Страница 36 из 96
И он шумно блеванул.
Бородатый повернулся. Зло сощурился. Если бы он сейчас побежал к нему, Пестель бы даже не стронулся с места.
— Чиво нада? — гортанно спросил убийца.
— Я иду за Дианой! — честно признался Пестель.
— Диана? Магазын? — не понял бородач.
— Девушка!
— Дэвушка? — бородач сплюнул. — Ахмак[29]!
Сел в машину и уехал.
Пестель решил идти к Шмитовскому проезду. Возможно была дорога в Измайлово и короче, но он ее не знал.
Сразу за реновационным монстром располагался еще один-жилой комплекс «Хайд» из семи небоскребов. В мирное время Пестеля сюда и близко не пускали. Цена на квартиры начиналась от 20 миллионов.
Задрав голову Пестель смотрел на зеркальные стены, когда где-то на этаже 30 или 40-м разверзлась темная прореха, выпуская нечто. Лишь спустя какое-то время дошел звук разбиваемого окна и смертельный вопль выброшенного человека. Несчастный вопил почти до самой земли. При падении тело достигло такой скорости, что при ударе издало не стук, а влажное чавканье словно от упавшего гнилого помидора.
Пестель опрометью кинулся наутек.
Посмотрел небоскребы, блин!
Улицы не были пусты. Уезжали припозднившиеся. Мутные личности грузили в «газели» коробки с плоскими телевизорами. Одинокие мешочники, шарахаясь друг от друга, шли пешком. Брошенных машин не было. Они появятся позже, когда кончится бензин.
Один раз низко над улицей прошел вертолет. Все попрятались, Пестель тоже. Кушать и пить хотелось все сильнее. По пути попалась стоматологическая клиника. Перед ней в семиместный минивен грузилась семья. Муж, жена, дочка и собака. Пестель подошел и поздоровался.
— Вы не через Измайлово поедете?
— Иди отсюда, мальчик!
Мужчина был грузный, но сам с мальчишечьим фальцетом. Жену почему-то называл по имени-отчеству.
— Полина Григорьевна, поторопитесь!
По-видимому, врачом была именно она, он же на подхвате.
— На машине опасно! Там сейчас одного уже убили! — предупредил Пестель.
Дама была хорошо в годах и голос у нее был сварливый.
— Он хочет, чтобы мы через Измайлово поперлись! — возмутилась она. — Андрон! Сделай же что-нибудь!
Мужик вместо того, чтобы сказать «отвали», отыскал в багажнике монтировку и замахнулся.
— Пошел отсюда, гниль обезьянья!
Пестель отскочил.
— Вот из-за таких как вы, москвичей и не любят!
— Вали отсюда, вшивота!
— Девчонку хоть пожалейте! — закричал Пестель. — У вас машину все равно отберут!
— Вот, гнида, не унимается! — возмутился Андрон. — А ну пшел!
Он еще помахал железякой, но, если бы хотел ударить, давно бы ударил.
Пестель отбежал к клинике и увидев, что дверь открыта, вошел. Где-то здесь вода должна быть, подумал он.
— Андрон! Этот мелкий гаденыш в наш кабинет пошел! — закричала Полина Григорьевна. — Сделай что-нибудь!
— Чего уж теперь! — махнул рукой Андрон.
Пестель оказался перед дверью с надписью: «Врач высшей категории…», толкнул и вошел. В стоматологическом кабинете стояло зубоврачебное кресло, шкафчики и о вожделенное чудо-раковина. Он повернул ручку, и вода потекла. Водопровод еще не отключили. Он пил, и никогда еще вода не казалась такой вкусной. Потом заметил на столе на бумаге с жирными пятнами засохший кусок пирога. Проглотил его в один присест. Жизнь продолжается, с оптимизмом подумал он.
И тут с улицы донесся шум заводимого мотора и резкий старт с прокрутом. Потом такое же резкое торможение, после которого напрашивался ожидаемый удар о препятствие либо о другой автомобиль, но вместо этого отчетливо прозвучало «тра-та-та-та».
Он подбежал к окну.
Минивен стоял посредине улицы, наклонившись на один бок. Из-под капота лениво выбивался одинокий лоскут пламени. Бок машины наискосок перечеркивали пулевые отверстия. Стекла были целые, обильно забрызганные изнутри пурпурными брызгами.
Пестель выблевал только что съеденный пирог.
К машине подбежал жилистый бородатый парень. С криком «Вай!» с силой выдрал заклинившую дверцу, стал спасать женщину. Пестелю было плохо видно, Полину Григорьевну или дочку. «Спасатель» выволок тело с мотающейся головой, бросил на капот животом, задрал платье, рывком содрал трусы.
— Чу! — к «спасателю» подошел мужик с автоматом и с такими кривыми ногами, что можно было на них вместо колеса ездить, приставил дуло автомата к голове жертвы.
В коротком звуке выстрела голова исчезла, но бородатый парень занятия своего не прекратил, пока не кончил.
— Дело надо делать! — с укоризной сказал косолапый. — Багажник смотри!
Пестель отшагнул назад и сразу что-то уронил. Бандиты обернулись, но Пестель не будь дураком уже нырнул вниз.
На корточках бросился прочь.
Э, так не пойдет! Сказал он себе. Где ты еще воду найдешь!
Он вернулся, нашёл несколько склянок с резиновыми пробками и спиртовыми запахами. Сполоснул, наполнил водой, сложил в сумку. Разрез прихватил найденным степлером, который тоже положил в сумку. Туда же отправился скальпель.
Дорога в Измайлово длинная, рассуждал он.
Пестель стоял перед дорожными знаками. Знаков при Босянине в Москве стало с избытком. «Пешеходы», «Ограничение 40», «Остановка запрещена». На всей видимости ни одной машины. Картина маслом-гаишник повесился.
Ларьки при остановках были разграблены. Даже не разграблены-уничтожены. Разбитые витрины, выломанные двери, растоптанный товар. Но трупов еще не было. Они появились позднее.
За все время, пока Пестель шел по Шмитовскому проезду, а потом по Пресне, ему попались люди из двух разнонаправленных потоков. Русские стремились уехать, бросив все, мигранты наоборот, всеми силами сопротивлялись, стремясь остаться.
На противоположной стороне улицы появился очень худой чернявый парень. Не успел Пестель обрадоваться, как тот гортанно крикнул:
— Чего уставился, донгуз[30]?
И продолжил копаться в какой-то куче.
В это время совсем близко раздался голос, усиленный громкоговорителем. Пестель остановился послушать, но его насторожила реакция чернявого. Тот со всех ног бросился бежать и скрылся в кустах на газоне. Пестель пожал плечами, но все же зашел за остановочный павильон.
Едва успел скрыться, из-за угла появился полицейский бронеавтомобиль «Лис» с рупором на крыше.
— Граждане, согласно постановлению правительства Москвы, объявлена эвакуация! С собой брать только документы и деньги! Вы скоро вернетесь в свои дома! — вещал голос.
А потом в бойницу высунулось дуло автомата, и стрелок выпустил длинную оглушительную очередь. Пули прошли где-то в стороне, но у Пестеля отказали ноги, и он упал на асфальт и едва не обоссался.
Бронеавтомобиль медленно проехал мимо и свернул в проулок. Донесся мегафонный голос:
— Граждане, без паники! Объявлена эвакуация!
И снова очередь.
Пестель по своей привычке оправдывать все и вся, представил, как в кабине сидит перепуганный эмчеэсник и палит от ужаса в белый свет как в копеечку.
Но сам он тоже не герой. Сидел в укрытии, пока механический голос совсем не стих.
Он увидел рядом в кирпичном доме на первом этаже вывеску «Адреналин», решил, что там можно разжиться медикаментами. А то уже поимел несколько царапин, а даже йода нет.
Вошёл через отсутствующую витрину и сразу понял свою ошибку. Магазин оказался не аптекой, а спортивным. К тому же разграбленным.
— Тот, кто носит Адидас, за рубль Родину продаст! — вспомнил Пестель заезженную шутку веселых ребят.
Светились голые полки. Отдельные кроссовки без пар разбросаны по всему полу. Остатки костюмов свалены в кучу, и кто-то сверху насрал на них. Не доставайся же ты никому.
Пестель стоял среди былого великолепия. Здесь даже нечего украсть.
Преодолев отвращение, подошёл к куче белья, надеясь решить невыполнимую задачу-выбрать себе из неиспорченной одежды и не испачкаться. И замер.
29
Дурак! (Здесь и далее ругательства на наречиях сумитских языков).
30
Донгуз — свинья