Страница 23 из 100
— Что? Кто это? Ты же говорил ты один?
— Это КИ корабля, он помогает с управлением… Да это не важно! — вскричал Странник, тряхнув головой, — Что тебе надо? Объяснись или проваливай отсюда!
— Хорошо. Я дам тебе кредитов, — пришелец залез в сумку и достал из нее несколько блестящих прямоугольных плиточек с мигающими огоньками, — Много кредитов! Только увези меня отсюда!
Странник с недоумением посмотрел сначала на мигающие плитки, а затем на пришельца: его глаза выражали отчаяние и сильный страх. Человек закатил глаза и пробормотал:
— Во что-то вляпался… Как ты вообще умудрился сделать это на безлюдном куске камня?
— Ну… Я…
Но Странник не стал дожидаться ответа, он просто проследовал в кают-компанию, и жестом пригласил Гармона за собой. Тот вновь зашуршал своей сумкой, пытаясь протащить ее вглубь корабля.
— Да оставь ты ее там! — скривив лицо, крикнул Странник.
Гармон в ответ остановился на месте, не желая выпускать из рук свою драгоценную ношу.
— Я до сих пор не рекомендую пускать его дальше, Странник, — вновь подал голос Кевин, — Почему меня никто никогда не слушает?
— КИ говоришь? — пробубнил Гармон, задумчиво разглядывая кают-компанию, — Что-то не похож он на КИ. Может у тебя там одна из этих машин в двигателе засела? Хочешь я посмотрю?
— То, что я пустил тебя на корабль, не значит, что я разрешил тебе здесь что-то трогать, — мрачно ответил человек, — Или думаешь, я не знаю, откуда у тебя все содержимое этой сумки?
— Хорошо, хорошо, — сделав невинное лицо, согласился Гармон, — Но насчет машины ты подумай. КИ обычно не бросается фразочками, вроде: «Почему меня никто никогда не слушает».
— Слушай, ты хочешь лететь или нет? — с напускной злобой бросил Странник, однако сам задумался. Кевин действительно странно себя вел, и принимал слишком много самостоятельных решений, начиная еще с момента отлета с Золы. Тот факт, что КИ встретил его в ангаре, практически «с прогретым движком», вызывал у Странника ряд вопросов, но сейчас было не время, чтобы что-то выяснять. Не при Гармоне.
— Да, да! — встрепенулся гуманоид, словно вспомнил о чем-то важном, — И скорее! Нам нужно вылетать немедленно!
— Что там у тебя случилось такого, что ты так спешишь? — с подозрением вопрошал человек.
Не дав ему времени, чтобы подумать об этом, Кевин проскандировал:
— Я засек приближающийся к нам объект. Принимаю от них входящий сигнал, — и на одну из стен кают-компании спроецировалось изображение.
— Нет! Убери это! Отмени вызов, — истерично закричал Гармон, пока картинка еще не успела сформироваться, но было уже слишком поздно.
— Рег-тур Гармон. Я же просил тебя дождаться, — проговорила голова с экрана, в упор глядя на внезапно запищавшего гуманоида.
Лицо говорившего было похоже на морду свиньи, но без пятачка, лишь с двумя прорезями вместо носа. Странник не знал, все ли представители данного вида таковы, но этот без сомнений был нелицеприятен. Все серое лицо было в складках, начиная со лба и заканчивая подбородками. Единственное гладкое место находилось между глазами и ртом, где ровная линия переходила в кривые губы, и обнаженные желтые зубы. Ушей у пришельца и в помине не было, поэтому оставалось смотреть в маленькие красно-желтые звериные глазки, или же прямо в оскаленную пасть с торчащими зубами, которых, судя по всему, было пару рядов.
— Прошу прощения, милейший! — Странник кашлянул, пытаясь обратить на себя внимание мерзкого серого существа, — Это вообще-то мой корабль. Так что тебе бы стоило для начала поговорить со мной.
— Я не имею к тебе никаких претензий. Мне нужен только он, — не отводя взгляд, пробасила голова, — Просто не делай ничего, о чем можешь пожалеть, и все будет в порядке. Но только не для тебя, мой друг, — слащаво закончил серолицый, продолжая буравить взглядом забившегося в угол Гармона.
— Слушай, я сам не в восторге от этого самого… Гармона — протянул Странник, нагло влезая между пришельцем и картинкой, закрыв лицу обзор, — Но в чем собственно проблема? Какие у тебя претензии к нему?
— Это не твое дело, — выделяя каждое слово, проговорил приходящий в ярость толстяк. Его взгляд наливался кровью, и кажется ему очень не понравилось, что какой-то человечишка встал у него на пути.
— А с чего ты решил, что это не мое дело? Он все-таки на моем корабле, — продолжая выводить из себя серолицего, тянул время Странник, и полушепотом добавил, — Кевин, может на всякий случай подготовишь движки? А то есть у меня есть нехорошее ощущение, что дело может закончится плохо.
— Да как ты смеешь! Я — Джирхан! — проревела голова, очевидно устав слушать весь этот бред, — Покоритель планет и король синдиката Альмира! Самый известный контрабандист и пират во всем рукаве Атти. И твой палач, — уже тише проговорила голова, — А ты кто такой? Я хочу знать имя того, кого я убью.
— А вот этой информацией я, пожалуй, не рискну поделиться! — торопливо ответил Странник и поспешил отключить связь.
Изображение погасло и на «Претенденте» воцарилась тишина. Странник почесал затылок и обернулся на Гармона. Тот смотрел на него открыв рот, с нескрываемым удивлением и даже… Сочувствием? Не каждый день человек перед тобой так быстро и так очевидно роет себе могилу, причем зазря. Странник слегка замялся, а затем пробормотал:
— Ну что ж. Кажется теперь нам действительно стоит поторопиться.
Часть 2. Керра. IV
Двигатели «Претендента» загудели, и корабль плавно оторвался от поверхности астероида. В этот момент Гармон подумал, что не покидал его поверхности уже с десяток лет. Все необходимое для существования ему доставляли из соседних обитаемых систем, так называемые «механические ассистенты». Остальное он попросту выторговывал у тех, кто останавливался на его территории. А в случае, если хозяин не желал расставаться с вещицей, желанной гуманоидом, он просто-напросто втихаря заимствовал ее, называя этот акт — «платой за радужный прием».
Гармон был жадным, но рассудительным. Именно поэтому сейчас, он, тот самый Гармон, который не расплатился кредитами ни за одну вещь, находящуюся в его тайной комнатке, так легко расстался со своими пожитками. И был готов отдать еще больше, лишь бы этот Странник со своим разумным кораблем увезли его куда подальше от гнева Джирхана. И хотя Гармон все же рассчитывал вернуться, и надеялся, что, хотя бы часть его оставленных сокровищ останется цела, собственная шкура была ему дороже. Он не был из тех безрассудных придурков, которые лучше сдохнут со всем своим добром, чем оставят его и спасутся сами. И хотя на «Претенденте» Гармон ни на секунду не выпускал ручку сумки из своих мерзостных ручонок, он считал, что «добро» — это дело наживное, в отличии от шкуры.
Но если бы он знал, куда этот странный квазиинтелект корабля проложил маршрут, то и мать бы родную продал, лишь бы оказаться где угодно, только не на борту обреченного «Претендента». Да даже на корабле вместе с Джирханом, который, несомненно, сделал бы ему неприятно, и возможно даже убил, но не так, как это могли сделать кеты. Гармон знал, на что способны эти бесчеловечные ящероподобные чудовища. Он слышал сотни баек и ужасных историй из уст путешественников и пиратов, которые, по их словам, лично встречались с кетами. Они рассказывали, что у этих чудовищ по двенадцать пар глаз, и все пустые, как будто в глазницах ядра черных дыр, что в пасти у них по десять рядов титановых зубов, острых, как самые опасные стеклянные скалы Джентра-6, а вместо когтей и вовсе ядовитые радиоактивные сабли, от одного прикосновения которых, с тобой начнется такое, что ты пожалеешь, что вообще родился на свет.
Гармон всегда с ухмылкой выслушивал подобные рассказы, потому как знал: ни одно сказанное слово не является правдой. Правда — еще хуже. Пусть у кетов не двенадцать пар глаз, а всего одна, у них нет сабель вместо когтей, и всего три ряда зубов, к слову не таких уж и острых, но у них есть то, чего достаточно, чтобы стать устрашающей легендой: тех, кто встречался с кетами однажды, уже никогда не видели живыми. На деле это тоже было далеко не так, но процент правдоподобности данного высказывания был достаточно велик, чтобы кетов боялись. По мнению Гармона у рептилий было то, что делало их мощной, если не цивилизацией, то силой: репутация и технологии. Конечно, смешно было бы думать, что знание избавляет от страха, однако этого знания хватало Гармону, чтобы спокойно устроить стоянку в системе по соседству с родным миром кетов. Он знал, как ведет себя «сила». «Сила» — покоряет и завоевывает планеты и миры, а в случае кетов, и в отличии от Джирхана, это были не просто слова.