Страница 77 из 110
Государственная политика и общественное мнение по отношению к наркотикам и наркопотреблению существенно различалась и различается по странам: от терпимости и даже благожелательности до полного неприятия, запрета и преследования (прогибиционизм). В ритуальных и бытовых (в том числе, медицинских) целях потребление наркотических средств допускалось в странах мусульманского Востока, у индейцев Северной Америки, у народов стран Латинской Америки. История знала и вполне мирное сосуществование общества и наркотиков, и антагонизм вплоть до сражений («опийные войны» в Китае, военные действия США против латиноамериканских наркобаронов). Однако «мы не выиграли ни одного сражения с наркотиками и никогда не выиграем», ибо «мы не можем изгнать наркотики и наркоманов из нашей жизни».[619] Как говорил Уполномоченный по вопросам наркомании г. Гамбурга г-н X. Боссонг, выступая с докладом в Санкт-Петербурге (февраль 1995 г.), «употребление наркотиков и наркозависимость не исчезнут при системе запретов уголовного закона… Нельзя научить человека вести здоровый образ жизни под угрозой уголовного наказания». А криминолог Шончек политику «войны с наркотиками» рассматривает как результат мистификации проблемы, ложного сознания и лицемерия.[620]
Именно поэтому в настоящее время в цивилизованном мире наблюдается постепенный переход от политики «войны с наркотиками» («war on drugs») к политике «меньшего вреда» («harm reduction»). Об этом говорится в Докладе Национальной Комиссии США по уголовной юстиции,[621] в трудах ученых и выступлениях политиков. Наиболее последовательно по этому пути пошли Нидерланды, Швейцария, Великобритания, Австралия.[622] «Третий путь» – сочетание запрета с активной антинаркотической пропагандой, социальной и медицинской помощью наркоманам – избрала Швеция. Можно соглашаться или не соглашаться с той или иной стратегией и тактикой антинаркотической политики, но в любом случае требуется ее разумное, не мифологизированное обоснование, базирующееся на результатах исследований и дискуссий, а не истерических лозунгах («угроза нации»!) и популистских призывах.
К сожалению, Россия опять идет «своим путем», пренебрегая как зарубежным, так и своим собственным опытом. Усиление запрета и репрессий, подмена реальной антинаркотической деятельности (социальной, медицинской, педагогической, психологической) очередным приступом «усиления борьбы» лишь ухудшает ситуацию.[623] Закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» (1997) – резкий шаг назад, сводящий на нет первые робкие успехи по обеспечению помощи наркоманам. Тотальный набор запрещенных наркотических средств и психотропных веществ, их прекурсоров (необходимых продуктов для изготовления некоторых наркотических средств) и аналогов (ст. 1, 2 Закона); запрет на использование наркотических средств и психотропных веществ частнопрактикующими врачами (ст. 31); запрещение немедицинского потребления наркотиков и психотропных веществ (ст. 40); резкое ограничение сведений, допустимых в антинаркотической пропаганде (ст. 46); запрещение лечения больных наркоманией частнопрактикующими врачами, а также с использованием наркотических средств (например, метадоновой терапии, существующей в большинстве стран, – ст. 55); применение медицинских мер принудительного характера (ст. 54, п. 3); фактическая ликвидация анонимного лечения (ст. 56) – отбрасывают страну назад и приводят к полной беспомощности наркопотребителей перед наркобизнесом, криминализации негосударственной медицинской помощи, росту преступности наркопотребителей ради приобретения наркотиков и т. п. Создается впечатление, что закон был лоббирован отечественной и/или международной наркомафией.
Между тем существует разнообразная международная, а отчасти и отечественная практика антинаркотических программ, антинаркотической пропаганды, профилактической работы и помощи наркозависимым (наркоманам). Так, во всем мире функционируют общества «анонимных наркоманов»,[624] польский Монар, петербургское «Возрождение». Польский опыт превенции наркотизации населения заслуживает изучения и распространения.[625] Концентрация усилий на профилактике наркотизации населения и оказания медико-психологической помощи больным наркоманией – основные направления антинаркотической политики. Акцент на «силовых методах» может лишь повысить цены на черном рынке наркотиков на радость наркобизнесу…
Последнее время международные организации и их представители выражают обеспокоенность приоритетом «силовых методов» в ряде стран, включая Россию, вместо профилактики наркопотребления и оказания помощи наркоманам. Так, Франкфуртская резолюция 1993 г. требует отмены уголовной ответственности и штрафов за потребление наркотиков, ибо «уголовная ответственность не только является препятствием для оказания помощи наркоманам и их лечения; она также заставляет полицию и судебную систему выполнять работу, которую они не в силах выполнить». Во «Всемирном докладе о наркотиках» Управления ООН по наркотикам и преступности за 2004 г. подчеркивается необходимость «сбалансированности профилактических мер и правоохранительных мероприятий». Более того, «главная цель конвенции в области контроля над наркотиками – ограничение использования… психоактивных веществ медицинскими и научными средствами… Приоритетные задачи в области контроля над наркотиками… теперь выходят на первый план в области социально-экономического развития». Не случайно в ответ на репрессивное «Информационное письмо» Госнаркоконтроля РФ, представитель Управления ООН по наркотикам и преступности Флавио Мирелла пишет: «Я хотел бы начать с категорического отрицания понятия, содержащегося в письме [Госнаркоконтроля. – Я. Г.] о том, что программа по снижению вреда и, в особенности, по обмену шприцев противоречит основному курсу ООН… Меня еще более обеспокоило заявление Госнаркоконтроля, так как оно подвергает сомнению эффективность многих программ УНП ООН предположениями о том, что только деятельность правоохранительных органов доказала свою эффективность. Это также противоречит широко признанной норме о том, что профилактика является не менее важным средством борьбы с наркоманией».
§ 2. Наркотики в современном мире
Наркотизм, наряду с преступностью и алкоголизмом, становится серьезной социальной проблемой после Второй мировой войны. Возможно, крах иллюзий по поводу человеческой разумности и рациональности Западной цивилизации после Освенцима, Холокоста и других трагедий-символов привел к вспышке ретретистских форм девиантности. Кроме того (а может быть, прежде всего), наркобизнес оказался самым сверхдоходным видом преступной деятельности и «естественный» спрос на наркотизирующие средства усиливается «подогревом» со стороны наркодельцов.
Состояние наркотизма в стране или регионе характеризуется рядом показателей: смертность от причин, связанных с потреблением наркотиков; количество и уровень зарегистрированных потребителей наркотиков и наркоманов; количество и уровень преступлений, связанных с наркотиками; структура потребляемых наркотических средств и т. п. Рассмотрим динамику некоторых показателей в Европейском регионе.[626]
Количество выявленных противоправных действий с наркотиками, характеризуемых числом арестов (Франция), зарегистрированных случаев (Австрия), выявленных лиц (Бельгия, Дания, Италия, Испания, Швеция), правонарушений (Финляндия, Германия, Нидерланды, Португалия), выросло с 1986 по 1996 г. в Австрии с 4739 до 16 196, в Финляндии с 1194 до 6059, во Франции с 30 493 до 77 640, в Испании с 19 203 до 48 529, в Португалии с 2047 до 9054. В Бельгии названный показатель вырос с 4646 в 1986 г. до 19 482 в 1993 г. со снижением к 1995 г. до 18 376. В Дании – рост с 7862 в 1987 г. до 12 421 в 1993 г. с последующим снижением до 8678 к 1996 г. В Германии – рост с 67 844 в 1986 г. до 156 117 в 1995 г. В Италии – рост с 14 851 в 1986 г. до 27 677 в 1992 г. со снижением к 1996 г. до 22 020. В Швеции – рост с 6426 в 1986 г. до 8604 в 1994 г. В Великобритании – рост с 6200 в 1986 г. до 30 693 в 1995 г. Несколько иная ситуация в Нидерландах: в течение 1986–1995 гг. наблюдается максимум зарегистрированных правонарушений (5400–5900) в 1986, 1987, 1990 гг. со значительным снижением (3010–3470) в 1992–1995 гг. Правда, последнее обстоятельство может быть связано с изменением законодательства, идущего по пути декриминализации ряда преступлений, связанных с наркотиками, и легализации потребления «легких» наркотиков (производных каннабиса).
619
Требач А. Примирение с наркотиком // Социологические исследования. 1991. № 12. С. 145.
620
Schoncheck J. On Criminalization: An Essay in the Philosophy of the Criminal Law. Kluver Academic Publishers, 1994.
621
Donziger S. The Real War on Crime: The Report of the National Criminal Justice Commission. Harper Collins Publ., Inc., 1996.
622
Klingema
623
Подробнее см.: Кесельман Л., Мацкевич М. Социальное пространство наркотизма; Тимофеев Л. Наркобизнес: Начальная теория экономической отрасли. СПб., 2001.
624
См., например: Иванова Е. Как помочь наркоману. СПб., 1997.
625
Moskalewicz J., Swiatkiewicz G. (Eds.) Drug demand reduction in Poland inventory of data prepared for PHARE programme «Fight against Drugs». Warsaw, 1995; Moskalewicz J. et all. Prevention and Management of Drug Abuse in Poland. Summary of Final Report. Warsaw, 1999.
626
Здесь и далее, если не оговорено иное, см.: A