я слежу! А это ты, Сигурд? Старый замшелый валун! Я хочу видеть, как ты будешь сушить свои порты у костра! Жди в гости!
– За своими портами следи! – Казалось, старый викинг от бессильной ярости утратил острословие и теперь способен лишь на жалкие ответы вроде «сам дурак».
– Я слежу! Слежу! – захохотал Лосси. – А кто это рядом с тобой, Сигурд? Новый ученик Хродгейра? Пусть он скажет вису о вашем поражении!
Вратко и Сигурд переглянулись. Ну что ему ответить?
А Точильный Камень продолжал издеваться:
– Может, у Хродгейра все хирдманы такие смелые, как этот ученик? И такие же умелые! Судя по тому, что я вижу, да! Э-гэ-гэй! Норвежцы! Попросите моих людей, они научат вас грести!
Вратко не выдержал.
У него уже давно крутились в голове обрывки строчек, кеннинги, приходили на ум созвучия. Но парень опасался всерьез попытать счастья в искусстве сложения вис. Боялся, что опытные и много повидавшие викинги его просто засмеют.
Он и сейчас не выкрикнул строки, как того хотелось Лосси, а проговорил их негромко. Пожалуй, кроме Сигурда, да еще Олафа с Асмундом, никто его толком не расслышал.
Старик, выпучив глаза, уставился на новгородца. Не ожидал? Еще бы! Вратко сам от себя такого не ожидал.
– Ты… это… – Сигурд хватал воздух открытым ртом. – Понял, что сказал?
Но парню вдруг стало не до него.
«Жрущий ветер» вздрогнул, разве что не изогнулся подобно подранку. С громким треском сломались четыре из десяти весел правого борта. Дреки мотнуло в сторону, крутануло на месте – дружинники левого борта, по всей видимости, не сразу разобрались, в чем дело, и продолжали грести, а потом он затрепыхался на месте, как подстреленная куропатка. Беспорядочно бьющие весла, так похожие на крылья, только добавляли схожести с раненой птицей.
– Навались! – Понял ли Гуннар, в чем причина неудачи датчан, неизвестно, но вида кормщик не подал. Зато с новой силой обрушил окрики на хирдманов. – Веселее, волки битвы! Сейчас будем!
Покалеченный «Жрущий ветер» стремительно проплывал по левому борту.
На палубе дреки царил переполох. Похоже, многие датчане, когда сломались весла, попадали со скамеек. Кто-то зажимал разбитый нос – между пальцами алела свежая кровь. Кто-то тер подбитый глаз. Лосси, приседая и размахивая кулаками, орал на своих. От ярости его и без того хриплый голос стал похож на лай огромного пса. Заметив скользящий рядом «Слейпнир», он обернулся и погрозил кулаком норвежцам. Без сомнения, его гневный жест предназначался всем хирдманам Хродгейра вместе взятым, но Вратко почему-то казалось, что Точильный Камень смотрит прямо на него.
Неожиданно стало темно. Не как ночью, но как в осенние сумерки.
Новгородец поднял голову.
Серые скалы, сжавшие горло залива в смертельном захвате, медленно ползли по обе стороны ладьи.
– Легче, парни, легче! – немедленно скомандовал Гуннар. – Отдышитесь!
Дреки сбавил ход.
Хирдманы переглядывались, не веря своему счастью. Звучали соленые шуточки и всяческие предположения, почему отстал «Жрущий ветер». Олаф, оставив весло, повернулся на скамье и внимательно посмотрел на Вратко.
Словен отвел глаза, непонятно почему чувствуя вину…
Быстрым шагом подошел Хродгейр. Черные брови скальда сошлись на переносице.
– Что это было? Что произошло? Сигурд, ты все время смотрел. Что случилось с их дреки?
– Случилось уж… – протянул старик. И добавил со странной смесью растерянности и восхищения в голосе: – Похоже, это был нид.
– Нид?
– Ну да…
– И кто… – начал было скальд, но недоговорил. Догадался. – Ты? – Он посмотрел Вратко прямо в глаза.
И хотел бы солгать, но под таким взглядом не получится!
– Я… – уныло кивнул словен. – Только я не знаю: что такое нид?
Но Хродгейр его уже не слушал.
Скальд звучно плеснул себя кулаком в ладонь:
– Это же надо! Нид! Да какой! И с первого раза! А ну, расскажи… – Вдруг он насторожился. – Э-э, нет. Погоди, не рассказывай. Мало ли что… Ты, Сигурд, перескажи, как запомнил…
Сигурд не заставил себя уговаривать. Правда, он запомнил сказанную Вратко вису с пятого на десятое. Парню захотелось поправить, но Хродгейр отмахнулся от него:
– Не встревай, когда старшие говорят! После… После, я сказал! – И продолжал восторгаться. – Нет, как закрутил! Жук китовой пажити! Так корабль еще никто не обзывал. Хорошо еще, что не взлетел! Хотя больше кеннингов нет. Слабовато все-таки.
Сигурд покачал головой. Радости вождя он не разделял.
– Лосси заявится виру потребовать. С него станется!
– Пускай попробует! Не много же ему обломится… – Хродгейр беспечно махнул рукой и крикнул Гуннару: – Я смотрю!
Обхватив штевень руками, предводитель викингов высунулся почти до пояса, свесился вперед, вглядываясь в темную воду залива:
– Помалу пошли!
Ни на Вратко, ни на Сигурда он больше внимания не обращал. Выглядывать возможные подводные камни – вовсе не пустая предосторожность, а задача жизненно важная для корабля и всех людей, доверивших деревянному каркасу и обшивке «Слейпнира» свои жизни. Этого вождь не мог поручить кому-то другому. Только сам.
26
Драпа – основная форма скальдической хвалебной песни. Представляет собой чередование вис и стевов. См. заключительную статью.