Страница 72 из 98
Сделав несколько вдохов, Сурт успокоился. Внезапно его посетила одна мысль. Вытянув руку с Пространственным кольцом, он мысленно отдал приказ, и обе туши в мгновение ока исчезли. Воровато оглядевшись по сторонам и не заметив никакой опасности, мальчишка облегчённо выдохнул и пошёл дальше. Изучение тел Сурт решил отложить до возвращения в деревню.
Как только мальчишка приблизился к месту, где своей очереди ожидали другие участники сражений, к нему, отделившись от ветки, плавно спустился светло-зелёный древесный листик. Сурт вытянул ладонь, и в момент соприкосновения в его тело проникла прохладная энергия, а в голове появилась новая информация.
Сурт оторвал восхищённый взгляд от листика и увидел огромную толпу зверей, ожидающих своей очереди. Он понял, что ждать придётся долго, поэтому отправился на поиски свободного места, попутно разглядывая окружающих.
К приятному удивлению Сурта, здесь собралось огромное количество представителей звериной расы, большая часть из которых ему была совершенно незнакома. Внутри мальчишки огонёк любопытства разгорелся настолько сильно, что он совсем забыл об отдыхе.
Сурт неспешно ходил между существами и без всякого стеснения разглядывал их, словно в зверинце. Одни игнорировали его присутствие, а другие рассматривали в ответ. Кто-то с презрением, кто-то с любопытством. Были и такие, кто смотрел на мальчишку с нескрываемой жаждой убийства. Но, когда эти звери понимали, что на парня их устрашение не работает, их агрессия сменялась страхом или удивлением. Инстинкт им подсказывал, что это двуногое существо не такое слабое, каким кажется.
На месте Сурта любой другой человек с таким же уровнем культивации и шагу бы не смог сделать от страха, не говоря уже о вальяжном расхаживании между всеми этими монстрами. Однако мальчишке здесь было комфортно. Не только потому, что все враждебно настроенные твари были связаны правилами, но и из-за ощущения близости как с растениями, так и с представителями звериной расы. Ну и ещё жгучее любопытство изрядно притупляло чувство самосохранения.
Спустя несколько часов Сурт обошёл всех зверей рядом с южной магической печатью. Найдя свободный клочок земли, юный Дрессировщик уселся на землю и быстро достал тетрадь с карандашом. Но только он начал делать заметки о представителях местной фауны, как вдруг засиял ярким изумрудным светом древесный листок, покоившийся у него в рукаве.
— Как не вовремя-то! А я ведь только присел, — пробормотал Сурт и с неохотой убрал предметы обратно в кольцо.
Похлопав себя по щекам, мальчишка восстановил бодрость духа, вскочил на ноги и с горящими от предвкушения глазами направился к магической печати.
Тем временем в деревне Балт и Кира тренировались со своими питомцами, а Танаша практиковалась в метании кинжалов.
Парень только вчера заключил Пакт с Тиаром, и ему хотелось посмотреть, на что способен его новый питомец, ибо в прошлый раз у орла не было возможности продемонстрировать свою силу. Поэтому Балт и решил устроить тренировочный бой между птицей и самой слабой марионеткой.
Зверь поначалу упирался, показывая своё пренебрежение к деревянному голему. Тиар, получивший от Танаши прозвище «Хохлатик», считал ниже своего достоинства сражаться с какой-то куклой.
Балт, поломав голову пару минут, решил показать, на что способна эта марионетка, сразившись с ней. И когда птица увидела, что её хозяина теснят, в глазах зверя заискрился интерес к зачарованной деревяшке.
В прямом столкновении Балт был гораздо слабее. Поэтому даже против наислабейшей из тренировочных кукол (пик четвёртой ступени) он только и мог, что сидеть в глухой обороне.
Спустя пять минут парень вылетел за пределы круга. Птица важно подошла к распластавшемуся на земле Балту и потыкала в него «коготком».
— Да-да… Я… всё ещё жив, — тяжело дыша, проговорил парень.
Птица удовлетворённо кивнула, после чего вступила в круг. Марионетка недобро блеснула красными камешками в глазницах и ринулась к новому оппоненту. Через несколько секунд зверь вылетел из круга и приземлился кверху лапами рядом со своим хозяином.
— Ну что? Всё ещё считаешь его недостойным противником? — ехидно ухмыльнулся Балт.
Птица жалобно пискнула в ответ, а парень через связь почувствовал, что зверю сейчас очень больно и обидно. Второй проигрыш подряд очень сильно огорчил гордого хищника, который не знал поражений до встречи с ним. Да и раны его полностью не зажили, из-за чего зверь не мог проявить всю свою силу.
— Кажется, я поторопился с проверкой твоих способностей… Извини, — виновато посмотрел Балт на орла, — я совсем не подумал, что одного дня для полного восстановления может быть недостаточно. Сегодня больше не надо сражаться.
Зверь медленно поднялся на лапы и воинственно уставился на куклу. Он проигнорировал слова хозяина и вновь вошёл в круг.
Балт ошеломлённо уставился на птицу, которая не обратила на него никакого внимания. Он слегка разозлился и хотел было переместить Тиара в пространство Пакта за непослушание, но, почувствовав его жгучее желание сразится с тренировочной марионеткой ещё раз, решил немного подождать.
Следующие пять попыток закончились так же, как и первая. Вздохнув, Балт поднялся и подошёл к пытающемуся встать орлу. Он поднял свои руки, собираясь сложить печать для перемещения зверя в пространство Пакта, но замер на полпути. В глазах Тиара он увидел непоколебимую решимость продолжать сражаться. И в этот момент Балт вспомнил их битву. Тогда у орла был точно такое же взгляд, как и сейчас. И парня посетила мысль, что, быть может, именно несгибаемая воля является сильной стороной его питомца.
— Может хватит? Ты еле на лапах стоишь, — заботливо произнёс Балт.
Зверь хорошо понимал намерение хозяина. Тот мог бы даже не спрашивать его мнения и просто упрятать в пространство Пакта. Тиар не особо и обиделся бы, так как прекрасно осознавал, в каком печальном состоянии находится. Однако он чувствовал, что близок к прорыву. Ему не хватало лишь небольшого толчка. Поэтому орёл так жаждал сразиться с куклой ещё раз.
Балт почувствовал волнение зверя и нахмурился. Он опустил свои руки, отошёл с пути птицы и строго сказал:
— Этот раз — последний.
Тиар еле встал на трясущиеся лапы, благодарно кивнул и медленно побрёл к кругу, шатаясь на ходу.