Страница 37 из 100
— О, поверь мне, Эванс. У меня бывали раны гораздо хуже.
— Что может быть хуже?
Рука Вергилия на секунду прижалась к тому месту, где оставлен едва заметный шрам от Мятежника. Первая серьёзная рана, что нанесла урон не только телу, но и гордости. Он и до этого получал раны, но эта, если можно сказать, стала катализатором всего. Что привело его к такому исходу, и заставило жалеть, что он попал в этот мир.
— Многое. По сравнению с этими ранами, один осколок ничего не значит.
Лили внимательно посмотрела на Бедфорда, и поверила в эти слова. Вопрос лишь в том — откуда он мог получить такие раны? Да и если честно, она вообще очень мало знала о нём. Спросить? Или лучше не надо? Она уже делала пару наводящих вопросов, особенно про его родителей, его семью, и в итоге быстро сворачивала вопрос, потому что в такие моменты от парня шли волны холода, практически как от тех демонов. Так что она поняла, что вопросы, касающиеся его семьи, лучше не задавать. А так — ну что она знает о нём? Ну, он и Ворон это одно и то же лицо. Бедфорд учится не просто хорошо, а превосходно, даже несмотря на частые пропуски. Лучше всего выходят Чары, Трансфигурация и Древние Руны, по крайней мере, в этих трёх дисциплинах он достиг самых максимальных результатов, которые были только возможны. Зелья шли странно — вроде бы к самим зельям он не тяготел от слова совсем, но всё-таки выполнял задания на совесть, на максимальный балл. Профессор Гораций Слизнорт не мог не заприметить такого ученика, вот только сам ученик никак не хотел вступать в его клуб.
Что ещё она знает о нём? Хм. Способен поддержать разговор, явно знает несколько языков (пару раз он что-то тихо прошипел на другом языке, явно пытаясь не сматериться), правда, какие именно, она не знала. Хм, а почему бы и не спросить, чтобы отвлечься от предыдущего вопроса?
— Кстати, Бедфорд, а сколько языков ты знаешь?
— Не считая родного и латыни? Я спокойно говорю на французском, русском, итальянском и немецком. Немногим хуже понимаю португальский, японский и китайский. Немного знаю арабский.
— Кхм, — Эванс слегка поперхнулась воздухом от таких слов. — Неплохо. Не ожидала такого большого количества.
— Большого? Дракониха, в мире больше семи тысяч языков, включая языки аборигенов Австралии, Америки, Африки. То, что я знаю, это лишь малая часть того, что есть в мире. Впрочем, и того, что я изучил, мне хватает, — с ноткой превосходства ответил Вергилий. И это он не сказал про пару мёртвых языков, и демонический язык. И хоть, скорее всего, в этом мире они ему не понадобятся, забывать он их не собирается. Не для этого он столько мучился, изучая их.
***
22 августа. Министерство Магии. 12:43.
— У меня сегодня назначена встреча.
— Хм. В данный момент Ворон занят. Подождите двадцать минут, за вами спустятся.
Северус Снейп, самый молодой Мастер зельевар, кивнул и отошёл от охранника. Можно было бы и возмутиться, но его уже предупреждали, что Ворон пунктуален, а значит, если встреча назначена на час дня, значит, и придёт на встречу в час дня. Северусу это нравилось, сам ведь был пунктуален, хотя иногда любил приходить раньше, если нервничал. Он стоял в Атриуме Министерства, и старался не слишком явно осматривать свою новую мантию, полученную после сдачи экзамена. Всё-таки, он был очень горд собой — сам всё сделал, сам получил звание. Всё сделал сам!
Ну, почти сам. Небольшую денежную помощь ему оказал Вергилий Бедфорд, хотя для кого как. С пяти тысяч галлеонов, помощь выросла до одиннадцати с половиной, и у Снейпа даже была мысль, что однокурсник пошлёт его к Мерлину, и потребует вернуть деньги. Но нет, тот даже не заикнулся об этом. Впрочем, он ещё в поезде сказал, зачем ему это нужно, но всё-таки… если бы не Бедфорд, то ему пришлось бы искать помощь в другом месте. Или пришлось бы брать кредит, чего ему никак не хотелось бы, или… обращаться к Тёмному Лорду. Такие мысли периодически посещали его, останавливало лишь то, что Лили не одобрила бы этот шаг, и ему пришлось бы отказаться от их дружбы. Нет, на это он точно не пошёл бы. Орден Феникса — ещё один вариант для своего продвижения, но тогда проблема была лишь в том, что он рано или поздно столкнулся бы с Поттером и Блэком, которые на этот орден чуть ли не облизываются, ожидая, когда смогут в него вступить. Они бы просто поубивали друг друга. Так что помощь Вергилия оказалась как нельзя вовремя. А то, что ему придётся помочь — всё лучше, чем быть приспешником Того-Кого-Нельзя-Называть.
Два дня назад он вернулся из Гильдии Зельеваров. Вернулся Мастером, и сразу пошёл к Лили, которая была рада за него, и верила, что у него всё получится. А вечером он написал Вергилию, и получил ответ, что двадцать второго числа у него встреча с Вороном в Министерстве.
Об этом человеке многие начали говорить с начала этого года, причём с каждым месяцем слухов и предположений становилось только больше. Никто не знал, кто он такой, откуда пришёл, чего он хочет. Слишком скрытный, даже голос искривлён, так что и не поймёшь — мужчина или женщина. Известно лишь то, что он полностью независим, как Невыразимцы, и если и делает какие-то отчёты, то только министру. Даже в школе ходили о нём слухи, мол, это один из лучших Невыразимцев, который после неудачного эксперимента практически лишился магии, но не захотел терять работу. А кто-то считал, что его прозвище Ворон дано из-за того, что он пытался сварить какое-то зелье, но что-то пошло не так, и его тело стало напоминать ворона, поэтому он постоянно прячет лицо под маской, а мантия прячет его тело, чтобы ничего не было видно. И это ещё более-менее адекватные теории о нём.
Сам Северус не знал, что и думать об этом человеке. Знал только одно — Вергилий как-то связан с ним, возможно, из-за появления тех существ, демонов, Ворона и вызвали сюда, встретившись с Бедфордом. Ведь они с Лили сражались с демонами, возможно, Ворон прознал об этом и связался с Вергилием, попросив найти человека, который сможет оказать дополнительную помощь. А это значит, что Вергилий также работает на этого человека. Вопрос лишь в том — а как же Лили?
— Мастер Снейп? — раздался искажённый голос, заставивший Северуса вздрогнуть. От неожиданности, и с непривычки того, как к нему обращаются.
Развернувшись, слизеринец увидел перед собой фигуру в темно-синем плаще с капюшоном, и тёмно-фиолетовой маской. Через прорези в маске глаз не было видно, словно смотришь в пустоту. Ростом Ворон был лишь чуть выше Снейпа, но вот вся его фигура буквально излучала силу, и если бы они встретились где-нибудь в другом месте, и не зная, что перед ним не противник, Снейп бы точно захотел оказаться как можно дальше от него. Пугает, и это мягко сказано.
— Да, я. А вы, должно быть, Ворон? — ответил, наконец, Северус, стараясь говорить чётко, хотя в горле всё пересохло.
— Всё верно. Прошу за мной.
Ворон развернулся, твёрдой походкой двинулся к лифтам, Северус пошёл следом секунду спустя, молча рассматривая идущего перед ним. Спина прямая, каждое движение отточенное. Палочки не видно, но это не означает, что её нет. И что он не побоится её использовать. Лифт, в который они вошли, стоял чуть отдельно, и открылся только после того, как Ворон слегка провёл рукой перед дверцами.
— И куда мы отправляемся? — спросил Северус, стараясь не показывать своего волнения.
— К возможному месту вашей работы. И не волнуйтесь, о вашей учёбе в Хогвартсе мне известно. Если вы согласитесь работать, вам будет предоставлен многоразовый порт-ключ, чтобы в свободное время вы могли перемещаться сюда. Также вам надо будет подписать документы о неразглашении информации о том, что вы тут создаёте, кроме ограниченного круга людей. Все люди будут перечислены в документе.