Страница 2 из 9
"Неужели, мистер большой засранец, передумал?"
Я уже планировала направиться к своему месту, когда мой взгляд привлек белый уголок бумаги, торчащий из-под рулона сливочно-персикового шелка. Отодвинув в сторону край ткани, я, не сдерживая восхищения, округлила глаза. Передо мной лежал эскиз Грина. Подобная находка, породила в моей груди трепет. Несмотря на то, каким человеком был Зэйн, нельзя было отрицать очевидного. Его талант, был даром свыше, и им невозможно было перестать восхищаться. Я с обожанием смотрела на линии платья, которое должно было стать очередной моделью осенней коллекции, что Зэйн Грин всегда тщательно прятал от посторонних глаз, пока не доводил идею до совершенства. Казалось, я совершаю преступление, хотя по меркам этого мужчины, наверняка все так и было. Достав из кармана мобильный, я судорожно огляделась по сторонам и направила камеру на изображение.
– Какого черта ты творишь! – Заорал Зэйн, слишком тихо подобравшись ко мне со спины.
Что было совершенно невозможно, учитывая тот факт, какими тяжелыми и увесистыми шагами этот человек пересекал наше ателье. Объяснение подобной глухоты было одно – я слишком растворилась в его эскизах, в ощущении причастности к чему-то великому.
Вздрогнув от ощущения ужаса перед Грином, я сделала неосторожный шаг вперёд и с испугом посмотрела на начальника, чей взгляд с паникой и гневом, устремился на стол. Я не сразу поняла, что произошло. Осознание пришло ко мне в тот момент, когда звучная капель пролитого кофе принялась стекать на пол.
– Мой шелк! – Сорвавшись с места, разразился Грин, сверкая глазами в мою сторону так, словно бы он не знал, чему отдать предпочтение: спасению тканей или попыткам придушить меня. – Идиотка, убери шелк со стола! – Закричал Зэйн, выбивая меня из оцепенения. – Черт! Мой эскиз!
Мои глаза тут же устремились к столу, где кофейная лужица, медленно, но верно принялась поедать лист с наброском, чьи линии моментально стали расплываться в кляксы.
– Ты! – Глядя с ненавистью, проорал Зэйн, брызжа слюной в мою сторону. – Что ты делала у моего стола!? Какого черта, ты притащила сюда эти рулоны, когда я сказал, что мне нужен шифон! Ты глухая?! У тебя какие-то проблемы с головой!?
Судорожно сглотнув, я виновато и испуганно смотрела на мужчину, чей гнев этим утром имел неведомые мне оттенки злости и презрения в мой адрес.
– Ты вообще понимаешь, что наделала!? Я работал над дизайном этого платья, две недели! Ты… Ты… – Он стиснул зубы и со злостью оттолкнул рулон шелка в кофейную лужу. – Убирайся отсюда!
Я, сдерживая панику, посмотрела на мужчину. Невероятно, но сейчас мне даже было жалко этого деспота, что раздраженно прятал в ладонь свои упрямые губы.
– Простите. – Попыталась извиниться я. – Мне очень жаль, что так вышло…
– Я сказал, уйди! – С презрением выкрикнул в мою сторону Грин, совершенно не желая слышать моих оправданий.
Потянувшись к рулонам ткани, которые теперь были испачканы каштановыми разводами, я неловко подняла шелк, роняя при этом кружку на пол, что с шумом раскололась на осколки.
– Господи! – С отвращением посмотрев на меня и на разбитый фарфор у моих ног, прошипел мужчина. – Ты никчемная! Даже уйти без ущерба для меня не можешь!
Проглотив порцию унижения в свой адрес, я прижала к себе мокрую ткань и посмотрела на начальника.
– Я сейчас все уберу. – Успокаивая Зэйна, проговорила я, встречая его насмешливый взгляд, который слишком быстро взлетел к потолку. – И ткань… Я позвоню и закажу новую…
– Черта с два! – Фыркнул мужчина. – С этой минуты, ты не притронешься ни к чему, что хоть как-то связано со швейным производством. Ни мои эскизы, ни ткань, ни фурнитуру! Ты не зайдешь в этот кабинет, даже носа своего здесь не покажешь!
– Но… – Я ощущала, как мокнет моя блуза и, казалось, эта сырость моментально впитывалась в мое тело, поднимаясь от обиды и досады к самым глазам. – Но, ведь в этом и заключается моя работа…
– Да, неужели!? – С насмешкой раскинул в стороны руки Зэйн. – Тогда выходит, что тебе нет смысла больше оставаться здесь!
Я в недоумении уставилась на начальника.
– Вы увольняете меня? – Не веря в звучание собственных слов, спросила я.
– Нет, отдаю тебе своё место. – Фыркающе усмехнулся Зэйн. – Конечно, я тебя увольняю! Ты полезла к моему столу, испортила мой набросок, ткань и кружку! И ты ещё думаешь, что после этого, сможешь работать на меня?
– Но я… Я же…
Мне хотелось сказать Зэйну о том, что я работаю с ним уже три года. Что за это время, именно я терпела все его выходки. Засиживалась допоздна на работе. Отменяла планы, встречи, свою жизнь… Я хотела сказать так много, испуганно понимая, что терять эту работу сейчас мне было не просто невыгодно и неудобно, а непозволительно. Однако Грин повернулся ко мне спиной и, кажется, обозначил непреклонность своего решения.
– За расчетом можешь прийти завтра. – Отпинывая в сторону осколок фарфора, сказал он. – И учти, я вычту из него расходы за ткань.
Я судорожно сглотнула, зная цену рулона, от которого теперь пахло арабикой.
– Но, тогда там ничего не останется. – С каким-то отчаянием, сказала я.
– Замечательно. – Буркнул Грин. – Тогда забирай свои вещи и проваливай.
Я открыла было рот, чтобы сказать этому извергу о том, что мне нужно на что-то жить. Что я отдам ему деньги за шёлк с зарплаты, как только найду новую работу. Но рассматривая спину мужчины, что раздражённо стряхивал на пол жидкость, пролитую мной на эскиз, я лишь закусила губу и покачала головой. Я терпела его слишком долго! И теперь, уходя, не стану больше унижаться. Даже если от этого, зависит моя дальнейшая жизнь.
≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈ ⟡ ≈
– И что ты теперь планируешь делать? – Спросила Рой, провожая меня по телефону до дома.
– Словно бы у меня много вариантов. – Выдохнула расстроено я. – Искать работу, конечно.
– Что на счёт расчета? – Спросила Вэл и я закрыла глаза, ощущая, как сдерживаемое отчаяние, обрушивается на меня с каждым шагом.
Остановившись перед фасадом здания, которое я любила всем своим сердцем и душой, несмотря на его скромность, я осторожно вытерла щеку, по которой скатилась скупая слеза, о прижимаемые ко мне рулоны шелка.
– Если хочешь, я могу занять тебе часть своих сбережений, – Начала было Рой, но я тут же ее остановила.
– Спасибо, Вэл, правда, но я что-нибудь придумаю.
– Ограбишь банк? – Рассмеялась девушка, но в ее веселье не было жизни.
Скорее сочувствие и полное сопереживание.
– Что-то в этом роде. – Ухмыльнулась я, хотя на моих глазах все ещё стояли слезы.
– Зэйн идёт, – Прошептала испуганно и суетливо Вэлма. – Держись, я тебе позвоню позже.
Не дожидаясь моего ответа, девушка тут же сбросила вызов, и я совершенно не могла винить ее за это. Уж чей-чей, а гнев этого мужчины обескураживал и заставлял ощущать себя в действительности ничтожеством, которому не было под силу сделать простой кофе. Я уже молчу о достойных набросках.
Поправив сумку и рулоны ткани, я принялась подниматься по ступенькам крыльца нашего дома. Дойдя до двери, я набрала полные лёгкие воздуха и, подняв глаза к майскому небу, что сегодня отличалось своей безукоризненной синевой, убедилась, чтобы на моем лице не было и тени грусти. Растянув губы в улыбке, я переступила порог и тут же услышала голос Мэлоди.
– Ты жульничаешь, негодник! – Смех Фрэда, заразительным перезвоном колокольчиков разлился по первому этажу дома. – Так не честно! Мы берём по одной карточке…
Сняв с плеча сумку и тихо опустив тюки шелка на комод, я бесшумно прокралась в сторону гостиной. Выглянув из-за угла, я наблюдала за тем, как Фрэдди хватает из стопки сразу несколько карточек, а Мэлоди возмущённо ставит руки на пояс, чем вызывает у мальчишки новый приступ смеха.
– Я не жульничаю! – Смеялся мой мальчик, вызывая улыбку умиления.
– Ты маленький нарушитель порядка. – Говоря низким голосом и изображая не то шерифа, не то копа, сказала девушка. – За то, что вы играете не по правилам, вас ждёт наказание в виде щекоток.