Военное дело для чайников

И теперь последнее, самое противное и чего следует всячески избегать. Пешие стрелки. Они (при равном оружии) скорострельнее, могут действовать в куда более плотном строю, да и стреляют точнее. Так что атаковать их можно только при значительном численном превосходстве. Да и то я бы не советовал — в открытом поле ударная конница справится с ними гораздо легче, а полевые укрепления лучше вообще лучше предоставить пехоте.

2. Тяжёлая кавалерия.

Прирождённый враг всего живого (кроме пикинёров). Краса, гордость и элита любой допороховой армии. Самая сильная, самая дорогая, самая малочисленная. Самая-самая!

Эм… Нужно было сказать «Тяжёлая ударная кавалерия»? Или «тяжёлая стрелковая»? А вот и нет. «Чистой» тяжёлой стрелковой конницы не бывает.

Да, навскидку можно вспомнить бронированных всадников (монгольских, персидских) на тяжёлых для своего времени конях, у которых в состав снаряжения входит лук. И да, он не только для красоты. Но! У всех у них он является сугубо вспомогательным оружием по отношению к копью, а первичная функция этих отрядов — сугубо ближний бой. Почему? Причина чисто экономическая. Зачем давать всаднику в дорогом снаряжении на дорогом коне задачу, которую может выполнить куда более дешёвый лёгкий конный лучник? Так что почти всегда между понятиями «тяжёлая кавалерия» и «тяжёлая ударная кавалерия» можно смело ставить знак равенства.

Да, совсем забыл! Для того, чтобы тяжёлая кавалерия могла показать свою настоящую силу, ей нужны две вещи: жёсткое седло, дающее хорошую опору для всадника (нет, коврик на спине коня не подойдёт) и стремена. До их изобретения кавалерист держался на лошади только силой своих ног и в рукопашном бою рисковал свалиться на землю при любом резком движении и был весьма ограничен в ударах. Зато с внедрением этих полезных новшеств стал доступен такой замечательный приём, как куширование, чаще известное как таранный удар. Это когда копьё крепко зажимается под мышкой наносится совершенно зверский по силе укол всем весом разогнавшегося коня и всадника. Кто-то где-то считал энергию такого удара в джоулях… Результата я не помню, просто скажу, что так вполне реально пробить деревянный щит вместе с держащим его воином в кольчуге навылет. Во многом благодаря этому приёму (ну и немного — отсутствию достойных противников) рыцарская конница евросредневековья три столетия невозбранно нагибала вообще всё, что не прячется за рвами и стенами. Пока не встретила швейцарскую пехоту, но это уже совсем другая история.

Теперь о тактике тяжёлой кавалерии.

— В принципе, каждый второй полководец евросредневековья в этом месте сказал бы: «Благородные доны, я не понимаю, в чём вообще проблема? Мы с криком WAAAAGH!!! скачем во весь опор в самый центр вражеского построения и просто затаптываем этих мужланов!»

Ну… Смешно, но иногда это даже срабатывало. А иногда (если противник совершенно неблагородно укрылся за частоколом или выставил лес пик) и нет. Так что повторять не советую.

— Можно применить старые добрые «молот и наковальню», где тяжёлая кавалерия, подвижная и мощная, станет отличным «молотом». Приятным бонусом станет её способность забодать в лоб выдвигающиеся для парирования её манёвра вражеские резервы. Если, конечно, они не состоят из такой же тяжёлой конницы, да.

— Ну и наконец, глядя на сочетание характеристик (дороговизна, подвижность, мощь), так и хочется вообще вывести её в резерв и использовать либо для добивания уже ослабленного другими отрядами противника, либо для отражения внезапных угроз.

И последнее! Лошадь — не мотоцикл (в который раз уже это пишу)! Быстрые перемещения отрядов тяжёлой конницы утомляют лошадей. Атаки быстрыми аллюрами утомляют лошадей. А конница на вусмерть усталых лошадях слаба и уязвима, так что стоит беречь их силы и не дёргать её с фланга на фланг без дела.

3. Лёгкая ударная кавалерия.

Ну… Мы хотели больше ударной конницы, но большие и сильные коняшки кончились, так что получилось вот это. Эрзац тяжёлой конницы, который умеет всё то же самое, но хуже. Хотя… Зато оно не такое дорогое, так что можно позволить себе невозбранно наращивать численность. А вот что с ней делать на поле боя…

— Раш по центру… Ну, не то, чтобы категорически противопоказан. Малоустойчивую в принципе пехоту противника мы конечно сомнём, но вот потери… А уж если враг упрётся рогом пикам в землю… Короче, лучше не надо.

— «Молот и наковальня». Хорошее решение, благо нет ничего приятнее и безопаснее, чем бить врага в спину.

— Преследование! О, да! Если избивать убегающих врагов — радость даже для конных стрелков, то для лёгкой ударной конницы — счастье и раздолье. Главное сохранить до этого момента силы коней.

И ещё пару слов по поводу противостояния кавалерии тяжёлой. Про схватку лоб-в-лоб, стенка на стенку, и говорить нечего. Более тяжёлая конница очень легко одержит над нами победу. Но вот если подловить момент и ударить ей во фланг… Тут уже возможны варианты. Чудовищно мощный фронтальный удар противника нам уже не грозит. А преимущество в бронировании… Даже у одетого в самые мощные доспехи кавалериста есть огромное слабое место — его конь. Убив или ранив его (Да, конские доспехи очень даже есть. Но заковать здоровенного коня в пластинчатые латы по кругу — уже перебор, а что-то полегче можно изловчиться и всё же пробить.) можно превратить бронированного всадника во всё так же бронированного, но неслабо ушибленного при падении пехотинца, что уже огромный плюс. Короче, сложно, но можно.

Блин, это были реально гигантские объёмы, но, пыхтя и отдуваясь, я справился. Так что плюсуйте, минусуйте, пишите, какой это бред, а я пока сажусь вспоминать всё, что знаю про допороховую артиллерию.