Танец теней

– Нужно забаррикадировать дверь. Помоги мне, – вновь услышала она его голос.

Как бы поступил Аластор в этой ситуации? Тоже застрелил бы её? Может, тогда, она была не права, когда думала о Фриксе иначе? Может, он был таким же убийцей?

Вестания не могла совладать с тошнотворным комком, застрявшем в горле. Что произошло? Её бросило в холод. В холод и в странную дрожь. Левый уголок глаза. Причина крылась там.

– Вестания! – Фрикс встряхнул её за плечи. Она пришла в себя.

– Прости, я не знаю…

– Всё в порядке, – сказал он спокойно. – Это тень. Не позволяй ей этого делать.

– Делать что?

– В моменты, когда ты напугана, она берёт верх. Это защитный механизм. Единственный плюс тени – она оберегает тебя. Но сейчас этого не нужно. Я с тобой. Помоги мне.

Его глаза… Черты его лица… Фрикс возвращал её к реальности.

– Хорошо, конечно…

Вдвоём они повалили большой металлический шкаф, загородив единственный проход.

– Это займёт их на время, – сказал Фрикс, после чего бросился вглубь комнаты.

Только теперь Вестания сумела оглядеться. Помещение представляло собой компьютерный зал. Фрикс немедленно принялся переключать какие-то провода, вытаскивать штекеры из розеток и щелкать по клавишам.

– Когда-нибудь видела такие игрушки? – спросил он её, заметив искреннее удивление девушки.

– Откуда... Неужели ты знаешь, как они работают?

– Это не так сложно, как кажется на первый взгляд, – пояснил он. – До Сопротивления компьютеры были сложнее, уходило больше времени на выполнение простых операций.

– Я могу чем-то помочь? – спросила Вестания, которая вдруг почувствовала себя такой глупой.

– Вообще-то, да. – Он подскочил к ней и подвёл к одной из машин с небольшим окошком-экраном. На экране появлялись загадочные символы, которые постоянно сменяли друг друга, при этом по поверхности мигающего монитора пробегали горизонтальные полосы. Фрикс указал на нижнюю строчку. – Этот индикатор сменяется каждые тридцать секунд. Каждый раз называй мне последние цифры.

Глаза девушки разбегались по экрану, к тому же строки прыгали, так что было непросто уследить за знаками.

Фрикс бросился к противоположной машине и стал что-то вводить.

Вдруг проснулся громкоговоритель где-то в здании вокзала, издал металлический «бряц», и потом, минуя белый шум, до ушей Весты донёсся голос Диктатора, только какой-то неестественно-замедленный, с резкими паузами между словами, как запись на старой, затёртой пластинке: «Вла-асти Термины приззы-ы-ывают… вас. Сохраняйте бдительность. Всем насто-оййятельно рекомедует-ц-ца покинуть улицы через… ‘ол часа. В связи с …частившимися террористически-и-ими актами в городе в в в веден комендантсцццкий час», – после этих слов возобновилось громкое шипение, затем тот же самый голос вдруг обрёл уверенность в речи и отчитал своим чётким воодушевлённым голосом: «ВСЕ ЕЩЁ НЕ ЗНАЕТЕ, В ЧЕМ ПОЙТИ НА ПЛЯЖ? НЕПРЕМЕННО ПОСЕТИТЕ НАШ ФИРМЕННЫЙ МАГАЗИН «ПОНТ»! ТОЛЬКО ДЛЯ ВАС САМЫЕ ПРЕКРАСНЫЕ Ж‘ОЛТЫЫЕ ПЛАТЬЯ! – подавился вдруг голос, – ПО САМЫМ ДОСТУПНЫМ ЦЕНАМ! А ТАКЖЕ ОГРОМНЫЙ АССОРТИМЕНТ САНДАЛИЙ И КУПАЛЬНИКОВ НА ЛЮБОЙ ВЫБОР! СПЕШИТЕ! ДО КОНЦА АКЦИИ ОСТАЛОСЬ ВСЕГО ТРИ ДНЯ!» Ещё раз сменившись шипением, Диктатор вдруг добавил едва различимо из-за помех: «С НАМИ ТЕНЬ АЛКИДА». Затем сообщение закончилось.

– Времени мало, они знают, что мы здесь. Давай, – приказал он ей.

– Фрикс, я хотела спросить…

– Конечно! Скажи цифры.

Она тут же осеклась.

– Двадцать, шесть, пятнадцать, тридцать, один, тринадцать, двенадцать, десять, пять, один. – Произнесла она чётко. – Фрикс…

– Говори, что хотела. – Разрешил он.

– Ты же знаешь, что всё равно ничего не получится, верно? Теренея считает, что мы найдём Океанию, но ты же понимаешь, что это просто легенда… я так и не смогла ей объяснить этого... она всё ещё такая глупая. Теперь, когда ты идёшь с нами… Фрикс, я хотя бы не буду так одинока там, знаешь… Но мы ведь идём в никуда, никаких запасов еды не хватит на этот поход, мы совершенно к нему не готовы. К тому же если будет взорвана бомба…

– Вестания, цифры, – напомнил он ей.

Она опять взглянула на монитор. Прыгающие в разные стороны значки сменились.

– Шесть, девятнадцать, двадцать, тридцать, семнадцать, восемнадцать, шесть, пять, один, двадцать, шесть, тринадцать, тридцать. – Назвала она поочерёдно.

– Спасибо. – Откликнулся он. – Я думаю, каждый находит то, что ищет. Твоя сестра верит в Океанию, и её упорству разве что Алкид не позавидует. Чего ищешь ты?

– Как раз это я и хотела сказать, – призналась Вестания. – Просто столько всего произошло… тень, наш отец. Мне сейчас кажется, что ты единственный, кто способен меня понять. У меня столько вопросов о Гиперборее! Ты, правда, считаешь, что мы с Терой оттуда?

– Я всегда узнаю этот разрез глаз, – усмехнулся он. – Ты никогда не думала, что Вестания и Теренея – слишком редкие имена?

– Они гиперборейские? – удивилась она.

– Да, вроде того. Цифры.

Вестания прервалась и прочитала очередной набор символов:

– Шестнадцать, девятнадцать, двадцать, шестнадцать, три, пятнадцать, один, пять, шесть, восемь, пять.

– Ты знаешь, что «Гиперборея» – это ойкуменское название для континента? – Сказал Фрикс после того, как ввёл новый шифр. – Местные используют древнее название, они называют свою землю Арктида.

«Арктида», – от этого слова веяло таинственным морозом, не тем, что подвёл мир к его черте, а тем, что кутал секреты в глубине своих ледников. Словно где-то в этой стране могли храниться не только мастодонты, вмороженные в айсберг, но и что-то совсем невероятное и запретное, как, например, ангелы…

– Арктида, – Вестания попробовала звучание слова на вкус. Оно было совсем новым, не то, что легендарная Океания, о которой сложили столько песен и баллад. Арктида. И она была реальной, она существовала на самом деле, и они могли прийти туда вместе. Арктида могла стать её мечтой. – Какая она? – Вестания чувствовала, как они подбираются к запретной теме. Нельзя говорить о враге Ойкумены с таким вдохновением. Она понимала, что сейчас рискует услышать такую информацию, из-за которой её могут обвинить в государственной измене.

– Большая и холодная. Но не похожа на Ойкумену. Даже теперь.

– Кому ты всё-таки предан? К кому относишь себя? – спросила Вестания.

– Тридцать секунд прошло, – равнодушно произнёс он, словно специально выдержав паузу.

– Девятнадцать, четырнадцать, шесть, восемнадцать, двадцать, тридцать, девятнадцать, семнадцать, десять, двадцать. – Произнесла она без запинки.

Фрикс молчал, с сосредоточенным видом вводя что-то на компьютере. Его сдержанное лицо с резкими чертами находилось в тени. Он одновременно и решал сложные математические уравнения, и обдумывал ответ.

– Туда можно попасть? В Арктиду? – спросила она, не желая терять напрасно очередные тридцать секунд.

– Нельзя ни в чём быть уверенными после того, как взорвётся «Пандора», – сказал он.

– Сколько раз ты пересекал границу?

– Очень много. – Отстранённо ответил он.

– Пять? Десять? Тридцать раз?

– Даже один раз – это уже много.

– Ты сможешь это сделать ещё раз? Вернуться туда?

– Зачем? – он перевёл глаза на неё, всего на миг отвлёкшись от монитора.

– Потому что я хочу пойти с тобой. – Не дожидаясь ответа, Вестания тут же перечислила следующий набор цифр: – Двенадцать, двадцать, шестнадцать, шесть, семь, восемнадцать, один, девять, два, двадцать один, пять, десять, двадцать.

Фрикс ввёл очередной шифр и затем продолжил набирать что-то на компьютере.

– Так что ты скажешь? – спросила она, не дождавшись ответа.

– Я обещал отвести тебя обратно к сестре. Это ваш единственный способ спастись – уехать как можно дальше.

– Зачем уезжать, если мы можем быть с тобой вместе? Тера хочет найти Океанию, Аластор будет присматривать за ней. Я им не нужна. – Протараторила она.

– Ты же знаешь, что это не так. – Сказал Фрикс.