Страница 35 из 100
Глава 7. Поступок демона или человека?
В данный момент никто бы не решился подходить к Абраксасу Малфою ближе, чем на пару метров, или что-либо говорить ему. И нельзя сказать, что он был не в духе, нет. ОН БЫЛ В ЯРОСТИ! Это надо же было так сглупить, позволить нанести на себя Метку, не разобравшись в ней до конца!!! Позволить затуманить его рассудок, и оказаться в такой…
Первое, что сделал Абраксас после разговора с полукровкой Бедфордом — это напился. Просто, по-маггловски, взял и напился. Для мага, что может прожить больше ста лет, узнать о том, что ты до этих ста лет и не доживёшь — информация очень не приятная. А узнать, что подписал на это и своего единственного сына — информация становится хуже вдвойне.
Много Абраксасу не потребовалось, он никогда не позволял себе этого, поэтому одной бутылки Огневиски, выпитой практически залпом, ему хватило, чтобы напиться вдрызг и проспать целые сутки. Проснувшись и приняв душ, чтобы прийти в себя, Малфой вновь уселся в своём кабинете (предварительно его проветрив). Когда всё свернуло не туда? Когда вся борьба за идеалы, на которую их уговорил Том, превратилась в бойню? И в какой момент Том, тот, кого он мог назвать другом, превратился в это существо, поработившее их?
Всего лишь полукровка, но обладавший харизмой, силой, волей — поэтому многие чистокровные пошли за ним. Избавиться от этих магглов и магглорождённых, улучшить уровень жизни магов, повысить уровень образования. Никто не хотел войны, а в итоге… С каждым годом стычки становились всё кровожаднее, и эта чёртова Чёрная Метка с каждым разом менялась. Спросить? Один из Пожирателей уже спросил, Авада ему показалась бы раем, после десяти минут Круцио. Понять такую жестокость можно, на войне нет места милосердию, но то, что происходит сейчас… И то, как изменился сам Том…
Не верить этому полукровке Бедфорду он не мог, называйте это предчувствием или интуицией, как хотите. Но он не врал. Ни насчёт Тома, ни насчёт срока жизни. Он сам не так давно стал замечать, что раньше славящийся крепким здоровьем, сейчас его самочувствие оставляет желать лучшего. Всё чаще стал отмечать, что по утрам всё тело немеет или болит, словно с метлы упал. Иной раз передвигаться становится тяжело, слава Мерлину, что трость помогает не показывать остальным своё состояние. Люди как стервятники — увидят слабину, нападут и заклюют.
Абраксас устало потёр виски, успокаивая головную боль. После пьянства или от Чёрной Метки — это уже неважно. Семь лет слишком мало для мага, который прожил всего пятьдесят лет, а умирать Абраксас не собирался, и подводить к этому свою семью тем более. Кто бы как не считал, но даже ему, тёмному магу, хотелось просто пожить, точнее, хорошо пожить, чтобы Род Малфой продолжал существовать и становиться сильнее. Но с этой меткой шанс на жизнь исчезает. А значит…
— Динки!
— Да, Господин! — тут же произнёс домовой эльф, появившийся, едва было произнесено его имя.
— Возьми этот свиток, и передай его моему человеку в Министерстве. Никто не должен знать об этом, никто посторонний не должен видеть тебя, иначе ты пожалеешь. Тебе понятно?
— Динки всё поняла, Господин! — воскликнул эльф, взяв свиток и тут же исчезнув.
Оставалось только ждать.
***
Лили давно понимала, что Бедфорд — странный, и даже опасный. Причём о его опасности она знала ещё до того, как оказалась с ним в том лесу. Обычный человек никогда не вызывал у неё желания постоянно оборачиваться, даже слизеринцы, которые не слишком хорошо относятся к таким, как она. И да, она не разу не заметила, чтобы он кому-то делал подставы, а если пытались подставить его… Поттер и Блэк это на себе испробовали, пытаясь ударить ему в спину.
То, что он странный, она поняла с первого взгляда. Точнее, со второго, когда удалось впервые поговорить с ним. Было в нём что-то, заставляющее приглядываться внимательнее, словно ожидая чего-то из ряда вон выходящее. И как назло, он начал это делать, а именно — выводить её из себя. Вот как у него получалось это делать, Лили сама не понимала. Хотя после того, что она узнала, появилось предположение, что во всём виноваты зелья, но нет. Даже после очистки организма, он продолжал выводить её из себя, только потом она начала понимать, почему. Он отличается от остальных людей. Нет, она понимала, что есть хладнокровные люди, особенно после войны, которые много повидали, много испытали. Хотя вряд ли, что такие люди есть среди подростков, но всё равно — Вергилий внутренне, неуловимо обычными чувствами, отличается.
Это тяжело объяснить, да Лили и сама до сих пор не понимала это всё. Несколько раз она даже думала, что это кто-то под Оборотным зельем, но где это видно, чтобы оборотка действовала больше часа? Ну да, она следила за ним, надо же проверить свои предположения? Как оказалось, бессмысленное дело — Вергилий знал, что она за ним следила, как и её подруги. Весело ему было, видите ли, смотреть на их неудачные попытки проследить за ним. Вот же…демон.
Попытки понять, о чем он думает в данный момент — проваливаются, словно он не думает совсем, или думает о многом сразу. Говорят, глаза зеркало души, по ним всегда можно понять, что у человека творится внутри, но тут опять мимо. Его взгляд всегда холоден, ничего не выражает, почему она и называла его демоном, а если он начинает сердиться или говорить серьёзно, то его голосом можно заморозить целое озеро. Лили его опасалась… но никогда не боялась. Звучит странно, но так и есть. Когда Вергилий находился позади, девушка чувствовала, что всё её естество напряжено, ожидая чего-то, но вот сам страх не приходил. Вот когда она встретилась с демонами, то да, там был именно страх. Сильный, сковывающий, парализующий. Она первое время и двигаться не могла, пока не сконцентрировалась. С ним всё идёт наоборот — всё внутри готовится к бою, адреналин медленно накапливается, а магия начинает бушевать, грозя снести всё на своём пути. Прямая противоположность. Хотя и он сам себе противоречит. Внешне холоден, внутри бушует огонь. Безразличен ко всем, но при этом помогает другим, пусть и для своих целей.
Сегодня, Вергилий умудрился и напугать, и взбесить Лили по полной. Напугал тем, что вырвал из руки куски стекла. Резко, из-за чего должны были быть сильные повреждения. Какого Мерлина, спрашивается, он это сделал?! А вот взбесил тем, что он криво улыбался, словно его всё веселило! Что тут смешного?!
Вот только как оказалось, серьёзных повреждений не было, как и крови. Вернее, она была, но не столько, сколько должно быть при такой ране. Видите ли, на нём всё быстро заживает. Быстро не быстро, но зачем так пугать?! Так и хотелось врезать этому…придурку, или просто дать подзатыльник, только смысла в этом всё равно не было бы. По-любому увернулся бы.
Успокоившись, Лили стала внимательно следить за парнем. Что-то в нём изменилось, и взгляд стал слегка другим. Но вот что именно — никак понять не могла. Пришлось лишь снова ставить галочку напротив вопроса, и искать к этому, и многим другим вопросам, ответы. Как и всегда. Хорошо хоть, что он ответил насчёт Северуса:
— Он сейчас в Гильдии Зельеваров, в двадцатых числах августа вернётся самым молодым Мастером. А если не вернётся Мастером, то я отошлю его назад, пока не получит это звание.
То, что Сев справится с получением звания, Лили была уверена на сто процентов, и яростно пыталась это доказать Вергилию, но тот лишь хмыкал, и молчал. После произошедшего, больше ничего не случилось. Он заплатил за сломанный стакан и за завтрак, проигнорировав её шипение, что она сама может за себя заплатить, после чего они снова отправились на прогулку. Говорить про школу не хотелось совсем, хотя обычно, возвращаясь домой, они с Севом могли сколько угодно разговаривать о прошедшем годе. Да и дома часто рассказывала об этом родителям и сестре, и даже показывала!