Преимущество на льду

Черт, хоккейные мужчины горячи. Они могут играть как хозяева на льду, до синяков и крови, но затем выглядеть сексуально, как черти, в своих костюмах с мальчишескими улыбками, доказывая, что они могут быть и тем, и другим. Хорошими, но в то же время плохими, как грех.

Его слегка длинные волнистые волосы ниспадают на лицо, и мне хочется провести по ним пальцами. Рекс не сводит с меня глубокие синие глаза, пока я медленно стаскиваю с себя джинсы, приближая тот момент, которого мы оба жаждем. Он проводит рукой по члену, расстегивает ремень и брюки, вытаскивая его, чтобы я могла сесть сверху.

Пока я отбрасываю джинсы в сторону и снимаю рубашку и лифчик, Рекс расстегивает пуговицы на рукаве рубашки и медленно начинает закатывать его вверх, открывая татуировки, которые я так люблю. Есть что-то такое в мужчине, одетом в костюм, с татуировками, украшающими большую часть его тела, от чего у меня между ног становится влажно. Думаю, что это сочетание флюидов хорошего и плохого парня, которое так чертовски сексуально.

Как и большинству девушек, мне хочется, чтобы мой парень относился ко мне как к королеве и заботился обо мне. Но когда мы наедине, мне нужно, чтобы он грязно трахался.

Самодовольное выражение лица Рекса говорит мне, что он знает, о чем я думаю, и прекрасно осведомлен, что делает с моим телом. Пальцем он подзывает меня ближе, а затем поднимает меня на колени и прижимается губами к моим.

– Я скучал по твоему рту, – шепчет Рекс, едва оторвавшись от моих губ.

– Я скучала по тебе, – честно признаюсь ему.

Видимо, это правильные слова, так как он хватается за член и покрывает его моей влагой.

– Все произойдет быстро и грязно, у нас мало времени, – говорит Рекс, его дыхание учащается, когда мои ногти впиваются в его плечо, и он толкает головку члена в меня. Как раз в тот момент, когда собираюсь опуститься ниже и полностью принять член, нас останавливает стук в дверь.

Черт, мы были так близки.

Подождите. Дверь заперта? Кто-то сейчас войдет? Кто? Черт. Я начинаю обдумывать все возможные варианты, надеясь, что нас не застанут за сексом в кабинете. На лице Рекса выражается та же неуверенность, что и на моем, что заставляет меня нервничать еще больше.

Рекс ничего не произносит и прикладывает палец к губам, безмолвно умоляя меня помолчать. Не волнуйтесь, сэр, не думаю, что смогу говорить, даже если захочу. После того, как мне отказали в его члене, а также прервали, когда я голая в его кабинете, слишком ошеломлена, чтобы вымолвить хоть слово. Сдвинув меня со своих колен, Рекс встает и поправляет на себе одежду, а затем шагает к двери, пока я прячусь под его столом.

Я ничего не вижу, поэтому сижу тихо, надеясь, что это случайность или что незваный гость, наконец-то, ушел. Как бы мне ни хотелось остаться здесь и посидеть еще немного на коленях у Рекса, мысль о том, что кто-то нас застукает, полностью испортила настроение.

Слышу, как быстро открывается дверь, и мое сердце замирает, как только незваный гость заговаривает.

– Привет, тренер. У вас есть минутка? – Голос Макса врывается в комнату, заставляя меня запаниковать.

Черт. Это мой брат.

Так и знала, что это хреновая идея, но Рекс и его гребаный член-вуду как-то убедили меня в обратном. Я больше не позволю ему использовать свой член во зло, если это будет иметь такие последствия.

– Привет, Макс, – скованно говорит Рекс. – Ты в порядке?

– Да. То есть не совсем. Всего лишь кое-какие семейные дела. Я хотел получить ваш совет, – отвечает Макс, его голос становится ближе, когда он входит в кабинет Рекса. Его голос напряжен и в нем слышится усталость.

Как бы ни пыталась не беспокоиться о нем после всех его поступков, он мой брат, и я люблю его, так что, конечно, все еще о нем волнуюсь. Макс, должно быть, сразу вошел и занял стул, потому что Рекс возвращается за свой стол и садится, едва не задев меня ногами.

– Что случилось, Макс? – осторожно спрашивает Рекс.

– Честно говоря, мне тяжело. Я вижу, как член семьи выходит из-под контроля и принимает кучу хреновых решений, а сам сижу и наблюдаю. Паршиво, и чувствую, что я единственный, кто может это исправить, единственный, кому не все равно.

– Мне жаль, парень. Это отстой, – терпеливо отвечает Рекс. Мое же терпение уже на исходе, после того как услышала мнение Макса обо мне. – Хотя не совсем понимаю, чем я тебе могу помочь.

Пока Рекс продолжает говорить, я провожу рукой по штанине его брюк к его все еще твердому члену, получая за это крепкий захват запястья и испытывая удовольствие от того, что слышу его участившееся дыхание, когда он продолжает беседу.

Но я больше не беспокоюсь о возможности быть пойманной. Все это вылетело в окно, как только Макс открыл свой дурацкий рот.

Теперь я просто хочу повеселиться.