Страница 59 из 77
Минута полёта на скорости под сотню километров в час, и я камнем падаю на лужайку перед каким-то особняком. Рядом что-то пищит, впереди раздаются крики, призывающие назваться и покинуть частную территорию, но мне плевать. Мощный выброс чёрной маны под ноги начинает растворять землю, и через три секунды я проваливаюсь в какой-то плохо освещённый подвал. Взгляд выхватывает тусклую лампу, кусок грубой ткани, на котором лежит массивная туша, и лежащую у стены девочку.
Подскочив к Миле, осмотрел малышку на предмет ран и облегчённо выдохнул. Пара ушибов, синяки да ссадины, но ничего серьёзного. Да, костюм у неё непробиваемый, но импульс от удара не гасит.
— Мила, девочка моя, просыпайся, ‒ похлопал я её по плечу, одновременно направляя аналогичный импульс через астрал. Малышка заворочалась и, резко дёрнувшись, с испугом уставилась на меня. ‒ Спокойно, всё уже хорошо. Что произошло?
— Не знаю. Мы шли с Роггом, а потом я тут. Почему голова так болит?
— Потому что кто-то решил устроить суицид через похищение тебя. Посиди минутку. Можешь пока полечиться. Ну а я пойду поговорю с этими гениями.
Оставив девочку у стены, я мельком осмотрел второго пленника, которым был, собственно, Рогг, и пошёл к единственной двери. Она была стальная, толстая и зачарованная. А уж замок так и вовсе внушал уважение. Но для меня это всё было не более чем пылью на пути, потому что одного удара когтей было достаточно для того, чтобы срезать петли и уронить дверь.
С той стороны уже подбегали вооружённые мечами охранники, которые при виде меня остановились и встали наизготовку.
— Итак, ребятки, ‒ "ласково" улыбнулся я. ‒ Поясните мне, что здесь делают моя дочь и мой друг? Оба без сознания, заперты и избиты. Ну? ‒ чуть придавил я их жаждой крови.
— Не можем знать. Однако вы вторглись на территорию владений императорской семьи и понесёте за это наказание.
— Да-а? ‒ удивлённо протянул я. ‒ И что же вы будете делать?
— По законам Великой Империи, ты, выродок, приговариваешься к смертной казни, ‒ раздался из-за их спин знакомый голос. ‒ Тебя обезглавят, и тело будет скормлено бродячим псам. Но перед этим заставлю тебя смотреть, как я буду насиловать ту мелкую шкуру. Вперёд, солдаты. Схватите его, но пока не убивайте.
— Аней, это ты там, сучёныш? Никуда не уходи, я с тобой поговорить хочу. Чисто по-мужски. Только сейчас от этих ребят проход очищу, ‒ невесело усмехнулся я, срываясь с места.
Глава 15
— Итак, Гард, давай ещё раз, ‒ устало помассировала виски ректор. ‒ Что произошло?
— Аней решил, что его статус даёт право на любые действия. Я же имел его право своим правом силы.
Профессор Илиада подняла на меня глаза, устало вздохнула и достала из ящика стола бутылку янтарной жидкости, чтобы тут же приложиться к ней. Предпочту считать, что это чай. Был.
Собственно, с инцидента прошла уже почти неделя, и за это время слухи успели разойтись по всей академии. Да и как бы им не разойтись, если такой эпичный взрыв был? В меня пока пальцем не тыкали, но на "странного перваша" смотрели с подозрением. Тем более, что орк, лежащий в больнице, не особо скрывал то, с кем он был, когда его вырубили. А провести связь от Милы ко мне даже идиот додумается. Но опять же никаких доказательств ни у кого из студентов нет, потому что Рогг в сознание пришёл только в больнице и меня не видел.
Осушив литровую ёмкость, профессор вновь посмотрела на меня и начала спокойным, я бы даже сказал, чересчур спокойным голосом перечислять:
— Тринадцать трупов и семеро тяжелораненых, из которых трое не доживут до конца месяца. Основательно разрушено здание, принадлежащее императорской семье. Наследник этой семьи жив, но у него в пяти местах сломан позвоночник, всего одно целое ребро, нет руки, а оставшиеся конечности превращены в кровавое месиво, порван кишечник и некоторые другие органы, лёгкие нашпигованы осколками. С ресурсами его семьи он, конечно, будет вылечен, но к нормальной жизни вернуться уже не сможет, не говоря уже о психике. Итак… что ты можешь сказать об этом?
— Эм… Поочерёдно дробить пальцы на ногах и не давать пареньку отключиться было лишним? Спокойно-спокойно! ‒ замахал я руками, видя, что меня собрались бить, и возможно даже ногами. ‒ Я действительно переборщил и сейчас понимаю это. Просто Аней слишком уж сильно задел меня в тот момент. Я, конечно, терпеливый и многое готов простить дураку, но когда похищают мою дочку, а потом грозят её изнасиловать, а меня убить… В общем, такое я терпеть не собираюсь. А что ещё два десятка людей пострадали, так это вина не моя. Они сами решили выполнять приказы этого прЫнца.
— Во имя магии, Гард! ‒ взорвалась профессор. ‒ Этот мелкий придурок получил бы по заслугам! Он уже давно на это нарывался! Тебе нужно было только позвать стражей порядка! А теперь у нас такой скандал из-за тебя! Император требует твою голову, пресса требует информацию, а ты тут заливаешь про право силы! Какая сила, когда миром правит информация?! ‒ Илиада закрыла глаза и медленно выдохнула, продолжив уже спокойным голосом. ‒ Значит так. С императором и прессой я разберусь. Придётся, конечно, расстаться с частью компромата, но иначе никак. Тебя… исключить бы, да формально не за что пока. Так что продолжаешь учиться. Но! Если ты ещё хоть раз устроишь мне проблемы на ровном месте… Всё, иди уже отсюда, герой, блин…
Уже у дверей ректор меня вновь окликнула:
— Кстати, тут неделю назад по необъяснимому стечению обстоятельств было под ноль зачищена точка наркоторговцев… Ничего об этом не знаешь?
— Нет, профессор, ‒ с улыбкой соврал я.
— Ну-ну, ‒ скептически покивала старушка головой. ‒ Ладно, иди.
Спустившись на первый этаж, я встретился с Милой, которая караулила меня у лифта. После того памятного разговора она успела сильно измениться, став более уверенной. Да и вообще, забитая средневековая девочка понемногу уступала место общительной и жизнерадостной милашке, которая на тренировках, однако, могла посоперничать со взрослыми людьми в силе и скорости. Без активного усиления.
— Что она сказала? ‒ поинтересовалась девочка, поправляя норовящую сползти с плеча лямку рюкзака.
— Что ситуация дерьмовая, но нас от шишек она прикроет, ‒ пожал я плечами.
— А зачем?
— Спроси что полегче, ‒ вздохнул я. ‒ Пойдём, у нас тренировка через пять минут.
— Опять будем страдать?
— Не знаю, как тебе, а вот мне эти занятия нравятся, ‒ пожал я плечами. ‒ Убивать слабаков неинтересно, а вот сражаться с сильным противником весело.
— Мазохист чёртов, ‒ проворчала Мила, вышагивая рядом. ‒ И вообще, хочу мороженку!
— Ладно, ладно. После трени куплю тебе вкусняшку. Снова здравствуйте, профессор.
В этот момент мы как раз зашли на полигон, где нас уже ждала Жизель. Она поприветствовала нас кивком головы и перехватила кинжал обратным хватом. Усмехнувшись, я взял тренировочный кинжал и прогулочным шагом приблизился к женщине. Мила с парой игл наготове стояла немного позади меня, внимательно следя за нами.
Как всегда, первый ход за мной. Рывок вперёд, удар кинжалом просто для разминки, уклонение от режущего удара. Отклоняю корпус чуть в сторону, пропуская стальную иглу мимо уха. Жизель лишь чуть наклоняет голову и сталь пролетает мимо. Резко приближаюсь вплотную и перебрасываю женщину через бедро, чтобы через мгновение обнаружить себя в воздухе. В лицо летит отбитая кинжалом стальная игла. Перехватываю её и метаю в профессора. Но той уже нет на земле. Интуиция запоздало сигналит об угрозе справа, и печень разрывается от мощного удара. Падаю на землю и перекатываюсь, уходя от второго удара. Сбоку подскакивает Мила, отвлекая противницу на мгновение. Вновь совершаю рывок и огибаю вылетевшую навстречу руку с кинжалом. Встречаюсь взглядом с женщиной, в глазах которой пляшут чертенята. Не разрывая зрительного контакта, провожу своим кинжалом вдоль руки от плеча к кисти, второй рукой нанося удар в рёбра. В плечо вонзается игла, вторая несётся в глаз. Уворачиваюсь и чувствую, что мой кинжал наконец зацепил крестовину и вырвал оружие из руки профессора. Левая рука Жизель занята иглой, которой она отбивает немного неумелые, но быстрые удары Милы. Перехватываю второй кинжал и быстро наношу несколько порезов, которые, впрочем, не менее быстро зарастают. Мощным ударом в грудь профессор отбрасывает малышку и подхватывает пару игл на манер коротких ножей, пинком откидывая меня на пару метров. Мы на мгновение замираем. Приветствие можно считать завершённым.