Страница 63 из 110
• российские цветные (и редкоземельные) металлы нелегально уходят на Запад;
• наркотики циркулируют «туда и обратно» (из Азии в Россию и транзитом на Запад, из стран Латинской Америки в Россию, из Западной Европы в Россию и т. д.);
• российское оружие нелегально идет на Запад и на Восток, а в Россию оружие поступает из Польши, Китая, Германии, Чехии, Австрии, Израиля и других стран;[530]
• российские проститутки экспортируются как на Запад, так и на Восток;
• создана международная сеть криминального «автобизнеса» при активном участии российских ОПГ (так, по данным российского бюро Интерпола, поставлено на учет свыше 350 тыс. единиц автотранспортных средств, похищенных в странах Западной Европы, и свыше 31 тыс. единиц – похищенных в России;[531]
• фальсифицированный алкоголь «гуляет» туда и обратно (в частности, мы получаем его из Польши и Голландии);
• до 95 % фальшивой иностранной валюты поступает в Россию из зарубежных государств.[532]
• российские «легальные» и нелегальные структуры активно вовлечены в международный процесс «отмывания денег», в частности, через офшорные зоны, игровой бизнес и т. п.
Подведем некоторые итоги. Для современной российской организованной преступности характерны следующие особенности.
• Широкая распространенность и влияние на экономику и политику. Около 40–60 % предприятий и 60–80 % банков находятся так или иначе под контролем криминальных структур (называются и более внушительные цифры). Значительное число представителей криминалитета либо непосредственно входят во властные структуры всех уровней, либо имеют возможность лоббировать принятие тех или иных властных решений.
• Очень высокий доход (сверхприбыль) преступного бизнеса.
• Организованная преступность принимает на себя функции государства: обеспечение безопасности (как чисто криминальные «крыши», так и полукриминальные «охранные предприятия»), арбитраж», «исполнительное производство» и т. п.
• Использование организованной преступностью тотальной коррумпированности властных структур и правоохранительных органов всех уровней.
• Широкая социальная база организованной преступности: безработица, низкая оплата труда в бюджетных организациях; незанятость подростков и молодежи; невозможность нормального развития легального бизнеса (сверхналоги, коррупция, бюрократическая волокита и т. п.).
• Распространение насильственных методов «решения конфликтов» (кровавые «разборки», заказные убийства).
• Широкое использование современных технологий, компьютерной техники.
• Новые тенденции: стремление к легализации криминальной деятельности; переход к легальной и полулегальной деятельности; проникновение в легальный бизнес и во властные структуры. Эмпирическими проявлениями последнего могут служить хорошо известные казусы с мэром Ленинск-Кузнецкого Коняхиным (он же местный «авторитет»); избранным губернатором Нижнего Новгорода «авторитетом» Климентьевым; Кумариным, онже – «Кум», он же – один из (теперьуже – бывших) руководителей энергетического комплекса Петербурга г-н Барсуков и др. Интересно при этом, что население «подвластных» криминалитету регионов нередко предпочитает криминальную власть легальной (митинги и демонстрации жителей в поддержку Коняхина, Клементьева). И действительно, «легализовавшись через тысячи фирм и компаний, «братва» создает рабочие места. Мало того, «братва» оказалась способной на решение и социальных проблем. В Москве, в крупных городах это не так заметно. Хотя в Москве есть даже театр, существующий на субсидии одной из криминальных группировок… В небольших российских городках вот уже несколько лет настоящей властью считаются местные крестные отцы… Общаковские средства идут не только на криминальные и коммерческие нужды. Строятся и содержатся спортивные комплексы, детские дома и дома престарелых, больницы, нарколечебницы, проводятся праздники города, прокладываются дороги. На эти же деньги содержится городская администрация, да и милиция тоже. Вплоть до того, что именно бандиты снабжают ее транспортом, топливом, обмундированием… С чего бы это жители Ленинск-Кузнецкого стали на защиту своего криминального мэра?»[533]
Наши информаторы говорят о том же:
«Р.: Ты себе не представляешь, какие аферы крутятся на официальном уровне. Это не только в Петербурге. Я знаю города поменьше, где уже половину всех квартир захапали те, кто в мэрии сидят. Вот там – мафия. Там все повязаны: мэрия, милиция, исполнители, законодатели, бандиты. Все уже давно переженились, детей своих переженили – вот это мафия, настоящая семья. И весь город держит под собой».
• Политизация организованной преступности и криминализация политики, экономики, общества и государства.
Какова возможная разумная реакция общества и государства на организованную преступность вообще, в России в частности?
• Прежде всего, требуется спокойное, объективное, не идеологизированное, не политизированное изучение организованной преступности, ее генезиса, факторов, воздействующих на ее развитие, и т. п. Иначе говоря, ее демифологизация.
• Осознание того, что повышение уровня организованной преступности – неизбежный глобальный процесс, который не может быть «ликвидирован» или существенно ограничен уголовно-правовыми запретами и полицейскими мерами.
• Понимание социально-экономической природы организованной преступности. Сокращение ее социальной базы и масштабов деятельности возможно лишь путем создания условий, когда:
– «нелегальные» ныне потребности будут легализованы и удовлетворяться легальным путем (отмена «сухого закона» в США покончила с бутлегерством; если сегодня было бы возможно легализовать наркотики во всем мире, наркомафия прекратила бы свое существование);
– легальный бизнес станет выгоднее нелегального. Уже сегодня, судя по сообщениям прессы, «экономическое чудо» Японии, повышение благосостояния ее населения, сокращение безработицы делают невыгодным участие в преступных организациях – якудзе;
– налоговый пресс минимален и не «выдавливает» добросовестного предпринимателя в «тень» или в «криминал». При сегодняшних налогах в России предпринимателям практически невозможно выжить, не нарушая уголовный закон (не скрывая доходов, не давая взяток) или же не уходя в «тень», в нелегальную или криминальную деятельность;
– подросткам и молодежи будут предоставлены широкие возможности легального удовлетворения своих витальных, социальных (престиж, статус, самоутверждение), духовных потребностей.
Все большему числу профессионалов, включая юристов, становится понятна невозможность противостояния организованной преступности исключительно или преимущественно уголовно-правовыми мерами.[534]
Иными словами: (1) «в конечном счете, контроль над организованной преступностью будет иметь место тогда, когда мы полностью поймем и сможем разрушить рыночные условия, которые ее формируют»;[535] (2) уровень организованной преступности (так же как преступности вообще, пьянства, наркотизма, самоубийств, проституции и т. п.) существенно зависит от степени респонсивности общества (A. Etzioni), т. е. удовлетворения потребностей населения легальными средствами.
Очень интересное описание деятельности организованной преступности («Cosa nostra») в Нью-Йорке и возможности ей противостоять представлены в книге James Jacobs с соавторами.[536]
Глава 10
Преступность «белых воротничков»
Того, кто украл буханку хлеба, сажают в тюрьму, того, кто украл железную дорогу, – избирают в сенат.
530
Криминогенная ситуация в России на рубеже XXI века. С. 5.
531
Там же. С. 42.
532
Там же. С. 28.
533
Шаров Л. Оставьте преступность в покое // Общая газета. 1998. № 2. С. 5.
534
Бойцов Л. Н., Гонтарь И. Я. Уголовно-правовая борьба с организованной преступностью: иллюзии, реальность и возможная альтернатива// Государство и право. 2000. № 11. С. 35–43.
535
Albanese J. (1995) Op. cit. P. 248.
536
Jacobs J., Friel C, Radick R. Gotham Unbound: How New York City was Liberated from the Grip of Organized Crime. NY – L, 1999.