Страница 14 из 22
— Черт, я ведь совсем не подумала взять с собой сигарет…
— Не волнуйся, у нас все включено на этот вечер. Хотя… Бы посмотрел на лица других гостей, когда ты достала бы из кармана мятую пачку своего дешевого курева и с удовольствием бы закурила…
***
Большая часть народа проводила время рядом с центральным игровым столом, который обслуга за глаза называла “хозяйским”. Большой круглый стол из цельного древесного массива какого-то экзотического дерева, обтянутый бархатом по верхней поверхности без какой-либо разметки или разлиновки, не похожий на какой-либо другой игровой стол в этом зале или тем более заведении. Когда они подошли к нему, было всего два свободных места, одно из которых бесцеремонно сразу же занял Йозеф, второе же оставалось пустым весь вечер и на него даже никто и не думал садиться.
За столом собрались явно не простые люди, особенно крупный мужчина, что восседал на самом вычурном кресле, практически троне с иллюстраций детских сказок про королей и рыцарей. На столе же были расставлены столбики фишек и разложены карты, а также стояли бокалы. Вокруг семенила обслуга, но ее было почти не видно из-за стены людей, которая образовалась из свиты каждого из гостей. Со стороны Йозефа же Джессика стояла в относительном одиночестве, видимо не стоять за спиной другого игрока было чем-то вроде правила местного этикета.
Атмосфера за столом была очень деловой, но с примесью панибратства. Люди, которые играли, знали друг друга хорошо. Они собрались по большей части не ради игры, это явно был лишь предлог. Хотя у Йозефа были совсем другие планы.
— Герр Йозеф! Неужто вы услышали о моих тайных покерных тренировках и испугались настолько, что привели с собой группу поддержки?
— Вовсе нет, как раз наоборот. Взял девушку с собой, чтобы покрасоваться своим мастерством в неравном противостоянии.
— Ой, Герр Йозеф, ну почему же неравном? Или вы не можете забыть мне тот случай? Я много раз говорил, что туз в рукав мне просто случайно завалился, а я и не заметил.
— Да нет, просто в этот раз решил вам поддаться,— с этими словами он взял пару стопок фишек и не глядя протянул через плечо себе за спину,— дорогая моя, не отказывай себе в удовольствии. Возвращайся как останешься ни с чем или не удвоишь. И не бойся проиграть, это казино все равно мне останется должно.
— А кто же ваша очаровательная спутница? Всех моих друзей вы же знаете, я тоже хочу знать ваших.
— Она? Ее зовут Джессика, она работает на меня. Между прочим, приводит мой бизнес на этом узле к процветанию. Ну что, пятьдесят тысяч форы?
— Ваше право. Так понимаю, нашел себе протеже?
— Пока только присматриваюсь. Надо же готовить новое поколение, я все-таки уже не молод…
В паре стопок фишек было пятьдесят тысяч. Пришлось даже немного напрячься, чтобы сохранить достойную полуулыбку на лице и не выкатить глаза от удивления. Но, ей было сказано, что делать, а потому оставалось лишь вежливо кивнуть и отойти в сторону.
Она знала принцип игры, хоть и играла не часто. Вензель частенько рассказывал о своем любимом хобби и нередко даже затягивал в дружеские партии во время посиделок с его друзьями. Она считала себе отвратительным игроком, не могла нормально запомнить комбинации и то и дело терялась, поэтому всегда вела непринужденную игру, даже не заморачиваясь со тактикой за столом, чтением оппонентов и другими умными вещами, о которых ей рассказывали. И при этом даже умудрялась побеждать, иногда.
— Я здесь впервые, так что у меня два вопроса. Первый, как у вас тут все это дело играется? И второй, кто принесет мне покурить?— с этими словами она уселась на свободное место за классический полукруглый игровой стол с крупье неподалеку, брякнула стопкой фишек об стол и чуть потянула галстук вниз, чуть освобождая шею. Сидящим за столом двум мужчинам это оказалось по нраву и они одарили ее хищными улыбками, скрытыми за масками дружелюбия.
Около получаса прошло, прежде чем Джессика вернулась к большому столу и аккуратно поставила на край стола по левую руку от своего начальника небольшой деревянный коробок с четырьмя отделениями, полностью забитыми фишками разных цветов. После чего она выдохнула вверх большой клубень сигаретного дыма и, аккуратно оперевшись на его плечо, склонилась поближе к его уху.
— Я не знаю, в чем разница по цветам, но мне сказали тут много,— вполголоса проговорила она, подглядывая в карты на руках босса,— не думала, что это будет так весело.
— А ты быстро,— протезированные пальцы аккуратно прошлись по ребрам фишек, вызывая еле слышимый цокот, после чего мужчина удовлетворенно кивнул,— только не говори мне, что ты просто вытрясла их пацана, который носит их к столам.
— Не, в покер выиграла. Правда… Пара парней меня после этого явно хотят убить.
— После проигрыша в покер это нормально. Карта так хорошо шла?
— Не, я просто вывела их из себя. Тут все такие нежные?
— По большей части да.
После чего она стряхнула пепел в стоявшую на столе пепельницу и отпрянула, не желая больше отвлекать больше начальника от игры. В этот момент, буквально на секунду она ощутила странное чувство. Непонятное, необъяснимое, но такое знакомое. Или похожее не то, что ощущала периодически при общении с сестрой. Будто бы что-то незримое промелькнуло у нее в мыслях, мимолетное наваждение, сбивающее с толку.
“Не-е-ет, да быть не может… Псионическая сука! Пошла вон из моей головы!”
Может быть это была паранойя, может быть внутреннее чутье, а может быть говорила та малая толика пси-потенциала, которая была внутри нее, но была четкая уверенность, что в ее разум кто-то проник. Она начала активно водить глазами по присутствующим, яростно прокручивая в голове одну и ту же фразу, концентрируя мысли и эмоции исключительно на этом наборе слов.
“Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука! Псионическая сука!”
Астрид рассказывала о псиониках, о своих способностях и тех, которыми обладали другие дети. Это были лишь крупицы знаний, но достаточные, чтобы впасть в легкую панику. Одна лишь мысль, что в ее голову может залезть кто-то посторонний помимо родной сестры, внушала ужас и заставляла дыхание сбиваться.
На лбу начал выступать пот, сердце бешено колотилось, а шею будто бы стягивал тугой узел галстука, хотя тот уже был растянут. Она сделала пару аккуратных шагов назад и целенаправленно двинулась в сторону туалета, благо знакомые обозначения на дверях было легко заметить издалека.
Пустое пространство, свободное от людей, гладкая поверхность вычурного туалетного столика, успокаивающее журчание воды и прохладные капли на коже приводили в чувство. Она стояла, опершись ладонями на поверхность возле раковины и смотрела в зеркало, пытаясь отдышаться и успокоиться.
Дверь в туалетную комнату открывалось предательски тихо, бесшумно, поэтому она не могла услышать, что кто-то зашел за ней следом. Сквозь звук воды улавливался лишь звон каблуков о плитку на полу, но было уже поздно. Она попыталась повернуться в сторону звука, но просто не смогла. Мышцы не слушались, будто бы застыли в текущем положении и только неестественно напрягались от каких-либо попыток двинуться.
— Можешь не напрягаться, не получиться. Будешь сопротивляться, мышцы начнет сводить и будет невыносимо больно, так что не стоит,— нежный женский голос приближался к ней с правой стороны, по тону голоса ситуация для незнакомки была более чем обыденная и непринужденная.
Она поравнялась с ней, что в отражении зеркала боковым зрением можно было разглядеть ее лицо и наряд, это была какая-то девица, что крутилась вокруг стола. Непримечательная сопровождающая с лицом совершенно не обремененным интеллектом и другими качествами помимо навыков владения косметикой.
— Знаешь, было очень обидно узнать, что ты про меня думаешь,— искренне обиженно проговорила она, разглядывая собственный макияж в отражении зеркала,— и мне, конечно, очень интересно узнать, как ты раскусила мой фокус, но снова к тебе в голову я не полезу. У тебя там очень плохие слова, не хочу их снова слышать.