Страница 43 из 72
Глава 14
Как я раньше упоминал, все три вида жрецов как будто были созданы для противостояния демонам. Мы не только получали меньше урона от магии демонов, но также наша магия была способна нанести адским тварям гораздо больший вред.
Поэтому единственный мой шанс уничтожить демонического лейтенанта и оставшихся миньонов — это применить драконью магию.
К сожалению, на моём круге не было достаточно сильной атакующей драконьей магии. Одним из сильнейших драконьих заклинаний, наносящих вред, было дыхание дракона. Имелось множество видов этой магии, в зависимости от стихии, которую использовал конкретный драконий жрец. Но к сожалению, это мощное заклинание доступно, только начиная с пятого круга.
Но это не значило, что я не могу его применить. Просто за это придётся заплатить соответствующую цену. Использование дыхания дракона нанесёт моему телу большой вред. Не факт, что я вообще выживу. Но выбора не было. Только это заклинание способно одолеть демонического лейтенанта из тех, что были мне доступны на данный момент.
Сделав глубокий вдох, я начал формировать магические пентаграммы прямо внутри своих лёгких. Это заклинание создавалось прямо внутри меня, и уже сейчас я чувствовал жгучую боль, которая, казалось, сжигала мои дыхательные пути изнутри.
Со стороны могло показаться, что ничего не происходит, когда на самом деле внутри меня создавалась крайне мощная магия. Лишь под самый конец подготовки, демонический лейтенант почувствовал, что что-то не так. Он приказал миньонам атаковать меня, но было уже поздно. Я делаю резкий выдох и…
Струя смертоносного огня вырывается из моего рта, расширяясь с каждым пройденным сантиметром. В итоге мощный поток пламени поглощает как демонического лейтенанта, так и оставшихся миньонов. Конечно, по сравнению с огненной волной, огненное дыхание имеет не такую большую область поражения. Но пламя, созданное дыханием, гораздо более смертоносно и обжигающе.
Если бы демонический лейтенант попал в зону поражения огненной волны, его повреждения были бы несущественны. Но очутившись в эпицентре огня моего дыхания дракона, он должен умереть.
Однако я не в состоянии праздновать свою победу. Боль в лёгких становится невыносимой. Как будто тысячи обжигающих лезвий потрошат меня изнутри. Откашливая сгустки крови, я падаю на землю. И прежде чем потерять сознание, моей воли хватает лишь на то, чтобы повернуть голову в сторону демонов. Там я увидел обгоревший труп демонического лейтенанта, а от миньонов, попавших под удар, осталась лишь горстка пепла. В мою голову приходит осознание — несмотря ни на что, я справился. Поэтому, прежде чем сознание ушло в небытие, радостная улыбка озарила моё лицо.
Морис и Мэри всегда любили своего старшего брата. Хоть Эш был и ненамного старше их, но всё равно, всегда был готов поддержать в трудную минуту и защитить от неприятностей, которые часто случались с шебутными подростками.
Однако, когда Эш вернулся из академии в последний раз, близняшки сразу почувствовали, что он изменился. Его взгляд, полный печали, которым он смотрел на свою семью, был столь отчаянным, что Морис невольно подумал о том, что, возможно, случилось что-то плохое.
А затем пришёл ростовщик, который за последнее время превратил жизнь семьи Мелвингов в полный кошмар. И именно тогда Эш показал, насколько сильно он стал другим. Его магическая сила поразила Мориса, всегда мечтавшего о могуществе. И то, как он без жалости и сожалений расправился с ублюдком, тоже вызвало восхищение у мальчика-подростка. Мэри также была сильно изумлена происходящим. Но она в первую очередь не могла понять, откуда у её брата столь огромная магическая сила. Мэри знала, как много времени тратят на каждый круг даже самые гениальные маги. А тут, буквально за несколько месяцев, Эш из пустышки стал магом четвёртого круга.
Но время наибольших изумлений настало, когда появились те страшные твари, которые оказались демонами. Все уже смирились со своей кончиной, когда Эш без капли страха вышел вперёд, сражаться с адскими тварями, чтобы защитить не только свою семью, но и всех жителей города.
Когда Морис увидел невероятную силу волны огня, которая сжигала сотни тварей за раз, он понял, что очень сильно недооценил брата. То, что тот продемонстрировал, убив Кордлина, было детской забавой по сравнению с той первобытной, неукротимой мощью, которую парень смог лицезреть прямо сейчас.
В этот момент Морис дал себе обещание — он станет таким же сильным и могущественным как брат. А возможно, даже превзойдёт его. Жажда силы, которая всё это время теплилась внутри Мориса, разгорелась, словно пожар.
Мэри тоже захотела стать сильнее. То, что она увидела, повергло её в настоящий шок.
После того, как Эш применил волну огня в четвёртый раз, он продолжил уничтожать демонов с мечом в руках. Тогда Морис понял, что брат не только невероятно сильный маг, но и искусный мечник. Это означало, что парень должен научиться владеть мечом не хуже брата. А Мэри не могла поверить своим глазам, ведь знала, что маги не способны сражаться на мечах как мечники ауры.
И вот последним аккордом стала струя огня, выдыхаемая изо рта Эша. Морис и Мэри не знали особенности этого заклинания. Но среди наблюдавших за битвой горожан был гораздо более осведомленный человек.
— Семья Мелвингов может гордиться. Ваш сын невероятно сильный и гениальный драконий жрец. Возможно, в эпоху, когда демоны появились вновь, именно он станет нашим спасением, — заявил старик.
— Господин Кельт. Вы уверены? Мой сын является легендарным драконьим жрецом? — изумился отец семейства.
— Да, всё именно так. В этом нет сомнений. Ведь заклинание, которое он сейчас использует — это огненное дыхание дракона. Магия, доступная лишь драконьим жрецам.
— Я всегда знала, что мой мальчик невероятный, — прошептала мать Эша.
И вот наконец демоны были уничтожены, до последней твари. Люди, всё это время наблюдавшие за схваткой, ликовали. Они отлично понимали, что живы, только благодаря отважному юноше, вставшему между ними и демонической угрозой.
Но ликование длилось недолго. Ведь совсем скоро Эш Мелвинг свалился с ног, отхаркивая кровь.
Все родственники, завидев это, сразу побежали к Эшу. За ними, прихрамывая, последовал старик Кельт.
Когда они добрались до лежащего на земле юноши, старик Кельт сразу воскликнул: