Страница 4 из 24
Парень Одри бросает огромную сумку на заднее сиденье и закрывает дверцу, следом скрывается в салоне. Я не запоминала его имя, но мысленно называю засранцем. Что ж, Одри тоже его так называет.
Заставляю себя продолжить путь, поэтому отвожу взгляд от машины и в следующее мгновение сталкиваюсь с другим соседом. Его имя тоже не запоминала, но именно его спутала с Уиллом при разговоре с Одри. Они чем-то похожи: короткие каштановые волосы, почти одинаковый рост приближённый к семидесяти дюймам или немного побольше, в то время как мой собственный равняется шестидесяти двум. Я смотрю на них задрав голову и кажусь незначительной галактической букашкой в бесконечном космическом пространстве. Но в отличие от парня Одри, этот выглядит куда более приветливее, хотя по сравнению с Уиллом, в его глазах читается хитрость. Он подмигивает, когда сдвигаюсь с места, и наверняка думает, что отпугнул заигрыванием. Отчасти, так и есть. Я страшусь кокетничать с ними. Во-первых, не умею. Во-вторых, флирт равен зелёному сигналу. Я включаю красный. Почти для всех.
Да, почти для всех, потому что Уилл вызывает симпатию. Я не в силах объяснить, почему так происходит, и каждый раз, когда вижу его силуэт в окне напротив, ощущаю некий трепет в области груди и живота. Мы не знаем друг о друге ровным счётом ничего, кроме имён. Или… может быть, я знаю больше дозволенного, но это всего лишь предположения Одри.
В автобусе занимаю привычное местечко у окна и включаю музыку в наушниках, скоротав дорогу до школы.
Прижимаясь лбом к стеклу, получаю небольшое холодное красное пятнышко от трения и выскальзываю на школьный двор последней. Мне некуда спешить. Занятия начнутся через полчаса, а прогулка исключена из-за холодов. Каждый раз переступая порог и пересекая длинный коридор школы, чувствую кипящую в нём жизнь. Громкие разговоры. Заливистый смех. Шутливые стычки. Я не участвую в них, и на мой мир опускается покой, когда на плечо ложится знакомая ладонь с кожаным браслетом на запястье.
– Думал, не застану тебя сегодняшним утром, – я улыбаюсь, когда в поле зрения попадает Киллиан.
Он поправляет лямки рюкзака, оттянув большими пальцами и удерживая в таком положении. А ещё он любит качаться на пятках, и сам того не замечает. Длинные русые волосы торчат в разные стороны, на носу чёрная оправа очков, на полных губах добродушная улыбка и такие же сияющие отзывчивостью голубые глаза. Засучив рукава серой толстовки с надписью Harvard, из-под которой выглядывает белая футболка, на нём самые простые чёрные штаны и старенькие Тимберленды. Киллиан ненамного выше меня и не настолько широк, чтобы закрыть обзор. Он слегка худощав, хоть и начал вливаться в спортивный режим, спонтанно записавшись в тренажёрный зал. Я приветствую его тягу преобразиться. И мне стоит поднять что-то тяжелее садовой лопатки и учебника.
– У нас математика по средам, забыл?
Он криво улыбается, будто что-то скрыл.
– Кхм… я выписался из группы, решил перевестись на придвинутый курс для поступления.
– Ладно, – не скрываю, новость расстраивает, но я никогда не была эгоисткой. Папа говорит, что во мне напрочь отсутствует данный ген. – Тогда я буду там одна.
Прозвучало с упрёком, потому что Киллиан оживает.
– Не хочешь со мной?
Я отрицательно качаю головой и хихикаю.
– Нет, ни за что.
– Так и знал, – он оглядывает меня с ног до головы и снова улыбается. – Встретимся после школы?
– Прости, сегодня пас. Другие планы.
– Какие? – Киллиан склоняет голову к плечу и ждёт ответ, покачиваясь на пятках. Ненароком улыбаюсь такой глупой привычке. Некоторые люди неспособны усидеть на одном месте долгое время, поэтому качаются, дёргаются, отбивают ритм ладонями или пятками.
– Соседка пригласила прогуляться.
– Но у тебя соседи, там разве были соседки?
– Девушка одного из соседей, – я виновато закусываю губу, потому что мы всегда занимались домашкой вместе. – Прости… просто подумала, что неплохо было бы обзавестись хотя бы одной подругой.
– Это хорошая идея, Джей-Джей, – он отдаёт честь двумя пальцами от виска. Ещё одна привычка. – Продуктивного дня.
– И тебе, Килл-Килл.
Он исчезает в толпе, а я захожу в класс и занимаю привычное место вблизи учителя, оставляя задние парты для тех, кто собирается проболтать весь урок. К тому же не тяготею к излишнему вниманию со стороны сомнительных парней, а взгляд одного из них уже ощущаю затылком.
Ноа каждый раз бросает недвусмысленные намёки, которые успешно игнорирую на протяжении года. Киллиан говорит, что я ничем не уступаю другим девушкам по внешности, поэтому укрыться в тени не получится. К слову, я не утопаю в куче комплексов. Не рассматриваю себя в зеркало и не нахожу изъяны там, где их нет. Не придумываю и не страдаю от несуществующих проблем. Не мечтаю прибиться к «шести цыпочкам»2 и стать седьмой, чтобы быть обожаемой и обсуждаемой. Не считаю себя серой мышкой с несуразной фигурой и не принижаю собственную значимость. Мне просто-напросто нравится быть собой, а не подделкой. Заниматься тем, что по душе. Жить без драм, интриг, сплетен и фальши.
Глава 3. Джейн
Я немного нервничаю, покидая дом после обеда.
Одри вовсе не выглядит как девчонки, которые водят дружбу с похожими на меня. Обычно они купаются в лучах славы и мужского внимания. Это их стихия, а мы – серая масса, на фоне которой они выделяются, ведём пресловутый образ жизни. Но она была дружелюбна, наверное, поэтому согласилась. Внешность ведь обманчива?
Сбежав по ступенькам, я замечаю её в компании подруги.
Разве с ними не должно быть ещё одной? Она, кажется, что-то говорила о двух.
– Эй! – Одри растягивает губы, накрашенные ало-красным, в дружелюбной улыбке. – Мне нравится твоя шапка.
Я скептично отношусь к комплименту, отчасти потому что в глупых подростковых фильмах девушки вроде неё, спустя минуту говорят, что это полнейшая безвкусица. Их лесть всегда фальшивая. Я уже сталкивалась с чем-то подобным в школе.
Не знаю, что ответить, поэтому говорю первое, что приходит в голову.
– Спасибо.
– Можно потрогать?
Я удивлённо киваю.
Одри проводит пальцами по ткани, и её глаза загораются, глядя на белую пушистую шапку. Я сразу думаю, что даже такой аксессуар будет смотреться на ней совершенно иначе. Не одежда красит нас, а мы – одежду.
Она ненамного выше меня и легко пробьётся в модельный бизнес, если пожелает. У неё темно-русые прямые локоны, глаза цветом янтаря, пухлые губы, за которые многие другие отдают баснословные деньги и получают что-то похожее, но у Одри, кажется, всё натуральное. Густые ресницы подкрашены тушью, а на щеках румянец. Одетая в белоснежную куртку с ремешком, подчёркивающим осиную талию, и синие джинсы с полусапожками, она завоёвывает внимание мимо проезжающих машин, к стеклу которых прилипают лица и провожают её плотоядными взглядами. Она очень красивая, так считаю не только я.
Я теряю дар речи, потому что знаю девушку рядом с Одри. Мы не знакомы, но её имя известно благодаря нашумевшему ситкому. Постеры украшают несколько щитов на пути к школе, а некоторые девочки взяли её в пример, как и скользкую жизнь. У неё безумная героиня, мнение которой гласит: «В личной жизни у женщин столько же прав, сколько и у мужчин». Поэтому на экране партнёров у неё немереное количество, невозможно запомнить и половину, вот настолько быстро они меняются.
Белокурые волнистые пряди ниспадают на фарфоровое личико, несколько прядок собраны на затылке и переплетаются в тонкой косичке среди распущенных. Она как кукла, о которой мечтает каждая малышка. В больших голубых глазах сияет блеск и нет той надменности, которая есть на экране. На губах в форме сердечка прозрачный блеск. Куртка нежно-голубого оттенка, заужена в талии и с короткой юбкой на бёдрах, идеально подчёркивает цвет глаз. На ногах белые джинсы и высокие лакейские сапоги светло-серого цвета. Точь-в-точь кукла Барби. На первый взгляд она кажется намного приветливей своей героини.
2
Шесть цыпочек – популярная группа школьниц под предводительством Люси Уайман фильма «Из 13 в 30».