Страница 21 из 22
— Цель там?
— Там промежуточные изоляторы, от них есть проходы к лифту в нужный блок. Ее сейчас как раз куда-то ведут. Возможно туда.
— Вы уверены?
— А еще я вам плачу, так что… Пошли, пошли, пошли!
Отряд проходил секцию за секцию, полность зачищая коридорные помещения. До нужного места им потребовалось пять минут ускоренного марша, а на пути группы уже начали появляться местные представители службы безопасности. Люди в красной форменной одежде, преимущественно наспех экипированные базовым летальным оружием из вскрытого локального арсенала секционного гарнизона.
Перестрелки проходили быстро, практически на бегу. Бронированные скафандры хорошо терпели попадание дробовиков и низкоскоростных орбитальных пистолетов-пулеметов, но пренебрежение тактикой начало приносить первых раненых со стороны атакующих. Благо, пока что еще все могли стоять на ногах и не было нужды кого-то оставлять позади.
Тем временем по станции уже разносился низкий гул сигнала тревоги, где-то предупредительно светились алые светодиодные лампы, из-за металлических перегородок слышались приглушенные крики паникующих людей, и изредка гулкие отголоски мощных ударов и взрывов добирались до этого места.
Со стороны, с орбиты, громадный муравейник в открытом космосе смотрелся мирно. Было даже что-то умиротворяющее в наблюдении за мелькающими проблесковыми огнями и внешними автоматизированными системами. Идиллию картины нарушали лишь аккуратные полосы трассеров крупнокалиберных снарядов, что вырывались из стволов батарей судна-носителя с символом копья со щитом на своем корпусе.
— Результативность рассеянного обстрела?— пожилой мужчина с сединой в окладистой бороде стоял на мостике, поглаживая форменный китель лишь с одним символом принадлежности к ВВК.
— Менее процента, капитан, как и ожидалось. Прикажете сфокусировать огонь?
— Да, сконцентрируйтесь на метках под номерами 7 и 13. Туда направляется большое количество тепловых сигнатур.
— Принято.
Абордажная команда заняла центральный перекресток основных коридоров. Бойцы закрепились у заблокированных в открытом положении шлюзовых дверей, выставив импровизированные преграды из переносных баллистических щитов. В центре перекрестка один из бойцов устанавливал заряд.
— Тут межэтажные перекрытия хлипкие, может пробить сразу два этажа.
— Заряд готов?
— Да, подрываю через 3… 2… 1…
Боец отошел всего на пару метров, прежде чем нажать на кнопку детонатора. Мгновенная вспышка яркого пламени озарила помещение, а снизу раздалось оглушительное шипение вперемешку со звонким скрежетом металла. Направленный термический взрыв создал воронку примерно в метр шириной и глубиной в целых два этажа.
— Пробили через этаж. Но входное отверстие маленькое, армированная скелетная конструкция. В скафандрах не проснемся. Нужен еще заряд для расширения.
— Нет. Я пролезу, пойду одна. Ее ведут как раз туда.
— А…
— Создайте шум и двигайтесь по направлению к B6. Соединимся там. И передайте сигнал второй группе.
Боевик с лычкой на шее просто молча кивнул и принялся отдавать приказы подчиненным по внутренним каналам комлинка, из-за отключенных динамиков боевого шлема было уже не понятно, что он говорит. Впрочем, черноволосой девушке это было вовсе не интересно, она уже принялась спускаться в открывшийся для нее вертикальный проход.
Оплавленный металл выглядел опасно, к нему инстинктивно не хотелось прикасаться голой кожей, благо защитный плащ и перчатки спасли от случайных ожогов. А запах стоял ужасный, спертый горячий воздух отдавал жженым пластиком, резиной и чем-то еще. Аромат пробивался даже через респираторную маску, но переключаться на замкнутую систему с ограниченным ресурсом было еще рано, нужно было просто перетерпеть этот спуск.
Грузный мужчина с идеально выбритым лицом, которое подчеркивали застарелые шрамы, стоял над тактическим столом в небольшой каюте, набитой электроникой и другими людьми. Каждый занимался своим делом за отдельным терминалом, кто-то отслеживал какие-то текстовые логи, кто-то следил за показателями и графиками метрик жизнеобеспечения бойцов, кто-то сидел с гарнитурой и что-то отвечал, а кто-то наблюдал за изменениями показателей, которые получали с датчиков дальнего сканирования. На широком экране тактического стола отражалась скомпилированная информация, наложенная на проекцию схемы станции, которая обновлялась в реальном времени, по крайней мере насколько это позволяли вычислительные мощности системы и полнота получаемых данных.
— Королева отделилась от Коня, чтобы самостоятельно забрать цель. Основная группа с боем пройдет другим маршрутом и соединиться ними на другой точке возле технических лифтов, — не отрывая взгляд от экрана, громко и четко проговорил один из связистов, перебивая своим голосом шум работы всех остальных.
— Маневр отвлечения, хорошо. Выделили сигнатуры боевых соединений противника?
— Предварительно, собираются несколькими уровнями выше в единое формирование, но большая часть застряла на верхних уровнях.
— Собираются отбиваться волнами, пока не смогут зажать нас количеством. Черт, Девка, это настолько безумный план, что он действительно работает…
— Есть сигнал на выход Ладьи.
— Пройдитесь этими специальными снарядами по целевому доку, проверим это дорогостоящее чудо в деле. Только аккуратно, а челнок пока выходит на дистанцию рывка. Пусть врываются сразу после залпа, без дополнительных команд. Все по плану, зачищаем и занимаем ближайший целый док, путь к отступлению должен быть полностью в наших руках.
Четыре крупные орудийные батареи, что до этого момента попарно в режиме асинхронного обстрела поливали две разные точки на станции, почти одновременно свелись на одной цели. По каналу внутренней связи отделения корабельных стрелков прогремела команда на залп, после чего четыре ровных трассера приятного рыжеватого оттенка от разрывных вакуумных снарядов устремились в одну точку. Точность в космическом бою всегда была краеугольным камнем любой орудийной системы. Большие скорости и расстояния делали свое дело, создавая огромную нагрузку для расчетных процессоров систем наведения, которую в свою очередь уже интерпретировали люди в меру своих возможностей и навыков.
Ровные полосы трассеров, что визуально летели параллельно друг другу, спустя треть пройденного пути показали свою истинную траекторию. Если бы целью стрелков была цель поменьше, которая хоть немного перемещалась бы в пространстве, никто из них не попал бы даже вскользь. Но они целились в шлюзовую дверь одного из ангаров дока, которая была по своему размеру несколько больше их собственного корабля. Снаряды врезались в разные части толстой металлической поверхности с интервалом в несколько миллисекунд, создавая эффекта почти одновременного попадания.
В тихое пустое пространство корабельного дока неожиданного для немногочисленного технического персонала ворвался резкий хлопок с огромными снопами искр и моментальной вспышкой света и пламени. Кислород внутри дока выгорел практически в одно мгновение, не успевая даже вырваться в холодную пустоту космоса сквозь огромную дыру в ангарной двери для приема судов. Вспышка разделила картину внутри помещения на до и после. Чистые стены моментально покрылись слоем гари, привычное белое освещение сменилось редкими огнями резервной системы оповещения при чрезвычайной ситуации, которые уцелели при взрыве, а все что не было прикручено к поверхности достаточно хорошо, оказалось хаотично разбросано вперемешку с обломками по всему пространству. Искореженная прорубь шириной почти в десяток метров открывала умиротворяющий вид на пустоту космоса и сияющие вдалеке звезды, только вот те немногие, кто находился внутри, не смогли бы оценить эту красоту. Несколько тел в остатках от комбинезонов местной технической службы подверглись мгновенному термическом шоку сперва от сверхвысокой, а сразу же после от сверхнизкой температуры, из-за чего покрылись ледяной коркой и буквально рассыпались на частицы из-за сбоя системы искусственной гравитации в секции. Мелкие объекты и осколки, которые поднялись при взрыве, зависли в пустоте, совершая бессмысленные движения по инерции, преимущественно безобидно вращаясь по собственной оси.