Страница 31 из 96
— Этого делать нельзя! — в отчаянии выкрикнул Вершинин.
— Почему же, мой неучёный друг? — академик в открытую потешался над ним. — Вы, когда-нибудь видели модуль Пантанала? Он совсем не страшный, уверяю вас!
Раздались смешки.
— Саркофаг нельзя вскрывать, потому что его соорудили не Капитаны! И к Пантаналу он не имеет никакого отношения! — заявил Вершинин.
На этот раз ответом было коллективное возмущение.
— Я могу это доказать! — продолжал Вершинин. — Вся техника Капитанов имеет подчеркнуто технологичный характер, — перед его мысленным взором возникли картины парижского подземелья. — Это настенные либо установленные на тумбах программаторы, мониторы, мультиплексы, упрощенный интерфейс. Эскалаторы, транспортные ленты, люки, осветительные плафоны, клавиатуры для ввода паролей рядом с дверями. Капитаны всегда используют сталь и пластик. Но никогда камень. Следует заметить, что вся аппаратура адаптирована под средний человеческий рост. Здесь же мы имеем нечто противоположное. Вместо запирающего люка-вмурованный шар. Полное отсутствие технологических цепочек и аппаратуры. Здесь только голые стены и саркофаг. На мой взгляд, это типичный мегалит. Об этом свидетельствуют и знаки на нем. Символ колеса довольно распространен на земле. Создается ощущение, что его создатели сделали все, чтобы его не обнаружили. И если бы не бомбардировка, так бы и случилось.
— И что же вы предлагаете? — задал вопрос Цибесов.
Данлопп слегка ткнул Вершинина в бок, но слишком поздно и не сумел предотвратить откровенный ответ.
— Замуровать шар обратно, забетонировать вход и оставить все как есть лет эдак на 200! — уверенно ответил Вершинин.
— Это совершенно не приемлемо! — отрезал генерал. — Командующий ждет доклада. А что я ему скажу?
— В противном случае вам придется объясняться гораздо дольше! — заявил Вершинин, и снова Данлопп не успел его пихнуть.
— Ну это уже наглость! — подчеркнуто спокойно заметил Ярославский и приказал. — Оператору готовить резак! Аппаратура сверхскоростной съемки готова?
— 15 триллионов кадров в секунду! 50 пикселей! — доложил оператор. — Оптоволоконный лазер готов!
— Начинайте! — полковник дал отмашку.
Все в ожидании придвинулись к монитору. Вершинин поддался общему порыву.
В сетчатке отпечаталась картинка — из тележки робота выдвинулась телескопическая штанга с утолщение резака на конце. Резак приблизился к саркофагу и из него возник луч в инфракрасном диапазоне.
Дальнейшее произошло одновременно, и все события слились в один бестолковый хаос. В помещении что-то с грохотом взорвалось, из отверстия вырвалось облако пыли, и часть ламп с треском полопалось.
Случилось еще одно непонятное событие. Вершинин был уверен, что потерял сознание, хотя благодаря своевременным действиям профессора, который оттолкнул его в сторону, и оказался вне зоны поражения. Бессознательное состояние по его ощущения длилось секунду, но когда он стал воспринимать реальность, то она приобрела совершенно кошмарный вид.
Обоих операторов, которые руководили роботом сидя напротив входа, убило наповал. Тела отбросило на противоположную стену, которые сейчас были в обильных кровавых подтеках.
Академику Цибесову повезло больше. Его опрокинуло на пол и сорвало шлем, но не убило. Очки все в трещинах были в непроглядной цементной пыли. Академик широко разевая рот слепо шарил вокруг руками.
Генерал Ярославский тоже упал, и теперь он пытался подняться, весь в той же пыли и разорванной маске. Это ему никак не удавалось. Он был контужен.
Солдат раскидало как кукол. Они лежали и стонали.
Вершинина поразил лежащий на полу автомат, дуло которого неведомой силой было вывернуто на 180 градусов.
Данлопп единственный оставался на ногах. Он стоял сбоку от входа, прижавшись к стене. Вершинин не верил свои глазам. В руках профессор сжимал не ручку, или там планшет, а самый настоящий галакс — могучее гравитационное оружие времен Конфликта, которым Капитаны вооружали наши десантные части в Европе, и которое Вершинин видел исключительно в иллюстрации секретной истории Пантанала.
Он хотел спросить, что сие означает, но тут снаружи раздались крики и выстрелы. Даже что-то взорвалось.
Там шла неслабая заваруха.
12. Кураторы майора Бекка
Химкинское водохранилище ушло в подземные полости под ноль, и теперь на его высохшем дне, покрытом корявыми кустами, стояли на вечном приколе ржавые маломерные суда. В выбитых иллюминаторах проблескивали отблески костров бомжей.
Мы сидели в машине на берегу и даже в кабине было холодно. Я берег бензин. После посещения «Деревянной короны» я был пуст как пустыня Гоби. Исчезли деньги, да и бог бы с ними. Палец забрал все оружие, мобильник и рацию.
Меня спасло то, что мобильник был у Сандры.
— Тут нет связи! — предупредила она.
— А мы попробуем!
Я набрал кодовый сигнал, и в эфир ушло сообщение о срочной встрече с куратором. Она должна была состояться в парке в 16 часов.
От точности заранее оговоренных встреч на сердце становилось теплей. Есть что-то надежное в непостоянной Москве!
За 2 минуты до назначенного срока на набережную выехала «нью-Волга» и мигнула фарами. Я помигал в ответ. Потом велел Сандре ждать, и вышел из кабины. Сразу накинулся стылый ветер, а куртки у меня больше не было. Так что я бегом направился к машине. Когда подбегал и уже взялся за ручку, она резко сдала назад.
Что за хрень!
Я остановился. Машина снова призывно мигнула.
На этот раз я подошел с достоинством и открыл дверцу.
Внутри было тепло от работающего мотора, бензина здесь никто не экономил, играла музыка мульти плеера и мигали огоньки на торпеде.
— Пароль: открой сифон! — зло сказал я.
— Отзыв: закрой поддувало! Садись скорей, холодно!
За рулем сидела Нина Задерихина. Я плюхнулся рядом.
Задерихину в Управлении не любили. Она кочевала по отделам, но нигде не задерживалась. Дама вроде приятная, и сиськи большие, и попа, но характер такой, мама не горюй. Было ей за 30. В результате долгой, но бесплодной погони за замужеством ненавидела всех мужиков. Даже говорят, кого-то пристрелила на задании. В своих бедах была виновата сама, так как в мужья метила, суженного в чине не меньше полковника.
— О твоих подвигах все Управление гудит! — злорадно сообщила она.
— Подвиги — это мое обычное времяпровождение! — скромно заметил я.
— Ну да! Ну да! — пробурчала она.
Я посмотрел на нее. Молодая вроде девка, а бурчит под нос как старый дед. И еще. У нее были усы! Редкие черные волосинки на верхней губе.
Я представил, как целую ее, а волосики колют мне губы, и меня чуть не стошнило.
— Водки нажрался, а теперь выворачивает! — поняла она по-своему.
— На задании я не пью!
— Ну да! Ну да!
— Мне нужна эвакуация! — выпалил я. — На двух человек!
Она показала мне средний палец.
— Это что? Ругательство?
— Это значит мы эвакуируем одного человека и то, чтобы только отдать под суд!
— И за что же это?
— Провалил операцию из-за чего? Из-за дырки! Мы тебя зачем внедряли? — заорала она визгливо. — Столько время на тебя потратили и что? Всю реализацию по Кенту завалил!
Она не только мужиков не любит, но и баб тоже, понял я. Как она женщин назвала? Из-за дырки?
— Мне нужно 2 места! — настойчиво повторил я.
— Так организуйся! Покупай контрабандистов! У них за бабло все можно купить, включая и эвакуацию на всех твоих б…!
— У меня нет денег! Я еле ноги унес!
— Поплачь еще! — расхохоталась она. — Ты же оперативник! Бабло для тебя не проблема! Кто ты по легенде? Вор? Вот и воруй!
— Это последние рекомендации Управления? — с натугой спросил я.
— Самые последние! — отрезала она. — И на меня не зыркай, майор! Сам виноват. Секс до добра еще никого не доводил. Хрен надо было в узде держать!