Страница 138 из 162
Едва слышные даже с моим слухом, звуки босых шагов по дереву спустя пару минут оправдали мои ожидания. Щелкнул замок, дверь слегка приоткрылась, из щелки блеснув глазом, после чего распахнулась во всю ширь, позволив увидеть старшую Митараши, в полупрозрачной ночнушке до середины бедра и кунаем в левой руке.
— Рью-сама?
— Здравствуй, Акико-чан, — сверкнул я улыбкой, стараясь не спускать взгляда с лица девушки на оч-ч-чень интересные виды в лунном свете, — прости за поздний визит, но дело не терпит промедления.
— Ничего страшного, Рью-сама, вам всегда рады в этом доме в любое время дня и ночи, — чуть отступила с прохода куноичи, делая приглашающий жест и судя по чуть зардевшимся щекам и быстрому взгляду на свою одежду, мало что скрывавшую, поняла меня совершенно неправильно.
— Для этого не время, Акико-чан, — вздохнул я, отрицательно покачав головой, — сейчас же я пришел отдать тебе снаряжение перед отправкой.
Недоуменно моргнув, она перевела взгляд на протянутый вещевой мешок.
— Это?
— Броня и форма, укрепленные фуиндзюцу с рядом очень полезных функций, расходники в свитках, пайки и аптечка, — пояснил на вопросительный взгляд, добавив, — Анко не стоит терять еще и мать.
Пусть я не делал для старшей Митараши отдельный комплект, но фигурой и размерами она почти не отличалась от Саи, так что пойдет.
Куноичи некоторое время смотрела на подарок, а потом вдруг шмыгнула носом и схватив мешок, крепко прижала к полной груди.
— Спасибо!
— Спокойной ночи.
Кивнув, я развернулся и под лунным светом отправился домой, спиной чувствуя взгляд девушки. Может, стоило принять предложение?
Глава 95
Как бы не хотел глава Нара начать масштабное наступление по территории врага, остававшимся в строю войскам требовалась возможность хорошо отдохнуть и восстановиться после продолжительного и напряжённого сражения. С увеличением контролируемой территории, еще не зачищенной от враждебных элементов даже частично, проблема снабжения встала в полный рост и вместо того, чтобы последовать примеру большинства подчиненных, джонин и штабные двое суток пахали как проклятые, перетасовывая мизерные доступные силы, не принимавшие участие в штурме Шимогакуре но Сато, чтобы в новом лагере хватало припасов не только накормить всех ниндзя, но медикаментов для большого количества раненых, которых невозможно было отправить даже в более укрепленный штаб, не подвергая риску их жизни.
Наконец-то пришедшее подкрепление из полутысячи не самого лучшего качества бойцов, оказалось, как глоток в пустыне, а переданные сестрой два свитка с каге буншином племянника позволили на короткое время нейтрализовать катастрофическую нехватку ирьёнинов и стабилизировать множество тяжелораненых. Все имевшиеся свитки хранения для пленников по-прежнему были полны тел в разных состояниях, по последним подсчетам превышая три сотни, но с ними уже будут разбираться Рью-кун с Сенджу Тсунаде по окончанию войны. По общему мнению командного состава, тратить ресурсы на застывших на пороге смерти ниндзя сейчас не имело смысла, несмотря на ранг. Проще было поставить в строй десяток-другой легко и средне раненых.
Единственного, кого это не касалось — Хирузена. Несмотря на получение тяжелого ранения, смертельного для большинства остальных бойцов, старик смог вывести из строя Райкаге, а оказавшийся рядом «Монах» вовремя оказал первую помощь, чтобы ирьёнины смогли поставить Сарутоби на ноги уже через несколько дней. Насколько тяжелые ранения имелись у старшего Эя, Шенесу мог только догадываться, но надеялся, что после применения особой техники, этот срок окажется как минимум в пару недель, позволив силам Конохи развить наступление в отсутствие на передовой большинства элиты Кумогакуре но Сато.
За прошедшие два дня, подсчеты потерь в стане врага завершились, остановившись на цифре в пять тысяч сто погибших и чуть больше четырехсот взятых в плен. Это с учетом уничтожения части сбежавшей армии и последующей зачисткой двух небольших лагерей Джирайей — очень приличный результат, потому что в такого рода масштабных сражениях, потери проигравшей стороны обычно не превышают пятидесяти процентов от общего числа даже в лучшем случае, а тут получились все семьдесят. Нара учитывал, что треть из погибших пришлась на почти полностью уничтоженную Шимогакуре но Сато, до последнего генина защищавших родной дом, но даже в этом случае, не оголяя границ, облачники могли выставить не больше двух-трех тысяч нормальных бойцов и стянув все силы в кулак, то наскрести шесть-семь тысяч. Большинство из которых придется на зеленых чунинов и сопливых генинов, но кто им это время даст?
Как только бойцы отдохнули и большая часть легко раненых вернулись в строй, глава Нара скомандовал наступление на вечер третьего дня, не желая дать врагу много времени на подготовку и подтягивание резервных сил, поставив во главе ударного соединения Орочимару с Джираей. Узумаки и Сарутоби, стремительно шедшие на поправку силами клонов ирьёнина первой степени, оставались пока в резерве, но Шенесу готовился задействовать и их, как только появятся сообщения от возвращении на фронт джинчурики Кумогакуре или других неожиданных событий.
Вопреки ожиданиям главного штаба, наступление армии через границу почти не встречало сопротивления, если не считать полтора сотен пограничников, давших деру без принятия боя, как только бойцы Листа оказались обнаружены.
Оставленные лагеря и перевалочные пункты, склады которых оказывались более-менее заполнены, не неся следов методичного опустошения, пустые секреты и полосы ловушек, вот и все, что попадалось саннинам на пути. Так как со снабжением по-прежнему оставались трудности, армия пользовалась возможностью пополнить припасы, что в свою очередь влияло на скорость продвижения, но даже так, облачники оказались не готовы воевать на своей территории.
Врагу было плевать на оставшиеся беззащитными деревушки на некотором расстоянии от границы — крестьян даже не предупредили о необходимости бегства, обрекая на соответствующую судьбу. Успевшие спрятаться с проходом армии потеряли все и едва ли выживут с наступлением холодных сезонов, более ярко выраженных на территории Каминари но Куни.
Сколько-то серьезное сопротивление начало появляться только через пару дней, по выходу на плодородную равнину с несколькими крупными городами. Очевидно, командование с той стороны фронта понимало безнадежность прямого противостояния, решив прибегнуть к тактике точечных уколов и используя для засад лучшее знание местности, чтобы потянуть время, но наличие додзюцу Хьюга сильно снижало эффективность подобной тактики.
Первый город на десяток тысяч душ получилось взять с ходу — два саннина просто перемололи всякое сопротивление подавляющей мощью и дав несколько часов на разграбление, двинулись дальше, после чего направились к следующей. У Шенесу не имелось цели взять Кумогакуре, особенно учитывая труднодоступное положение селения, но вынудить дать серьезный бой остатками сил или подтолкнуть к капитуляции и последующим переговорам. Столица страны пусть и была идеальной целью, но имела очень приличную защиту регулярной армии с личной гвардией Дайме, а вот небольшие гарнизоны провинциальных городков, больше привыкшие гонять бандитов, не могли ничего сделать против тысяч ниндзя.
Вот только, разрушение таких городков наносило весьма существенный урон — коноховцам даже не обязательно было убивать местных жителей, достаточно лишь разграбить продовольственные склады и запустить несколько пожаров, уничтожая их жилища, чтобы причинить врагу огромный финансовый ущерб. Буквально, Нара брал их тактику войны в последние месяцы и применял в большем масштабе.
Да, в Конохе подобную тактику не поощряли, но это был наиболее быстрый, надежный и безопасный в плане потерь способ принудить врага оставить тактику выжидания, ударив по самому больному месту любого правителя — кошельку.