Страница 29 из 37
"Язолин, это он, это точно он. Он был там", — думал Армантас.
Рука начала выводить следующую строчку.
В памяти всплыл тот злосчастный день, который перевернул его успешную жизнь блистательного наследника высшего аристократа. Известие о поручении императора насторожило его. Он не любил дроу и полагал, что любое дело связанное с ними ничего хорошего не принесёт.
— Неужели от этого нельзя было отказаться, — сказал он отцу.
Эваэль Армантас, зеленоглазый платиновый блондин, посмотрел на встревоженное лицо сына и тепло улыбнулся.
— Принимать у себя гостей императора — большая честь для нашего дома. Они будут нашими гостями всего лишь до тех пор, пока идут переговоры. Я прошу лишь быть с ними сдержаннее, — говорил он.
Они стояли одетые в традиционные одежды украшенные золотом и драгоценными камнями для торжественных приемов в зале, полном гостей из высшей аристократии, цвет эльфийского высшего общества. Тут церемониймейстер объявил о прибытии темноэльфийских гостей. В зал вошли пятеро дроу. Один из них, мужчина, видимо старше остальных, с белыми волосами чуть ниже плеч и желтовато-оранжевыми глазами, одетый в не менее богато украшенные одежды, чем светлоэльфийская знать, сделал лёгкий поклон хозяину дома. Тот поприветствовал его и предложил чувствовать себя, как дома. Рядом с Эваэлем стояла луноликая Исилиэль, его мать. В свите посланника были более молодые дроу, так же торжественно одеты. Их облегающая, местами вызывающе открытая одежда, выглядела дерзко. Все они были длинноволосые, стройные, спортивного телосложения.
"Телохранители", — догадался Селериан.
Но один из них, стоящий позади всех, выделялся какой-то невероятной темной красотой. Правильные черты лица, с довольно мягким овалом, красиво очерченные чёрные губы. Дроу видимо почувствовал, что его рассматривают и поднял на него взгляд. Глаза цвета расплавленного золота. Селериан поспешил отвести от него взгляд, услышав, как отец представляет его посланнику, чтобы кивком головы попреветствовать гостя.
Он не разу узнал его, когда тот вошёл в класс вместе с безухим куратором. Но потом, когда он назвал своё имя из памяти всплыл именно этот злосчастный день, который разрушил его жизнь.
— Язолин, черт бы тебя побрал! — выругался он, сметая со стола тетрадь и письменные принадлежности. Всё это с грохотом оказалось на полу. Из своей спальни показался Гаэллар.
— Амати(1), что случилось? — встревожился он.
— Это он, будь он проклят. Он был там, — с тяжелым надрывом произнес Селериан, уронив голову на руки, тяжело и прерывисто дыша. Гаэллар подошёл к нему сзади и тихо положил руку на плечо, стараясь успокоить.
* * *
Вероника приехала к воротам ЛУМИТЭ, когда уже совсем стемнело, наотрез отказавшись от дальнейшей помощи.
— Всё равно на территорию института вас не пустят, — аргументировала она.
Ксандр был вынужден согласиться с ней, но до ворот пакет с продуктами все равно дотащил. Они распрощались. Девушка поблагодарила его за всё и скрылась за воротами. Ксандр проводил её взглядом, потом вернулся в машину и уехал.
Как только девушка миновала учебный корпус, она услышала, как её окликнули. В её направлении шёл Нагтар.
— Не поздновато ли за покупками ходить, — сделал он вывод, покосившись на внушительный пакет с продуктами.
— Вы, как я погляжу, тоже не в своей комнате, — заметила девушка.
— Дышал свежим воздухом. Позвольте вам помочь. Все равно нам по пути, — сказал он, забирая у неё пакет, не дожидаясь её согласия. Девушке ничего не оставалось, как последовать за ним.
Вскоре они достигли общежития для преподавателей и там распрощавшись разминулись. Вероника пошла дальше по коридору, а Нагтар поднялся на верхний этаж.
_______________
1) Личное имя Селериана, означает — прекрасный взгляд. Имя данное матерью, которое знают, как правило, только родственники и близкие друзья.