Страница 41 из 83
Глава 19
Война — слово, которое не нравится всем. Хотя, лично я считаю, что в войне нет ничего ужасного, как и в самой смерти. То, что делает оба эти понятия ужасными — разумные, ведь смерть в руках людей превращается в убийство, а это уже не естественный ход событий. Точно также и с войной — никто не боится самой войны, но все боятся тех, кто в этой войне участвует.
Но это все философия, которой я увлекаюсь еще с раннего детства.
Так вот, война — то, что началось между Высшими.
Анхатеб должно быть в недоумении.
Совсем недавно, на балу, он сделал заявление, которое привело к тому, что Высшие начали ссориться между собой…
Или не делал?
В тот день это был не Анхатеб. По крайней мере, я предположил об этом. Кто-то вместо него устроил эту вечеринку, и также развязал войну между Высшими.
Но кто это мог быть? Вот это уже интересный вопрос.
Кто-то, способный подставить самого Анхатеба. При этом он не желает процветания Высшим, в то время как сам Анхатеб только об этом и переживает.
Тем не менее, пока я просто стоял в стороне и наблюдал как остальные сражаются — меня это в полной мере устраивало. По крайней мере, так было пока мне не пришлось вступить в эту войну лично.
Наблюдая за тем что происходит, я не испытывал никаких чувств, ни положительных, ни отрицательных. Хотя, я буквально считал каждого убитого жителя Саи, которого мог увидеть. Некоторых из них я даже помнил — в основном потому, что с Обнаружением я выделял каждого, кого когда-либо видел.
Вот, например, только что умер мужчина, который, как я помню, игрался со своим сыном, когда я видел его в последний раз. Еще один парень, который сам вызвался добровольцем в этой войне, потому что ему нравилось в этом городе. И таких там было немало.
Высшие понимая, что в сражениях один на один есть явные фавориты начали вести активные боевые действия. Они объединились в группу и напали на наше королевство. При этом вперед себя пустили своих помощников.
Пусть Лаки и не была мужчиной, а значит и не могла участвовать в турнире, но она могла поддержать другого кандидата, чего и испугались остальные. Ведь Лаки считалась одной из хитрейших в их клане.
Мои братья и сестры устроили целую резню. Сколько они уже убили? Три тысячу? Или пять? Судя по тому, как высчитали мои глаза, на две сотни погибших с нашей стороны у врагов было семь тысяч. Почти двадцать процентов из армии врага за каких-то три часа боя…
Казалось бы, зачем все это? В сражениях на нашем уровне все у кого нет хотя бы пяти звезд не играют никакой роли. Тем не менее, с обеих сторон таких подавляющее большинство.
И что хуже всего — враги не бегут. Хоть я и стою на возвышении, откуда можно видеть все поля боя, и у меня активирована Безопасная Зона, я не увидел ни одного дезертира или беглеца.
— А вот и они. — заметил я несколько десятков фигур, некоторые из которых спокойным шагом направились прямо в гущу сражения.
Они ворвались на поле боя. Правда вот, позволять им пройти прямо к центру было нельзя, и потому Шестой побежал на одного из них… из-за чего чуть не лишился жизни. Если бы не Перемещение, он так и погиб бы. Лишь спустя несколько секунд неудачливая убийца вышла из невидимости. Хорошо хоть остальные это видели, получив важный урок — не стоит забывать, что сильных врагов тоже немало, и сосредотачиваться на одном противнике.
Правда, и невидимка также быстры лишилась жизни, убитая спустя десяток секунд ударом со спины Седьмой.
Вот какова жестокая реальность на поле боя.
Впрочем, и в этот момент я предпочел не вмешиваться в бой. Я, конечно, не крутой Командующий Армией — хотя у меня и есть личная армия — но даже я доверяю своей интуиции в такой момент, и она подсказывает мне, что что-то не так…
Поэтому я продолжил наблюдать даже тогда, когда три врага пятидесятого уровня и еще несколько менее значимых персон вступили в бой. Четвертый с ними справится, и сведет потери с нашей стороны к минимуму — сил у него более чем достаточно. В крайнем случае поможет Одиннадцатый.
— Прикажите правому фронту немного сжаться — они слишком рассредоточены, что может плохо для них кончится. — приказал я.
То, что я не сражаюсь на передовой не значит, что я вообще не участвую в бою.
Лаки послушалась меня. Она вообще была на удивление покорной.
— Прошел ровно час с тех пор, как бойцы на левой стене вступили в бой. Совсем скоро они выдохнуться. Нужно заменить их. Передайте, чтобы первая шеренга на левой стене понемногу отступала на пятую позицию, позволив более свежим рядам выйти вперед. Но пусть не бегут, а тактично отступают.
И снова она не возражала.
— Передай нашим войскам чтобы через двадцать минут начали активное отступление, не переходя в бегство/ Если враг погонится за нашими — дождаться момента пока наши выйдут из зоны поражения, и осыпайте врагов градом дальнобойных атак. Если же они предпочтут не рисковать… что же, нашим воинам также не помешает отдых.
А также это будет хорошим шансом разобраться с сильными воинами на территории их лагеря, не нанося нашим войскам слишком большой ущерб. Все же, большая часть войск в подобных баталиях гибнет, попав под очередное заклинание какого-нибудь пятизвездочного, а не от клинка вражеского солдата.
— Есть!
«И что же вы приготовили?» — задался я вопросом.
Не может же этот бой пройти так легко…
Правда вот, еще десяток минут ничего не происходило, а моя интуиция сигналила с каждой секундой все сильнее. И если до этого я чувствовал, что что-то будет не так на поле боя, то сейчас я просто чувствовал опасность.
— А? — удивленно выдал я, слегка покачнувшись.
У меня вдруг сильно закружилась голова… Это что, откат от использования Безопасной Зоны? Нет, у этой техники не должно быть побочных эффектов.
— Наконец подействовало? — послышался голос, который я уже слышал за последнее время множество раз. С немалым трудом повернувшись я увидел улыбающуюся Высшую. — Должна признать, сопротивление к ментальному воздействию у тебя чудовищное — я, знаешь ли, специализируюсь на иллюзиях и ментальном воздействии, но даже мне пришлось не один час воздействовать на твое сознание, чтобы просто тебя дезориентировать.
— Ну как, закончила? — раздался еще один голос, но на сей раз незнакомый… незнакомый, и недовольный.
Впрочем, было бы странно, если бы я знал голос того, кто только-что буквально с небес спустился.