Страница 12 из 12
– Угу.
– Я не имею право на ошибку.
– Не будет её.
Звякнула склянка, и по комнате разлился удушающий запах спирта. Ненавижу его!
– Мы не вернёмся в ту дыру, откуда вылезли
– Не вернёмся, – эхом вторил Силеник, накладывая жгут выше локтя. Жилу отворять обычно много умения не надо, но у меня они прячутся под кожей, как корни дерева под землёй, тут немного охотником надо быть. Чутьё иметь звериное.
Силеник попадал с первого раза. Издавал рык, боль пронзала руку, словно он вырвал кусок мяса, но тут же отпускало.
– Может, жгут-то снять? Синяя уже вся.
– Не трогай, слышал об учении мастера Ридесара? Он говорит, что, наложив жгут, мы затрудняем отток крови по жиле, и она переполняется, не имея системы затворов внутри, как другие, алые сосуды.
– Он маг, а это хуже ведьм. Те бабы, с ними многое можно сделать, не лаской, так кнутом, а с магами того и гляди, а нет тебя. Выдумщики они и болтуны!
Кровь покидала меня под негромкое ворчание преданного друга, сливаясь тонкой струйкой в золотой бокал. Подарок прежнего Верховного архимандрита, пусть ему ангелы на небесах поют во славу, он тоже знал, зачем мне такая штука. Догадывался. Горячительного я в рот ни капли не беру, дар притупляет другой, природный.
А кровь пью, будто нечисть какая!
– Достаточно!
Не перечит, уже славно!
Я открыл глаза только когда, жгут был снят. Размял пальцы – покалывают. Магия возвращается в онемевшую плоть.
Вообще, это необязательно – брать бокал той рукой, из которой кровь стекла, но символично. Придаёт запрещенному деянию, довольно мерзкому со стороны, искру божественной предопределенности.
– Тьфу!
Сплюнул Силеник на пол, Силеник и уберёт. Отвернулся.
Больше я не терял ни минуты и в три глотка выпил свою же кровь. На вкус просто пересолённая вода с запахом сладким, но не приторным.
– Кончено, поворачивайся.
Утёр губы платком, который тут же выбросил в мусорную урну. Силеник ругаться станет, расточительность, мол, да ничего, не каждый раз на злокозненную ведьму охотимся.
– С чего вы вообще взяли, что это баба виновата? Не душат они друг друга.
Силеник быстро убрал всё, сгрёб в старый пододеяльник и отправил всё в ту же урну, от звука кинутой в неё тяжести она охнула и завертелась на месте.
– Душил мужчина, а красоту у жертвы забрала ведьма. Дала и забрала.
– Одна и та же?
Силеник наморщил низкий лоб, думает, стало быть. Если и он заметил подвох, то и мне он должен быть очевиден.
– Не уверен, поэтому и прибёг к крайнему средству. Теперь многие двери откроются.
«А другие закроются. За всё приходится платить, прямо как с даром госпожи Виндикты, не зря я заметил, что есть в наших силах что-то общее».
– Эх, господин Криан, лучше бы вы скопом этих ведьм поставили, дёрнули своё средство, раз уж никак без него, указали пальчиком, а уж я бы её отволок, куда следует. Нам почёт, ей упокой, всем защита и радость.
Я только засмеялся. С Силеником и его наивными рассуждениями, которые он выдавал с самым глубокомысленным, а порой, вот как сейчас, и со свирепым видом, хотя в жизни даже кошку не задавил колесом экипажа. Видел неразумную тварь, начинал улюлюкать так, что добропорядочные граждане в страхе на тротуар запрыгивали, надо если, и останавливался резко, но котейку пропускал.
– Не болтай, у меня голова кружится. Надо прилечь.
– Разбудить?
– Нет, сам проснусь.
Добрался до постели без помощи, но рухнул как подкошенный и сразу провалился в липкий сон. Сны – часть природной силы, но порой они настолько запутаны, что важное, увиденное за день, скрывается в них под осенними листьями маловажных подробностей, нечаянных эмоций или странных вещей, не вписывающихся в привычную обстановку.
Обычно мне снилось место преступления, только без жертвы. Оставленное, пустое, когда ничто не отвлекает от следа магии, выплеснутой здесь накануне в таком количестве, что каждая вещь становится магической. И пропадает, рассыпавшись в прах. Как тот букет из спальни госпожи Гарнет.
Какие цветы она любила? Не маг, обычный человек, страстно желающий завоевать благосклонность остывшего к ней мужа. Но букет был не от него, и всё же она его поставила на стол. Наверное, розы. Женщины любят розы и никогда не выкинут их. Но если букет от незнакомца, не поставит его в изголовье.
Хотела заставить ревновать? Вероятно, муж не посещал супругу уже давно, если она решилась на радикальные меры. Возвратить красоту, пожертвовав своим даром, данным Богом. Она была добродетельна, хотя не фанатична.
Если бы дева из белого мрамора в спальне жертвы могла говорить, она бы многое рассказала, но тогда мир стал бы скучнее. И в нём не осталось бы места для случайных встреч. И для природной магии тоже.
Чёрно-белый мир покачнулся, комната подёрнулась пеленой, и вот я уже снова стою на лестнице в красивом особняке. По ней поднимается темноволосая женщина с идеально прямой спиной. Она идёт, опираясь на перила, рука дрожит, вторую держит впереди на поясе, одета скромно, но этот винный цвет, припорошённый снегом, идёт её белоснежной коже.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.