Страница 21 из 111
Дикие, необузданные, закрывающие всё листвой (далеко не всегда зелёной), они таили в себе опасность от хищников, которые могли прорезать броню когтями, как бумагу, до ядовитых спор и растений. Ты мог идти по идеально чистому светлому лесу, пока на голову из крон деревьев не обрушится какая-нибудь тварь. Или пока не провалишься в нору к этой самой твари.
Этот парк был ухоженным, подстриженным, с дорожками, но тем не менее слишком густым и вызывал у меня определённые чувства. Всё те же ощущения скрытой угрозы, которая только и ждёт, чтобы я зашёл вовнутрь, под кроны…
Хотя если здесь ходят люди…
Лучше пойти другой дорогой. Нет смысла лишний раз мучить себя зазря.
Но едва я оборачиваюсь, с раздражением наблюдаю ту самую четвёрку, выходящую из-за угла. Они меня пока не видят, но точно заметят, если я буду здесь стоять. Попытаться уйти на соседние улицы? Нет, не успею.
Значит всё же через парк.
Я сразу юркнул за ворота и скрылся за ближайшим поворотом. Обернулся, чтобы убедиться, что за мной никто не следует и, пройдя ещё сотню метров, остановился, оказавшись на аллее. Тихой и пустынной. Вдоль единственной дорожки по обе стороны шли скамейки.
Слишком тихо. Тревожность вернулась, как бы я не понимал всю её глупость. Она просто есть. Мне мерещилось движение в каждом кусте за каждым стволом. Я слышал крадущийся шорох в каждом покачивании крон.
Ладно, надо вдохнуть, выдохнуть и успокоиться. Космодесантник такой ерунды не боится. Хотя я и не боялся — я напрягался, ожидая в любой момент атаки. Но вынужден признать, здесь уютно. Тихо, светло, птицы поют, ветер обдувает… Если бы не нервозность, я бы даже смог насладиться этим умиротворением.
Многие думают, что космодесантники раз постоянно воюют, всех убивают и ведут себя жёстко, совсем не люди, однако это не так. Я знал тех, кто коллекционировал монеты разных планет, кто любил медитировать или вовсе рисовать и даже лепить скульптуры. Кто-то обожал оружие и мог о нём рассказывать сутками, а кому-то и надо было, что всё время молиться Богу-Императору.
Мы тоже были людьми, пусть даже на малую часть, но людьми.
Я постарался успокоиться, просто расслабиться и слушать ветер, как говорил нам один из наставников. Но слушать ветер у меня получается хуже, чем прислушиваться к тихим шорохам вокруг, как это ни прискорбно. Например, к тихому непонятному звуку дальше по аллее, если я правильно определил его местоположение.
Не интерес — разведка. Такова причина, почему я направляюсь на звук. К тому же я не собирался выходить тем же путём с риском вновь столкнуться с теми парнями, поэтому так или иначе пройду мимо.
Звуком оказался… плач? Да, очень похоже на плач человека, ребёнка или девушки. Едва я подошёл ещё ближе, то смог сам взглянуть на источник звука — девушку. Волосы светло-коричневые, слегка огненные. Худая. На вид старше меня нынешнего, но очень молода. Одежда отличается от обычной, явно дороже.
В длинной синей юбке, белой рубашке, бежевом пальто она была, судя по всему, выходцем из хорошо обеспеченной семьи. Возможно, сейчас я видел перед собой аристократку, а вместе с этим, с большой вероятностью, и псирайдера.
Моё присутствие тоже не осталось незамеченным.
— Вы что-то хотели? — негромко спросила незнакомка, подняв ко мне своё лицо, попутно быстро вытирая слёзы.
— Нет. Я услышал плач. Пришёл проверить.
— Проверили?
— Проверил, — кивнул я.
— Что ж, значит можете быть свободны, — выдохнула она и махнула рукой. — У меня всё хорошо. Просто захотелось поплакать в одиночестве.
Девушка украдкой вытерла слёзы.
— Плач без причины — признак…
— Дурачины, — ответила она раздражённо.
— Накопившегося стресса, — закончил я невозмутимо, на что девушка вновь подняла взгляд. Мы пару секунд смотрели друг на друга, после чего она всё же удостоила меня улыбкой.
— Интересная версия известной присказки… — кивнула незнакомка и уже внимательнее окинула меня взглядом. — Вы военный? Служите где-то рядом на аванпосте?
— Нет, я не военный, — покачал я головой.
— Странно… — негромко протянула она. — А разговариваете и держитесь, как солдат. Значит бывший? Хотя слишком молоды…
— Боюсь, что так и есть. Но мне это, возможно, предстоит.
— Ясно… — ответила она и кисло улыбнулась, окинув взглядом парк. — А я вот служу здесь.
— Прямо в парке?
— Да если бы… — слабо рассмеялась девушка. — Если бы… Я служу на аванпосте «Соло-три». Вы должны были слышать о нём. Легендарный «Соло-три»… — протянула она как-то безрадостно.
— И вы…
— Я охотница, да.
Охотница. Значит псирайдер или, как их здесь называют, одарённая. Вряд такая будет бегать с автоматом наперевес, как делают обычные люди.
— Мне казалось, «Соло-три» легендарный аванпост.
Я повторил за ней, но, кажется, сама девушка так не считала.
— Да, легендарный… — кисло улыбнулась незнакомка.
— Это ведь честь работать в таком месте.
Это была действительно честь и почёт. Многие стремились, работать на легендарном линкоре, который прошёл тысячи боёв, или в легендарном ордене, чья история берёт начало с самого Императора… Ради этого шли на подвиги и риски, чтобы их посчитали достойными там служить. Даже если ты сидишь в самом тылу, был важен сам факт, что тебя оценили по достоинству, распределив в столь легендарное место.
Хотя не всем это было по нраву.
— Говорите, как настоящий солдат… — хмыкнула она невесело. — Может и честь. А может это просто разрекламированное место благодаря одному-двум удачным стечением обстоятельств.
— Но легендарным его делают люди, а не факт наличия оного, — заметил я. — Оружие красит воин, как и делает его смертоносным.
— Как бы то ни было…
Девушка негромко вздохнула и встал со скамейки.
— Что ж… Если честно, эта внезапная беседа помогла мне собраться с мыслями, поэтому спасибо вам, — она слегка кивнула. — Приятно было познакомиться, мистер.
Улыбнувшись напоследок, незнакомка направилась к выходу.
И в этот момент я схватил её за руку.
Девушка замерла. Нарочито медленно она обернулась, посмотрев сначала на мою руку, а потом и на меня, будто не веря своим глазам, что я посмел вообще её коснуться. От дружелюбности не осталось и следа — на меня смотрел человек, чей взгляд пропитан холодной злостью и омерзением.
— Я бы посоветовала убрать ваши руки от меня, — её голос был ледяным, как и выражение лица. Однако эти слова пролетели мимо меня.