Страница 181 из 237
«Служба 7» действовала настолько широко и добывала такой большой объем секретных материалов, что ее знали как источник ценной и актуальной информации все министры французского правительства. Кстати, эта практика резко отличается от того порядка, который соблюдался в наших спецслужбах, тщательно скрывавших ТФП как источник добывавшейся информации, а доступ к таким материалам был крайне ограничен. При этом они тщательно обезличивались, чтобы нельзя было определить их бывших собственников.
Сфера оперативной деятельности «Службы 7», так называемый «Фронт», как ее именует автор, — понятие многозначное, подвижное, включающее как четко обозначенные места и объекты ТФП, так и не поддающиеся определению. Это те места, где появляются, общаются, проживают постоянно или временно, работают, а также куда приезжают и откуда уезжают иностранцы.
Постоянными объектами «Фронта» являются иностранные посольства. «Мы пытаемся, — пишет автор, — проникать в них, перехватывать их курьеров, их коды и шифры, их сейфы».
«Фронт» охватывает также вокзалы, где бывают известные иностранцы, государственные лидеры, ученые, промышленники, профдеятели, а также агенты, способные перевозить в вализах и сумках или на себе секреты, которые интересуют правительство.
«Служба 7» широко использовала обслуживающий персонал гостиниц, аэропортов, пансионатов, привлекала его к производству негласных обысков с целью выявления наличия секретов в сейфах, личном багаже.
Во всех крупных гостиницах «Служба 7» имела спецгруппы в составе трех высококвалифицированных специалистов в области ТФП. Эти отели были «наводнены» их агентурой, в том числе сами управляющие гостиниц были связаны с ними. Специалисты при гостиницах имели опыт вскрытия замков на дверях и личных вещах, умели обращаться с сейфами и обрабатывать сложно упакованные пакеты с документами и вализы.
Автор описывает, как он организовал плотное наблюдение за известным американским профдеятелем Ирвингом Брауном, являвшимся агентом ЦРУ. Французы не раз проникали в его гостиничный номер в его отсутствие и фотографировали его документы, в то время как их люди сторожили у входа в гостиницу, в лифте, на лестницах, блокируя его возможное появление.
«Фронту» принадлежали все те номера в гостиницах, в которых обычно останавливались видные персоны, и их местопребывание и жилье являлось «избранной целью» службы. В сферу деятельности «Фронта» входили аэропорты всей страны, вокзалы, морские и речные порты, «Служба 7» тесно сотрудничала с авиакомпаниями и почтовиками. Вся эта деятельность значительно расширилась с начала 50-х годов.
В конторах фрахтования судов, в таможенных пунктах и пунктах сортировки почт постоянно появляются дипломатические курьеры, направляющиеся за границу, сдаются и принимаются дипломатические вализы в виде герметически упакованных мешков и сумок. Они регулярно доставляются туда представителями посольств и помещаются в «безопасные» хранилища, где как раз и находятся внедренные туда люди «Службы 7».
Автор с гордостью хвалится, что создал уникальную организацию для обращения с дипкурьерами и их багажом, которая функционировала автоматически.
«Служба 7» создала специальные лаборатории для обработки, вскрытия и запечатывания пакетов, вализ и проч., оснащенные ультрасовременной аппаратурой, располагающие всевозможными средствами и ведущие разработку новых методов ТФП.
Специальные бригады, замаскированные под носильщиков, обслуживают специальные багажные камеры хранения, личный состав которых состоит из высококвалифицированных взломщиков, способных проникать в любые надежные хранилища и доставлять в лаборатории «Службы 7» нужный ей багаж. Доставка такого багажа осуществлялась по строго разработанному графику, на основе точного хронометрирования пути, чтобы никакие случайности не могли помешать своевременной доставке багажа, чтобы было достаточно времени для его обработки и возвращения на место хранения вовремя.
В лаборатории, по красочному описанию автора, начинается та самая лихорадочная работа, которую я пытался показать на примере операции «Вализа».
Прежде всего исследуется внешний вид вализы, упаковки со всех сторон и со всех точек зрения (материал, метод упаковки и прочее). Каждая упаковка осматривается через увеличительную линзу, фиксируются любые особенности, царапины, помятости, надломы, которые могут служить признаками, специально нанесенными для обеспечения безопасности упаковок.
По внешнему виду обычная вализа является мешком из прочной ткани, надежно упакованным шнуром из разных материалов. Два конца шнура образуют первый узел, опечатанный пломбой. По выходе из пломбы оба конца снова завязываются во второй узел, такой же сложный, как и первый.
Зятем оба конца шнура заделываются в своеобразный чехол, который скрепляется сургучной печатью. Эта часть упаковки точно определяется и заделывается отправителем. Ясно, что наличие каких-либо отклонений в одном из узлов, в пломбе или концевом чехле может послужить подозрением со стороны владельца почты в возможном вскрытии ее посторонними лицами. Как следствие, сразу же будет известно, с чем мог ознакомиться вскрывший «чужую» почту. Это нарушает основной принцип ТФП.
Для того чтобы избежать этого, каждый шаг специалистов, вскрывающих вализу, скрупулезно фотографируется и пленка тут же проявляется, чтобы при обратной упаковке можно было сравнивать то, что получается, с тем, как это было первоначально.
После вскрытия вализы начинается очень осторожное извлечение ее содержания, также при фотографировании его внешнего вида. Любая мелочь, изменение положения документов в конвертах, новые изгибы на бумаге могут послужить признаком вскрытия.
Третья фаза ТФП — упаковка всего содержания и закрытие вализы. Постоянно идет сверка с фото, исследование под микроскопом получающихся печатей, чтобы не осталось на них ни одной ранее отсутствовавшей трещинки. И все это делается в лихорадочном темпе, ибо время не ждет, при соблюдении полной тишины, чтобы ничем не отвлекать сконцентрированного до предела внимания специалистов на том, что они делают. Лишь иногда звучит просьба-приказ дать иглу, нитку, сургуч и т. д. Прямо как при сложной хирургической операции. Да, можно сказать, что при операции ТФП в дипломатическую вализу требуется не меньшая, а может быть и большая точность движений и твердости руки, чем хирургу при операции на мозге.