Страница 6 из 33
Пассажиры
Шипя, скрипя…Открылись двери…Мы входим в тёплое нутроАвтобуса… моё довериеК железкам сильно возросло.Мы, как в тепле пельмени, слиплисьИ как-то разом разогнулись!..Автобус дёрнулся со скрипомИ покатил ущельем улиц.Везёт молчанье, шутки, пренияМотором движимый сарай…И восхищенье современникомГотово хлынуть через край.Вот он с улыбкой АсмодеяСчитая тупо пятаки,Пытается сказать: «Идея?..Иде я, это, мужики?!»Каких нелепиц здесь не встречу я,Обрывков гомона невнятного…И вроде русское наречие,А всё же много непонятного.Кондуктор вся такая важная,И в тесноте висячих местЗвучит до слёз родное: «Граждане,Передавайте за проезд!..»Мы все приедем, вот в чём счастье,Неважно, кто и где вошёл…А что случись, так в одночасьеПогибнем – тоже хорошо.И нечего беситься с жиру.И незачем смотреть стерильно,Мы волей судеб пассажиры,И это нас сближает сильно!..Ищу любовь, что мне дарована,Найду «бесценное сокровище».И ослеплён, и зачарован я,А присмотрюсь – она чудовище…И я чудовище не меньшее,Со слабостями словно с силищей,Хочу такую встретить женщину,Чтобы сказать: «Она – святилище!»Она!.. Ей надо выбираться…О, эти козни бытия!..«Зачем локтями-то толкаться,Нехуденькая вы моя?!»«Зачем вставать… Ах, вам виднее!На ногу!.. Как нехорошо!..»Я выбираюсь вслед за нею…Ну вот, опять не там сошёл.В русских пущах…
В русских пущах, дремлющих в тумане,В непроглядных заметях метели,Полюбил я горы Пиросмани…Полюбил я горы Руставели…Полюбил вершины из низинкиИ глаза с нездешней чернотой,Ведь была же юная грузинкаНенадолго суздальской княжной.Кажется, с икон и фресок старыхЯрославских, Муромских церквейТёмно-царские глаза ТамарыСмотрят сквозь свечение свечей…Сердца – ярко-красные герани,И души – нежнейшие камелииОтнесу я в горы Пиросмани…Отнесу я в горы Руставели…Пастораль
Грустит пастушеский рожокНад деревенькой и церквушкой:Река, овечки, пастушок,Лужок, цветов венок, пастушка.Вот все детали: Пастораль!Любовь, текущая в долине.Ростки надежды и печаль,Печаль и грусть цветущих лилий.Не изменить ни цвет теней,Ни свет, ни жест, ни звук, ни отзвук,И всё в гармонии своей —Деревья, травы, воды, воздух.И неприкаянный рожок,И деревенька, и церквушка,Во всё влюблённый пастушок,Во всё влюблённая пастушка.По лестницам радуг
По синей долине заоблачных взгорий,По лестницам радуг, свисавших отвесно,В напёрстке для мухи фантазии мореЯ нёс по ступеням к Вратам неизвестным.И люди дивились: «С какой это стати,Как дивное диво, неведомо как,Цветы вырастают на облачной ватеИ бродит по лестницам радуг чудак?!»И каждый сказал себе: «Это неправда…Ведь все мы из праха и вновь станем пылью…И нет над землёй Осиянного града,И чушь небылицы не может быть былью».И в ярких цветах, среди радуг небес,Я таял, не зная, я есть или дудки…Меня уже нет… Незаметно исчез…И вышел из моды, как старые шутки.Исчезли картинки… поэзия… краски…И тут с облаков на меня, на окрестностиО том, что считал я в Твореньи прекрасным,Закапали слёзы… А чьи – неизвестно мне.Слово
Навалит много снега.Заплачет в сердце вьюга.И я к тебе приедуС востока или с юга.И поклонюсь я нижеЛюбовника любого.И ты мне станешь ближе,И с нами будет Слово.И Слово будет негаНенайденного друга…И талым мокрым снегомЗаплачет в сердце вьюга.Заплачет всуе судебСвоим негромким счастьем,И наше Слово будетКрещеньем и Причастием.Монашка, или Чёрный жемчуг
Много жемчуга у моря,У земли – цветов без счёта,Много певчих в птичьем хоре,Много звёзд у звездочёта.В чёрном ты, но ты прекраснейЗолотого небосклона.Ярких дней и дней ненастья,Песни Песней Соломона!Твоё тело – храм с пелёнок,Лик лучистей новобрачных,Сердце – искренний ребёнок,А душа воды прозрачней.Ты красива без ущерба,Беззащитна и невинна,Как серёжка ветки вербной,Как серёжка ветки ивной.Покажи лицо мне, радость.Дай услышать голос внятно.Потому что голос сладок,А лицо твоё приятно!Много жемчуга у моря,У земли – цветов без счёта,Много певчих в птичьем хоре,Много звёзд у звездочёта.Но одна из звёзд всех ближеГоремыке звездочёту.Но одна из птиц всех звончеВ шелестеньи веток ветра.Но один цветок всех крашеВ яркой зелени и сини……А в моих глазах Богиня!В чёрной мантии Богиня!Моя радость, моё горе!Образ жертвенности женской…Много жемчуга у моря,Но есть редкий – чёрный жемчуг.