Страница 30 из 79
Я дернулся к левому гоблину, сидящему у кучи углей. Глаза его округлились от удивления, а справа послышался мощный шмяк, который издал другой гоблин, попав под удар щитом Дарта. Пнув ногой горящий мох в лицо не успевшему встать противнику, заставил его откатиться и противно заверещать. В дальнем углу комнаты зашумели и заорали разбуженные подельники зеленокожих людоедов. Мимо меня в сторону Дарта промчался Гелло, а я навис над катающимся по полу гоблином, раз за разом нанося ему удары топориком. Когда спустя пять-семь ударов он задергался на полу в конвульсиях, я двинулся на помощь соратникам, которые рубились с двумя последними уродцами.
По дороге отметив, что второй гоблин из тех, которые изначально бодрствовали, лежит у стены с раскроенной головой, я попытался помочь товарищам. Но, похоже, моя помощь им не требовалась, в момент, когда до них оставалась пара шагов, один из гоблинов словил в плечо удар дубиной Дарта и хруст ломающихся костей не расслышал бы только глухой. А Гелло загнал своего противника в угол и, увернувшись от палицы, которой тот орудовал, сначала прямым ударом ногой в грудь обрушил своего низкорослого противника, а потом, навалившись на него сверху, добил кинжалом.
Оставив друзей обдирать мертвых гоблинов, я вышел из комнаты и затаился. Мои напарники забыли про осторожность и бурно обсуждая наше небольшое сражение, гремели и шуршали, передвигаясь по комнате: вот судя по звуку кто-то перевернул ящик с тряпьем и начал в нем шумно копаться, следом Гелло громким выкриком посетовал на дрянное качество оружия, добытого у врагов.
Во мне потихоньку закипало раздражение, нашу группу слышно до конца обоих коридоров, и очень легко оказаться вместо охотника дичью, если забыть, что вокруг крайне враждебная территория. Я уже представил, как выскажу все то, что накипело, когда они наконец успокоятся и соберут трофеи, но внезапно заметил в конце коридора, уходящего дальше и заканчивающегося тупиком, блик света.
Он метнулся в коридоре всего на секунду, но показаться мне не могло: мои видящие в темноте глаза были чувствительны к таким моментам. Забившись в какой то закуток чуть дальше входа в комнату, я попытался слиться с камнем.
Сердце в груди стало наращивать темп, а от чувства угрозы тело покрылось мурашками. Будь я каким-нибудь зверем, моя шерсть встала бы дыбом. Ругая себя-балбеса за то, что сразу не остановил друзей, впавших после боя в эйфорию, я пытался понять, откуда взялся свет в тупике коридора. Моего обзора хватало, чтобы видеть, что там в данный момент никого нет.
Разгадка лежала на поверхности. В полу была нора, из которой на моих глазах вылезло три фигуры которые со своей позиция я не мог рассмотреть, но догадывался кто это. Сначала к комнате подошла самая крупная фигура: этот парень явно отличался от остальных, он был выше и крупнее. Следом за ним шагали двое обычных гоблинов и сосредоточившись на этой компании, я узнал, что первым идет хобгоблин пятого уровня, а следом за ним — гоблина охотники, оба четвертого. Подойдя к двери, хобгоблин, будучи явным лидером, достал пращу и вложил в нее камень, затем обернулся к своим соратникам и тихо проскрипел…
— Людишки, человечки, двое, шумные, вкусные, режьте.
Заверещав, оба гоблина юркнули в комнату, а хобгоблин, сделав шаг и оказавшись в проеме, начал со свистом раскручивать пращу. Понимая, что другой возможности у меня не будет, я отлип от стены и, стараясь не оказаться на периферии зрения врага, сделал три скользящих шага ему за спину.
К сожалению не успев предотвратить первый бросок.
Одновременно с сорвавшимся в полет снарядом я использовал
Прием, без проблем позволивший мне расправиться с частью команды Реджи, на этот раз не смог убить противника. Хобгоблин, покачнувшись от удара топором, развернулся, несмотря на страшную рану в шее, из которой фонтанировала кровь.
Вид его был ужасен: один глаз закатился, демонстрируя лишь белок, пронизанный красными капиллярами, второй смотрел мимо меня, лицевые мышцы, удерживающие челюсть, отказали, и хобгоблин с жутко болтающейся челюстью, расставив в стороны руки, как будто пытаясь меня обнять, сделал шаг в мою сторону, едва не заплетшись в собственных ногах. Я сам не знаю, почему, воспользовался фокусом Гелло: пытаясь уложить врага на пол, ударил ему навстречу ногой в грудь.
Удар был слишком сильным, а грудь хобгоблина слишком крепкой из-за чего я сам завалился не удержав наступающего врага. Зеленокожий мерзавец оказался крепким и живучим существом; стоило ему упасть на землю, как он попытался встать, но второго шанса я ему не дал. Вскочив, я раз за разом в каком-то диком исступлении опускал на его голову топорик, пока он не затих. Секунд десять я простоял, смотря на труп у моих ног и явно прибывая в легком ступоре.
Затем, облизав пересохшие губы, шагнул в комнату, где, шумно дыша, с огромным синяком в пол лица и хлещущей из носа кровью Дарт лупил щитом уже мертвого гоблина, а Гелло, привалившись к стене и держась одной рукой за бок, пытался восстановить дыхание. Увидевший меня Гелл как-то странно хмыкнул и устало обратился ко мне.
— Хорошо повоевали. Тебе нужно протереть лицо, а то ты сейчас на смерть смахиваешь.
— А я и есть смерть, вон какую макаку в коридоре привалил — а затем уже Дарту — хватит, ты его сейчас с полом смешаешь и щит весь об него сломаешь, он уже давно мертв, прекрати.
Дарт услышал меня и, не вставая, отполз спиной к стене, подняв голову к потолку, принялся унимать кровь, бьющую из носа.
— Я в коридор. Прослежу за тем, чтобы к нам не пожаловали незваные гости. А вы займитесь ранами друг друга, потом собирайте лут, и двигаемся обратно в основной туннель прочь отсюда. — Уже выходя из комнаты, не оборачиваясь, добавил — и не шумите больше, неизвестно, сколько этих тварей бродит рядом.
Выйдя из комнаты, я крадучись нырнул в самый темный угол и внимательно осмотрел сначала ту сторону, откуда пришли гоблины, а потом и туннель, из которого мы сами пришли. В приделах видимости никаких угроз не наблюдалось, и пока ребята собирали трофеи, я решил поближе осмотреть дыру, из которой выбрались зеленокожие.