Страница 47 из 96
На самом деле, этот наследуемый титул — больше, чем кажется. Герцог, в отличии от какого-то там сеньора Милана, или даже Имперского Викария, практически автоматически превращал Джан Галеаццо из тирана и захватчика власти в законного государя. Еще и имеющего право выступать на равных с правителями других стран. Больше того, внутри своих владений новый титул дал ему формальное право вмешиваться в дела на местах. Миланская коммуна и самые разные сообщества, чьи права и обязанности были очень размыты, и определенны лишь традициями и договорами, являла по факту конгломерат независимых доменов. И теперь этот конгломерат стал превращаться в единое, централизованное государство.
Надо сказать, что Джан Галеаццо на самом деле никогда не был обижен судьбой. Его первый брак был заключен с Изабеллой де Валуа, дочерью французского короля. В приданое за невестой было получено графство Виртю в Шампани, название которого было переделано в Вирту (Доблесть).
Висконти понравилось, как это звучит, и они стали себя так называть официально.
Интригами и умелыми действиями своих кондотьеров, Миланское Герцогство прирастало территориями — Висконти взяли Верону (1387 г.) и Виченцу, а затем — Падую (1388 г.). В дальнейшем были присоединены Пиза (1399 г), Перуджа, Ассизи, Сполето и Ночера (1400).
Но не словом единым, успех сопутствовал Герцогу Миланскому и на полях сражений.
В битве при Казалеккьо (1402 г.) кондотьеры Граф Доблесть разбили сборную команду из почти всех, кто еще имел смелость противостоять Висконти и их наемникам. Эта победа была реализована — Герцог захватил Болонью. Джан Галеаццо не принимал участия в битве лично, будучи для этого достаточно умным. А вот Муцио Сфорца принимал. И оказался на стороне проигравших. Разгром был сокрушительным. Следующий удар Герцога был направлен на Флоренцию.
Тут то Джан Галеаццо и помер. По официальной версии — от чумы. Но все были уверены, что умер от чумы он в крайне удачный для Флоренции момент.
Поэтому, ходили слухи, что его ранили во время не вполне удачного покушения.
Владения миланских Висконти на момент смерти Джан Галеаццо:
А еще, разумеется, ходили слухи, что Джан Галеаццо отравили. Впрочем, умирать от яда у Висконти к тому времени стало уже практически семейной традицией. Было бы даже странно, если бы такие слухи не ходили.
После Красной Свадьбы, я заподозрил, что Мартин в своей «Игре Престолов» вдохновлялся отнюдь не только Войной Роз. После того, как я обнаружил Катерину, вдову Джан Галеаццо, я заметил в ней нечто от Серсеи.
Спокойно, без паники, я не буду описывать её запутанные отношения с миром следующие три тома. Но я оставлю сухую выжимку, как пример того, как делать не надо. Согласно завещанию герцога, его жена Катерина стала регентшей над их двумя несовершеннолетними сыновьями — четырнадцатилетним Джованни Мария Анджело и десятилетним Филиппо Мария.
Она унаследовала сильное, сплоченное, крупное и богатое государство. Ей, и только ей принадлежало право подписи и право утверждения официальных бумаг.
Ничего не предвещало беды — хотел бы я сказать, но нет. Катерина начала совершать одну ошибку за другой.
Для начала, она оставила у власти преданных друзей своего мужа. И очень быстро выяснилось, что на практике власть принадлежит Совету из 17 человек. Я не буду перечислять имена самых видных из них, все равно они все умрут еще до конца этой главы.
Очень скоро, «внезапно» выяснилось, что Герцог оставил дела в большом беспорядке. У государства полно долгов, а казна пуста. Катерина совершила вторую ошибку новичка — она поверила испытанной годами мудрости советников своего мужа. Милан начал портить монету и закладывать государственную землю.
Я, разумеется, подозреваю Совет в коррупции, госизмене, саботаже решений Катерины и отсутствии вкуса. Никаких доказательств у меня нет.
Может показаться, что Катерина совершила ошибку еще на стадии генерации персонажа, выбрав женский пол.
Как будто управление государством это гейская вечеринка, где всем хорошо и весело, а потом приходит женщина и все портит.
До прихода к власти, Катерина проявила себя вполне прилично, она даже участвовала в управлении Павией, руководила строительными проектами, и так далее. Похоже, проблема была именно в том, что она вела себя как нормальный человек. В политических уравнениях нет морали, есть только рациональность, и поэтому с непривычки действия политиков могут показаться контринтуитивными. Чуть больше чем через пятьдесят лет, в 1469 году родится Николло Макиавелли, так что случай поговорить о политике нам еще обязательно представиться.
Итак, земля Миланская была велика и обильна, и воровать её можно было поколениями…
Увы, помимо Совета, были и другие люди с хорошей родословной. Велика роль личности в истории — хоть Джан Галеаццо и был мертв, его правила приличий продолжали действовать. В герцогстве случился заговор, но теперь это была совсем не та неприличная кровавая резня на улицах, к которой Миланцы привыкли.
Заговорщики выступили с зонтичной программой гвельфов, привлекли на свою сторону Висконти из боковой ветви, которые объявили Совет в захвате власти, и только после этого устроили резню на улицах.
Но, поскольку Милан теперь герцогство, то им должен править герцог. Многомудрый Совет в своих заботах об отчизне знатно обгадился — эти умняшки успешно защитили себя и свои активы, да забыли о наследнике.
Коварные заговорщики уволокли Джованни Марию! Дальше хуже, они не особо его скрывали, показывали парнишку всем, кто хотел смотреть, и объясняя при этом, что болеют сердцем за восстановление власти законного правителя.
Совет оказался неспособен к ответным решительным действиям. Самые великие люди оказываются бессильны, когда надо перестать говорить и начать таскать мешки.
Это ситуация подвешенности продолжалось достаточно долго. Быстро стало понятно, что Джованни Марии близкородственность родителей на пользу не пошла. Он явно был со странностями. Джованни Мария очень уж легко смирился со своей участью. По всей видимости, не понимая, что он тут просто ширма, он делал вид что он Герцог. В его представлении это было быть жестоким и избалованным ребенком, которому все можно.
Например, как говорят, он любил травить людей собаками.
Тем временем в Милане Герцогиня провела работу над ошибками. Она переизбрала правительственный совет, поставив туда малокомпетентных, но преданных ей лично людей.