Страница 179 из 237
Баррон утверждает, что ресурсы КГБ и его внешней разведки возросли благодаря нелегальным службам Кубы, ЧССР, ГДР, Польши, Венгрии и, в известной мере, Румынии. «Советский Союз, — пишет он, — доминировал над этими службами, которые практически являлись его филиалами». Эти и подобные им лживые утверждения делались со ссылками на доносы изменников, в частности Носенко, который, кстати, никакого отношения к сотрудничеству КГБ со спецслужбами социалистических стран никогда не имел. Ему вторит другой изменник Гордиевский, утверждающий, что теперь, после распада СССР, КГБ уже больше не хозяин своих тайн. Демократическая революция в Восточной Европе якобы поставила КГБ перед риском обнародования его секретов через бывших союзников по советскому блоку (Эндрю К., Гордиевский О. КГБ. М., 1990).
Эта несусветная чушь уже опровергнута жизнью. Никаких секретов КГБ бывшие наши союзники раскрыть не могли и не раскрыли до сих пор, ибо их не ведали. Что раскрывают отдельные бывшие сотрудники этих спецслужб, так это их собственные секреты.
Конечно же, происшедшие за последнее десятилетие кардинальные перемены в нашей стране и странах Восточной Европы существенно изменили обстановку и в области деятельности специальных служб. Теперь бывшие «братские» службы устанавливают сотрудничество с Западом против нас.
Но, как кто-то сказал недавно, жизнь не сводится к игре случайностей и следует глядеть на нынешнее смутное время как на продолжение и следствие предшествующего развития.
В этом плане характерно сообщение журнала «Tемпо» о том, что ЦРУ активно участвует в реорганизации спецслужб бывших социалистических стран Европы. В последнее время у этой американской разведки появился конкурент — спецслужбы Германии, которые также активно оказывают восточноевропейским соседям небескорыстную помощь (Темпо. 1992, 17 февраля).
Из этого сообщения вытекает, во-первых, что и ЦРУ, и БНД, а также военные разведки США и Германии получают полный доступ к архивам восточноевропейских спецслужб, по крайней мере к материалам, касающимся прошлого сотрудничества с советскими спецслужбами. То есть для этих западных спецслужб не остается, надо полагать, секретов в этой области.
Во-вторых, весь наш опыт в области операций ТФП, ставший известным нашим бывшим партнерам по сотрудничеству, теперь может быть обращен против нас.
Наконец, в-третьих, для того чтобы воспрепятствовать западным спецслужбам воспользоваться нашими достижениями в этой важной области разведывательной деятельности и в целях объективного ознакомления широкой общественности с вопиющими провалами западных спецслужб, оказавшимися неспособными предотвратить наши ТФП, а следовательно, показать наше превосходство в этом, целесообразно огласить то, что они могут в удобный для них момент и с выгодными для них комментариями предать гласности.
Интересно, что бывшие директора ЦРУ Гейтс, затем Вулси предприняли поездки в бывшие социалистические страны для «изучения возможностей расширения деловых контактов с руководителями дружественных разведывательных организаций» (Интернейшнл Геральд Трибюн. 1992, 8–9 февраля).
Не упускает случая и британская пресса похвастаться наличием самой тесной связи и сотрудничества между британскими и польскими спецслужбами, благодаря которым успешно осуществляются совместные операции (Известия. 1993, 23 ноября).
Поскольку в число «дружащих» между собой ЦРУ, СИС и других западных спецслужб теперь входит и польская, я чувствую себя морально свободным писать о том, что и как мы с поляками делали и предпринимали в прошлом в борьбе с их нынешними «друзьями». Тем более что уверен в наличии, как пишут сами западные комментаторы, сугубо корыстных интересов у новых «друзей». Едва ли наши бывшие друзья в спецслужбах Польши увидят такую же готовность помогать им на взаимной основе, как это делали мы. Сейчас мы чувствуем на себе это «бескорыстие» Запада.
Не случайно и в нашу страну хлынули эмиссары ЦРУ, БНД с выражением готовности помочь КГБ разобраться с нашими архивами, как об этом заявил бывший диссидент Буковский. Тот, о котором сама американская пресса писала как об агенте ЦРУ.
Сейчас многие американские специалисты по проблемам безопасности рвутся к нам с предложениями о создании предприятий для совместной деятельности по обеспечению безопасности и защите как американских фирм в России, так и российских структур, против «проникновения в них представителей из сферы организованной преступности».
Что это, как не стремление легализовать возможность ведения разведки в России?
Наиболее явно это выразил бывший руководитель американской ЭР против СССР Д. Берк, возглавляющий фирму «Парвус компани», специализирующуюся на охране предприятий бизнеса. Он дал понять, что получает много предложений от бывших специалистов КГБ «помочь иностранным компаниям в России получить доступ к сотрудникам российского бюрократического аппарата». И хотя он подозревает в этих предложениях некий умысел внешней разведки в области промышленного шпионажа, он, судя по всему, не прочь использовать эту возможность в интересах американцев.
Внешняя разведка сама с готовностью откликнулась на призывы Запада к сотрудничеству с их спецслужбами в ряде областей общей заинтересованности: в борьбе с терроризмом, наркобизнесом. Но боюсь, что не все наши новые руководители, далеко не всегда опытные профессионалы, могут увидеть опасности, которые скрываются в предложениях Запада. Визит в Москву в феврале 1993 года директора ЦРУ Гейтса, позже — Вулси, визит в июле 1992 г. государственного министра Германии Б. Шмидбауэра, ведающего вопросами координации деятельности спецслужб, и другие консультации с нашим руководством внешней разведки и ФСБ порою приносят странные результаты.
Так, уже в 1995 году немецкие спецслужбы предприняли опасную провокацию с инсценировкой якобы утечки ядерных материалов из России в Германию, используя это для демонстрации исходящей из России опасности. На деле же подобные провокации являются не чем иным, как сугубо антироссийскими акциями, направленными на подрыв международного доверия к нашей стране и ее специальным службам.