Страница 65 из 237
ГЛАВА V
ПОКЕР СО СПЕЦСЛУЖБАМИ
Опыт — это черновик будущего. Иной раз будущее требует сотни черновиков.
Жюль Ренар
Я пишу эти строки по прошествии более десяти лет с того момента, как я покинул Польшу со всеми ее тревогами, экономическими и политическими бурями, с повседневными встречами с польскими коллегами, обсуждениями с ними конкретных оперативных дел и возникающих проблем государственной безопасности. Покинул атмосферу постоянных сообщений в Центр нашей внешней разведки, устных и письменных, с предложениями и отчетами, атмосферу поступающих из Центра указаний и запросов к нам, в представительство, и к польским спецслужбам. И все это касалось глубоко засекреченных дел и мероприятий, которыми занималось возглавлявшееся мною представительство КГБ СССР совместно с польскими специальными службами.
Казалось, тот мир горячих обсуждений агентурных разработок, операций ТФП, проблем, возникавших у польских коллег, с обеспечением безопасности страны на различных участках, в том числе и затрагивавших безопасность нашего государства, в частности советского воинского контингента, находившегося на территории Польши, и т. д. — все это ушло для меня в прошлое.
Теперь, уйдя на отдых, в отставку, после полувековой работы во внешней разведке, я мог бы и успокоиться. Пришло новое поколение разведчиков, и не одно. Они разрабатывают свои подходы, создают новые традиции, хорошо, если не отбрасывая из старых те, которые были так основательно проверены и утверждены многолетней практикой и многими выдающимися разведчиками-профессионалами. Им и двигать дальше дела разведывательные. Тем более что и внешние условия кардинально изменились за последние годы. Да и внутренняя ситуация для деятельности российских спецслужб теперь совершенно иная в России, нежели была в Советском Союзе.
Но, как любого человека, кто оказался в спецслужбе, приобщился к ее сокровенным делам, можно сказать, сросся с ее специфическими методами и атмосферой тотальной секретности, меня не покидает мысль о том, что все, что мне довелось решать и делать как за долгую разведывательную карьеру, так, особенно, за двенадцатилетнее пребывание в Польше, может быть интересным и поучительным для работающих сегодня во внешней разведке сотрудников. И в первую очередь операции ТФП. Какие ошибки допускались нами и каких успехов все же мы добивались — все это не должно кануть в Лету, следует довести до сведения тех, кто будет решать такие же задачи в будущем, хотя и в других условиях.
Такая разведывательная деятельность, которую я обозначил, как «проникновение», присутствует в любых операциях разведки в разной мере и объеме. Но имеются дела, где все начинается и заканчивается только проникновением, когда это действие является основным и решающим содержанием разведывательной операции. Проникновение на объект или в объект главного разведывательного интереса спецслужбы — от его успеха зависит все. А сама проблема безагентурного физического проникновения составляет особую и наиболее засекреченную часть деятельности разведки.
Вот таким операциям ТФП, которые я называю условно классическими, главным образом посвящены мои воспоминания о работе в Польше. Но прежде чем перейти к ним, мне представляется полезным подытожить мой предыдущий опыт, связанный с операциями агентурного ТФП, о которых я еще не успел рассказать в предыдущих главах.
Анализируя свой предыдущий опыт, который базировался на работе в капиталистическом мире, я понимал, что в дружественной, союзной стране мне придется искать новые пути подступа к новым объектам разведывательного интереса. Но как трудно оказалось ломать сложившиеся стереотипы мышления, рассматривать привычные задачи по-новому, с иных позиций и в иных условиях, а именно, с участием спецслужбы другого государства.
Как верно подметил эту трудность видный британский историк Арнольд Тайноби. Еще в 1966 году, оценивая будущее человечества как неизбежное общемировое объединение, уничтожение государств, ведущих к соперничеству и войнам, необходимость преодоления национализма и отказа от всех дурных привычек, он писал: «Голова все время застает сердце врасплох, ставя перед ним новые, революционные ситуации, которые сердце не готово воспринять» (Тайноби А. Изменения и привычки. Вызов нашего времени. Лондон, Оксфорд Университи Пресс, 1966).
Исходя из того неоспоримого положения, что даже при отмирании государств и других национальных образований их разведывательные службы отомрут последними, сойдут, так сказать, с государственного корабля по примеру капитанов — последними, я и решил ряд глав, предшествующих воспоминаниям о польском периоде моей деятельности, посвятить главным образом операциям агентурного ТФП в иностранные специальные службы, а также рассмотреть такие операции иностранных спецслужб против нашей внешней разведки.
Деятельность спецслужб и разведки, их противостояние, столкновения и борьбу вполне можно представить, как боевое сражение, но проводимое с использованием специфических средств. Недаром разведку называют невидимым фронтом.
В этих столкновениях соперничающих служб их агентов можно уподобить бойцам, действующим, как правило, индивидуально. Их руководителей — разведчиков — полевым командирам, а центры разведслужб — штабам, определяющим стратегию сражений.
Все тактическое руководство действиями на невидимом фронте в разведываемой стране осуществляется либо легальными резидентурами, либо самостоятельно действующими нелегальными резидентурами.
Такие сражения спецслужб достигали наивысшего накала в периоды острой «холодной войны», с участием таких ударных сил капиталистического Запада, как американское ЦРУ, британская СИС, западногерманская БНД, французская СДЕСЕ. Все они нацеливали свои основные силы и ресурсы против советской внешней разведки и ГРУ, причем главные удары доставались внешней разведке. Некоторая поддержка этой последней оказывалась разведками бывших социалистических государств, причем наиболее существенный вклад в борьбу против западных спецслужб вносила разведка ГДР.