Страница 121 из 164
5. Уже после объявления Майкла Гэмбона новым Дамблдором в первых числах января 2003 года семья Ричарда Харриса выразила желание увидеть в этой роли давнего друга покойного актёра – Питера О'Тула. Брат Харриса Ноэл считал, что только О'Тул, «с которым Дикки дружил большую часть своей жизни», сможет оказаться достойным созданного в первых двух сериях образа старого волшебника, и что сам актёр был бы очень рад такому решению.
Кто сказал «мяу»?
Время кошачьих утренников прошло: Гарфилд и Кот в шляпе с горем пополам отыграли свои номера и отправились в следующий детский сад. Уложите детей спать и понаблюдайте за пришествием нового персонажа: в черной маске, кожаном костюме и с хлыстом в руках она выходит на улицы ночного города, чтобы отомстить обидчикам – Женщина-кошка.
В 1938 году британские актёры Бэзил Рэдфорд и Нонтон Уэйн так зажигательно сыграли парочку комичных второстепенных персонажей в фильме Альфреда Хичкока «Леди исчезает», что еще не раз получали предложения повторить полюбившиеся зрителям образы Чартерса и Колдикотта в новых картинах. Случай, не слишком распространенный в истории кино: ведь, как правило, наибольшим успехом пользуются главные герои, которых публика хочет снова и снова видеть на экранах. Но иногда роль второго плана или даже эпизодическое появление актёра производят такое сильное впечатление, что этот персонаж возвращается – порой даже в отдельном проекте, где ему будет позволено выступить в качестве первой скрипки. Сегодня подобная практика чаще всего встречается в голливудских блокбастерах: продюсеры студий, обратив внимание на популярность того или иного второстепенного персонажа, а значит – на кассовый потенциал, запускают в производство картины, в которых народный любимец сможет еще более убедительно продемонстрировать свои достоинства. Самостоятельный фильм уже есть у Царя скорпионов из сиквела «Мумии», в следующем году на экранах появится Электра Начос, которая сменит средний план в «Сорвиголове» на крупный – в ее собственном боевике «Электра». А пока кинотеатры остывают после набега «Женщины-кошки» – фильма, возникновение которого предсказывали еще с тех пор, как Мишель Пфайффер поразила всех во второй части «Бэтмена».
Действительно, проект находился в разработке на студии «Уорнер Бразерс» в течение десяти лет. Поначалу продюсеры надеялись, что сама Пфайффер вновь появится в принесшем ей столь крупный успех образе, но актриса отказывалась, мотивируя свое непреклонное решение, в основном, тем, что не хочет больше иметь дел с неудобным костюмом. Вариант сценария был написан еще в 1995 году (его даже можно почитать в Интернете), но всерьез о возможной постановке ленты заговорили только в начале нового века – и главной проблемой все еще оставался поиск исполнительницы главной роли. Информация о заинтересованности Николь Кидман быстро сменилась новостью о том, что героиню, скорее всего, сыграет Эшли Джадд. Но и эта кандидатура вскоре отпала – появилось сообщение, что новой женщиной-кошкой станет темнокожая Холли Берри. Девушка со странной карьерой, которая после «Оскара» за «Бал монстров» снималась далеко не в самых удачных картинах, заведомо не предоставлявших возможность подтвердить актёрские способности – «Умри, но не сейчас», «Люди Икс 2», «Готика». Очередной ее выбор выглядел особенно необъяснимым, учитывая, что в своих интервью Берри неоднократно заявляла, что не слишком уважает фильмы о всяких там супергероях. Как бы то ни было, темнокожей актрисе предстояло примерить черный кожаный костюм, научиться обращаться с хлыстом и поработать с режиссёром, имя которого на тот момент уже было известно – и вызывало недоумение американской публики.
Далеко не все режиссёры начинали свой путь в кинематографе именно с режиссуры или, тем более, изучали азы ремесла в какой-нибудь киношколе. Альфред Хичкок делал титры для немых фильмов, Терри Гилльям был известным художником-карикатуристом, Нил Джордан писал романы, а Жако Ван Дормаэль, прежде чем снять фильм своей жизни «Тото-герой», много лет проработал клоуном в цирке. В последние годы в режиссёрское кресло иногда садятся представители сравнительно новой кинематографической профессии – специалисты по визуальным эффектам: сначала Джон Бруно (с его ужасным «Вирусом»), а затем и французский вундеркинд Питоф. К 2002 году урожденный Жан-Кристоф Комар, несомненно, был главным специалистом по компьютерной графике в европейском кино. Он прославился работами с Жан-Пьером Жене и Марком Каро в «Деликатесах» и «Городе потерянных детей», в 1994-м получил технический приз жюри в Канне за фильм «Коварство славы», придумал знаменитые фантастические превращения героев в кассовых хитах французского проката – «Пришельцах» Жана-Мари Пуаре и «Астериксе и Обеликсе против Цезаря» Клода Зиди. В то же время в Штатах имя Питофа никому ни о чем существенном не говорило. Очередное сотрудничество с Жене на голливудском проекте «Чужой: Воскрешение» (1998) вряд ли произвело на искушенную в компьютерной графике Америку ошеломляющий эффект. Режиссёрский дебют Питофа – снятый на цифровую камеру, экспериментальный изобразительный этюд «Видок», – безуспешно пробивал себе дорогу в американский прокат (чем и занимается до сих пор). Так что, с одной стороны, решение поставить Питофа у руля «Женщины-кошки» было странным – режиссёров из других стран обычно приглашают в США после крупного успеха на родине, тогда как о таланте Питофа Америка была осведомлена не слишком хорошо. Впрочем, с другой стороны, мировая слава Питофа, вероятно, основана не на его режиссёрском мастерстве, а на нестандартном воображении и способностях придумывать яркие изобразительные решения при помощи компьютерной анимации – несколько номеров назад мы уже писали о современной голливудской тенденции приглашать на экранизации комиксов режиссёров-визуалистов.
Возможно, всепоглощающая склонность Питофа к броским эффектам и сыграла с «Уорнерами» злую шутку – что-то в съемках «Женщины-кошки» изначально пошло не так, что-то явно не склеилось, не зашевелилось. После премьеры американские зрители, как и многие европейцы после «Видока», вынесли вердикт – провозгласили фильм чем-то вроде вулкана, извергавшего бенгальский огонь. Хотя все отмечали визуальное решение, было очевидно, что, как и в «Видоке», Питоф чувствует себя, прежде всего, художником, но совершенно не заботится о том, чтобы построить на экране внятное повествование, о работе с актёрами и т.п. Игру Берри называли из рук вон плохой, предрекая, что «Женщина-кошка» может сделать с карьерой актрисы то же, что в прошлом году сделал «Джильи» с Беном Аффлеком и Дженнифер Лопес. Фильм с бюджетом в 85 миллионов потерпел сокрушительное поражение в прокате, мгновенно вошел в список ста худших лент всех времен и народов на сайте www.imdb.com, был объявлен самым громким провалом года и главным претендентом на «Золотую Малину-2004». Больше всех досталось Питофу – в рецензиях, которые варьировались от умеренно отрицательных до разгромных, режиссёра обвиняли в создании компьютерной мешанины из цветных кадров. Знаменитый Роджер Иберт из «Чикаго Сан-Таймс» и вовсе высказал предположение, что у Питофа, должно быть, есть второе имя – которым режиссёру и следует воспользоваться при работе над следующим проектом.
ВСТАВКА
Кульминационная сцена поединка между Пэйшнс и Лорел Хедар (который сразу окрестили кошачьей схваткой) снималась в течение девяти дней. Любопытно, что одной из ранних ролей Берри была соблазнительная секретарша из «Флинтстоунов», которую звали не иначе как Шэрон Стоун. В контексте фильма, вышедшего на экраны на пике популярности Стоун (в 1994 году), эта «каменная» фамилия была одной из задуманных авторами пародий. Еще любопытнее, что первоначально роль Шэрон Стоун должна была исполнять сама Шэрон Стоун, но не смогла освободить график съемок из-за участия в проекте Луиса Льосы «Специалист».