Страница 81 из 164
ОЦЕНКА. 6. Режиссёр имел в наличии мощные фигуры, но расставил их на доске для чужеродной игры; ни одна из них не может проявить свои качества в полную силу.
«Пианист»
СЮЖЕТ. В 1939 году немецкие войска оккупируют Польшу. Всем евреям приказано носить на руках белые повязки со звездой Давида – отличительный знак принадлежности к низшему сорту. После массовых расстрелов в Варшаве строится стена, за которую выселяют еврейское население. Вместе с остальными в этих нечеловеческих условиях пытаются выжить пианист Владислав Шпильман и его семья.
ФИЛЬМ. Владимир Набоков однажды заметил, что автор произведения искусства должен соединять в себе рассказчика, учителя и волшебника, причем с преобладанием последнего компонента. Новый фильм Романа Поланского демонстрирует ситуацию, об опасности которой предупреждал писатель: когда чародей уходит из этой троицы, мы остаемся в довольно неинтересной компании.
«Пианист» – основанная на реальных событиях история жизни знаменитого польского музыканта Владислава Шпильмана, снятая к тому же по его автобиографической книге. Кроме того, картина во многом навеяна личными воспоминаниями режиссёра о гетто. Потому в достоверности тщательно воспроизводимых на экране событий не может быть сомнений. Мы узнаем, что евреям в лучшем случае запрещали ходить по тротуарам, сгоняя на проезжую часть. В худшем – расстреливали без лишних разговоров. Трупы валялись прямо на мостовой, а женщины в поисках мужей подходили к каждому встречному. Чтобы купить одну ириску, приходилось скидываться на шестерых. Хотя эти кадры и оставляют нас поодаль от основных персонажей, делая повествование излишне сухим, почти неэмоциональным, ужасная в своем эпическом размахе картина жизни огромной людской массы все же держит на себе первую половину картины.
Но фильму нужно двигаться, развивать какой-нибудь драматический конфликт – и здесь поджидает главное разочарование. Дальнейшее можно пересказать словами без потерь для художественной ценности. «Пианист» страдает от литературности, забывая о кинематографических выразительных средствах. Как часто случается с фильмами, основанными на подлинных событиях, реалистичность и достоверность, сделанные самоцелью, словно лишают автора той доли творческого воображения, которое и делает волшебника волшебником. Полански рассказывает историю, выходит на смысловые обобщения, но как чародей он явно ошибся дверью. Безвозвратно утеряно главное – магия кино. Стена могла быть границей между двумя мирами, но здесь она – нагромождение кирпичей. Пианино – музыкальный инструмент, но не возвышенный кинематографический образ. Если бы Шпильман в реальной жизни играл на гармони, фильм можно было бы назвать «Гармонист» – и это ничего бы существенно не изменило.
Многочисленные награды «Пианиста» доказывают одно – они не всегда являются неоспоримым критерием художественного качества и порой имеют странное свойство пренебрегать искусством в угоду так называемой идейно-политической силе картин. Эта политкорректная, своевременная, но очень поверхностная и некинематографичная лента – далеко не лучшая у Поланского. Но зато самая личная: на ее съемках режиссёр даже встретил человека, который давным-давно помог ему и его семье сбежать из гетто. И потому «Пианист» идеально подходит на роль причины, по которой весь мир осыпает почти 70-летнего Поланского призами. Не за этот фильм – по совокупности работ.
ОЦЕНКА: 5. Удивительно, но, несмотря на очевидную значимость для внутреннего мира самого автора, история рассказана им на редкость банальным киноязыком. «Развод»
СЮЖЕТ. Американка Изабель приезжает в Париж к своей сестре, поэтессе Роксане, и обнаруживает, что муж Роксаны Шарль-Анри решил оставить свою беременную жену, неожиданно влюбившись в другую женщину, русскую по имени Магда. Прояснить ситуацию хочет и муж Магды, который теперь преследует Роксану. Изабель, в свою очередь, начинает встречаться с пожилым ловеласом Эдгаром, постепенно обнаруживая, что даже среди ее знакомых есть женщины, прошедшие через опыт близкого общения с этим человеком. В это же время сестры пытаются узнать, является ли картина в доме Роксаны подлинной и имеющей большую ценность.
ФИЛЬМ. В конце фильма Джеймса Айвори «Остаток дня» (1993) есть эпизод, в котором выпускают на волю голубя, и камера вместе с птицей медленно взмывает в небо. В конце фильма «Развод» есть эпизод, в котором героиня бросает с Эйфелевой башни свою дорогую сумочку, и камера медленно следит за ее полетом над Парижем. Замечательный финал первого – лебединая песня режиссёра (чего никто не мог предположить тогда, в 1993-м). Ознаменованная редким отсутствием вкуса и чувства меры кульминация второго – очередное подтверждение того, что лучшие годы режиссёра давно в прошлом. Между взлетом голубя и падением сумочки – десять лет, за которые Айвори постепенно превратился в режиссёра, уважаемого за несколько отличных фильмов, снятых когда-то в прошлом, но не очень-то ценимого за сегодняшние заслуги.
«Развод» – это яркий пример того, как что-то не заладилось с самого начала. То ли Вайнона Райдер и Натали Портман, которые сначала должны были играть главные роли, были более подходящими кандидатурами, нежели разочаровывающие здесь Кейт Хадсон и Наоми Уоттс. То ли роман Дайан Джонсон был куда менее сильным первоисточником, нежели книги Э.М. Форстера и Кадзуо Исигуро. То ли постоянный сценарист Айвори Рут Проэр Джхабвала потеряла те завидные драматургические навыки, за которые получила когда-то два «Оскара». То ли Джеймсу Айвори не удалось схватить дух и настроение Франции так же, как когда-то получалось сделать с аристократической Англией. Так или иначе, «Развод» состоит из сплошных ошибок.
Поначалу может показаться, что сюжет как таковой вообще не интересует авторов, которые строят свой фильм на цепочке отдельных зарисовок о французской культуре, еде, языке, одежде и других национальных особенностях. Это не так – в фундаменте этой картины лежит нечто среднее между зарисовкой и полноценной сюжетной линией; не уживаясь в тесном пространстве, они начинают толкаться и перетягивать одеяло на себя. Страдает зритель, который не может сконцентрировать внимание или познакомиться с кем-то из героев так близко, как хотелось бы: одни сюжетные линии не доведены до конца, другие передержаны сверх надобности. Те же недоразумения происходят и с жанровой принадлежностью: салонная комедия нравов вдруг становится слишком серьезной и даже мелодраматичной, со вскрытием вен и ревнивым мужем с пистолетом. Кажется, что в «Разводе» всё не на своем месте: даже эпизоды, когда девочка смотрит телевизор, на котором показывают фильмы («Красные башмачки» Майкла Пауэлла и «Красавицу и чудовище» Жана Кокто) ничего не добавляют к картине. И главное: если фильм пытался отразить французский колорит (обратите внимание, что в оригинале он называется не иначе как «Le Divorce»), то авторы забыли о наличии обаяния и шарма. И без того неидеальный салат оказался к тому же и малосольным.
ОЦЕНКА. 6. Айвори теряет контроль над столь многолюдным пространством; возможно, эта история подошла бы Роберту Олтману – специалисту по сюжетам с дюжиной главных героев.
«Река Мистик»
СЮЖЕТ. Когда-то давно Джимми, Шон и Дэйв были друзьями и беззаботно играли в детские игры. Но после странного, всё перевернувшего происшествия с Дэйвом, их компания распалась. Прошло двадцать пять лет, бывшие друзья давно не виделись. Джимми является владельцем небольшого магазинчика, он женат на Аннабет и имеет троих детей. Шон работает в полиции и в данный момент переживает не лучший этап в отношениях со своей женой. Дэйв женат на Селесте, подарившей ему любимого сына, но вынужден скрывать от семьи мучительную тайну своего прошлого. Их судьбам суждено пересечься: когда старшую дочь Джимми находят мертвой, Шона назначают расследовать это дело, а Дэйв оказывается главным подозреваемым…
ФИЛЬМ. В некоторых западных изданиях, рассказывавших об этой картине, прослеживается мысль, что «Таинственной рекой» Клинт Иствуд остро критикует распространение насилия в современной Америке. Подобный поверхностный подход ставит достойный фильм в один ряд с многочисленными поделками на какую-нибудь актуальную современную тему, созданными с целью заставить общество задуматься над сегодняшней ситуацией в стране и постараться что-то изменить. Об этом – листовка об изнасилованиях в США под названием «Обвиняемые», где только Джоди Фостер напоминает зрителю, что перед ним – кино. Где-то неподалеку от того фильма расположилась и фанатичная «Жизнь Дэвида Гейла», в которой Алан Паркер превращает живых людей в схематичные детали, необходимые для составления авторского высказывания по поводу смертной казни. Да, действие «Таинственной реки» происходит в конкретной стране и в конкретное время, но это более глубокий и непростой фильм, чем показалось части иностранных критиков. Объединяя детективную загадку и психологическое исследование проявлений человеческого характера в критической ситуации, Иствуд добивается ощущения древнегреческой трагедии, перенесенной в наши дни – той цели, которая год назад оказалась не под силу Алану Паркеру.