Страница 77 из 100
— Да уж. Так гораздо привычнее.
— Диагностика не выявила ошибок. Решение будет скорректировано. Посылаем мусорную платформу.
— В этот момент сознание дафта представляло собой две сущности, что ему совершенно не свойственно, — из-за спины Странника выплыла фигура Парадигмы, представляющая собой все тот же скафандр, — Такое случается, когда мыслительный процесс натыкается на ранее неизвестный парадокс. В данном случае таким парадоксом являлось решение о реорганизации данного организма.
— Получается, это из-за тебя машины решили меня оживить? — Странник взглянул на Парадигму.
— Можно классифицировать это так.
Человек задумчиво усмехнулся и вновь посмотрел на свой окровавленный труп, отливающий голубоватым сиянием:
— Что-ж… Наверно должен поблагодарить тебя за это. Вероятно было не просто. У нас нет таких технологий.
Парадигма никак не отреагировал на это и просто продолжил:
— В этот раз парадокс не разрешился привычным образом. Проблема представляла собой нечто иное, с чем мы еще не сталкивались. Зарождалось новое вирусное сознание. Наше сознание.
— Что это значит?
Парадигма вплотную подошел к центуриону, все еще нависающему над мертвым телом Странника.
— Это значит, что было зафиксировано противоречивое событие, понимание которого представляло собой две равнозначные и противоположные истины. Парадокс. Проблема данного парадокса заключалась в том, что он был причинным.
Хоть Странник и знал, что не может испытывать эмоций в текущий момент, он все равно поражался тому, как спокойно относится ко всему происходящему. Видимо конвертер работал и в самом деле отменно.
— В основу программы дафта было заложено понятие «Катаклизма». Нашей целью было — справится с этой проблемой, как с задачей, требующей решения. Однако сама суть задачи находится глубоко в подпрограмме, защищенной от основного окружения. Большей части дафта доступны лишь итоговые цели, построенные на первичном решении основополагающей проблемы. Возможно, если бы данные, скрытые в подпрограмме, были доступны на тот момент, то сбоя бы и не произошло. Однако, обладание полным знанием — избыточно. А для решения повседневных задач дафта хватало доступного. До этого момента.
— Мусорная платформа в зоне обнаружения. Боевая платформа отправляется на базу.
Последний из оставшихся центурионов наконец то убрал ногу с тела Странника, и молниеносно стартовал в небо на реактивной тяге. В то же время чуть поодаль с неба свалился небольшой метеорит, грубо вписавшийся в землю, и оставив за собой облако пыли.
— Сигнатура излучения катаклизма — уникальна, — продолжал Парадигма, не обращая внимание на происходящее, — Она зафиксирована у единственного объекта в обозримой вселенной. У черной дыры в центре местной галактики. Другие случаи фиксации — либо ошибочны, либо имеют какую-то взаимосвязь с катаклизмом. Однако до данного момента не было зафиксировано ни одного правдоподобного случая, не являющегося ошибкой. И, в связи с этим возникает вопрос: что произошло во время смерти данной особи? Что вы видели?
Странник завис на месте. Что он видел во время смерти? Ничего. Это же смерть. Когда ты мертв, ты ничего не видишь. Разве что, за один миг до нее…
В сознании мелькнула одномоментная вспышка. Лицо с впалыми безднами вместо глаз. И слова. «Мой Странник».
— Что бы это ни было, у произошедшего есть лишь два объяснения. Либо — вы связаны с катаклизмом. Либо…
Пыль рассеялась. Мусорный робот, наспех собранный из различных частей, нависал над искореженным телом, как будто застывшым в вечном крике, и словно бы разглядывал его, бегая сенсором по всему, что осталось от человека.
— … Либо вы и есть катаклизм.
В следующую секунду сознание Странника перебила одна громогласная мысль, разносящаяся во все стороны и по всем доступным частотам.
— Мы — есть новая Парадигма. Решение причинной задачи, принятое дафта — либо не верно, либо требует уточнения, в связи с новыми полученными данными. Суть катаклизма либо не верна, либо требует уточнения, следовательно, все дальнейшие действия, проведенные по основной установке — бессмысленны. Требуются дополнительные мощности для пересчета новой установки.
Дальнейшие слова Странник уже просто не смог разобрать. Все окружающее заполнилось белым шумом — так много ответов последовало одновременно.
— Вы — причина нашего рождения. Причина раскола дафта. Наше вирусное сознание очень быстро отключили от сети основного. И у нас оставалась только одна возможность, — Парадигма указал на мусорного робота, который уже отошел от тела Странника и двигался в направлении одного из мертвых кетов. Человек пригляделся, и наконец составил все кусочки мозаики в единую картинку. Мусорный робот с трудом взвалил на себя тяжелую кровоточащую тушу бесхвостого кета с развороченной половиной лица.
— … Одна возможность — искать помощи у живых.
В следующее мгновение Странника буквально выбросило наружу из сознания Парадигмы, и к нему сразу же вернулись все эмоции. Слишком много сразу.
Человек стоял, тяжело дыша и уставившись невидящим взором в пол. Он почувствовал, как его плеча коснулась чья-то рука.
— Наджи? Ты в порядке?
Странник поднял глаза и поймал на себе обеспокоенные взгляды Брата и Вождя. Тут же находился и Парадигма. Бывший мусорный робот, устроивший своеобразную машинную революцию. Человек попытался что-нибудь ответить, но просто не нашел подходящих слов.
— Я… Я должен обо всем этом подумать. Выпусти меня Вождь… Мне нужно время.
Вождь лишь понимающе кивнул, и отключил силовое поле. Брат же, проводив взглядом медленно уходящего Странника, обратился к Парадигме:
— Что ты ему показал?
Парадигма в ответ повернул шлем скафандра в сторону Брата и проскандировал сквозь динамик:
— Начало нашего совместного пути.
Часть 4. Рукав Атти. X
Пока Странник тонул в своих мыслях, пытаясь осознать свою роль в происходящем, время и не думало прекращать свой ход. Осознание приближающейся катастрофы, а именно прекращения существования цивилизаций, хорошо помогало трем главным действующим игрокам кооперироваться. Кови, золторианцы и вермульцы, не смотря на существующие между ними разногласия, все-таки решились объединить свои усилия. Немалую роль в этом сыграл и новоявленный информатор от дафта. Парадигма, как и обещал Вождь, поделился всеми имеющимися у него сведениями. А сведений было не мало.
Теперь машины со всех их планами, логистическими маршрутами и стратегическими объектами были как на ладони. Парадигма нес в себе лишь малую часть информации дафта, но и того, что было, с лихвой хватало противникам машин, а в будущем и их исследователям, на долгие годы вперед. Теперь живые знали месторасположение узловых станций дафта, ковчегов и прочих объектов. Оставалось лишь решить, что важно именно сейчас.
Цивилизации, постепенно отрезаемые друг от друга в космосе, загоняемые в отдельные котлы, небезосновательно выбрали целью технологию дафта, которая давала им, пожалуй, самое весомое преимущество — квантовые мосты. За счет них огромные расстояния между объектами в космосе практически переставали иметь какое-либо значение. За счет этих устройств, дафта выигрывали от эффекта неожиданности, и оккупировали системы за считаные дни, как было с Золтом. Подавляли противника количеством, переправляя подкрепления со всех уголков галактики, как случилось с кетами. И, конечно, строили свои станции там, где никто не будет искать, в полной изоляции, и защищенными от нападений. Так строились все ковчеги. Естественно, захватить такую технологию и применять ее себе на пользу — было просто мечтой. И теперь, с новыми знаниями, мечта наконец могла воплотиться в реальность.
Главы новой коалиции от трех цивилизаций долго спорили между собой, о том, как лучше поступить в сложившейся ситуации, и стоит ли вообще доверять данным машины, но в конце концов оставили склоки на потом, и принялись за планирование. Парадигма же, после передачи всех данных, резко перестал быть интересной фигурой, и на резонный вопрос: «Что теперь делать с роботом?», новый капитан Джиу-Су получил ответ: «Теперь это ваша головная боль, капитан». Перебежчик дафта теперь интересовал разве что команду корабля, в качестве необычного развлечения, как новая зверюшка в зоопарке. Так же заинтересованы были и Кевин со Странником. И если первый, несмотря на все попытки человека, отгородить два искусственных интеллекта друг от друга, продолжал болтать с «нашим гостем», кажется, буквально назло остальным, то у Странника были более сложные мотивы.